Чужой. Сердитый. Горячий (СИ)

Если я откажу ему — он может оскорбиться и непонятно, когда может вспыхнуть его внутренний фитилек. Гордеев не имеет железной выдержки, в особенности со мной. А если разрешу остаться — значит, обречь себя на ночь в его руках, как и на страшные внутренние чувства борьбы.
Максим поставил вопрос так, чтобы у меня в любом случае не было выбора. Будет ли жена отталкивать мужа, когда он делает все возможное по первой ее прихоти и при этом играет заботливого и крайне нежного мужчину? Женщина никогда не откажет такому хорошему мужу. Но я же знаю, кто он на самом деле!
— Да, — покорно киваю я. — Только подожди меня снаружи.
Максим не сдержал своей довольной улыбки, целует меня в висок и выходит из ванной комнаты, тихо закрывая дверь.
Еще несколько ночей. И больше такого никогда не повторится… Я лучше умру, чем окажусь здесь снова, наедине с ним.
  
Часть 8. Беги
 
— Еще недавно ты любила проводить время дома и баловать меня… — он окидывает горящим взглядом с головы до ног, — разными сладостями, — протянул Гордеев, загадочно улыбнувшись. — Но ты очень активная, поэтому я настоял на работе в моем штате. Кстати, справлялась ты намного лучше, чем многое специалисты.
Хм… Он настоял на работе? За несколько недель я уже привыкла к беспрерывной лжи мне в лицо, но в такие моменты хочется превратиться в дикую кошку и расцарапать его довольное лицо.
Максим провожает меня до знакомой двери в кабинет и мое сердце стремительно сжимается. Муж любезно улыбается и кружит вокруг меня, сдувая пылинки, пока я пытаюсь овладеть своими мыслями и эмоциями. Мне казалось, что все будет гораздо легче и меня не заденет волнение, но все произошло как раз наоборот.
Он открывает дверь, пропускает меня внутрь, и я с порога сталкиваюсь с серыми пронизывающими глазами. На самом деле его внимательный взгляд тяжело выдержать, сразу же вспоминая, как мы разошлись в последний раз.
Эта встреча была тяжелой из-за напряженной атмосферы и недомолвок.
— Добрый день, — получилось слишком холодно и неприветливо, но я ощущаю только горькое разочарование… И надежду, что совсем скоро я буду дома. Запихиваю все свои возможные размышления насчет Волкова глубоко в душу, и стараюсь идти ему навстречу.
От него зависит мое будущее.
— Добрый день, — вторит мне Вадим, поднявшись на ноги, при этом неотрывно разглядывая мое лицо.
— Вадим, наш бухгалтер, — муж знакомит меня с парнем, который протягивает мне руку. Несмотря на сомнительные чувства, я пожимаю его ладонь, и стараюсь больше не пересекаться с ним взглядом. — Я поставил его в известность, не беспокойся. Вадим поможет тебе сориентироваться в работе, но ты всегда можешь обратиться ко мне, — муж улыбается мне доброй улыбкой… От которой именно у меня сводит скулы, будто я вцепилась зубами в лимон.
— Это мой стол? — спрашиваю я, приблизившись к столу. — Почему у меня нет своего кабинета? — Максим озадачился вопросом, Вадим нахмурился.
— Госпожа Гордеева, это была моя просьба. Я работаю с юристами и мне нужна ваша документация и возможность внести корректировки в любое время. Вы хороший и грамотный исполнитель, — берет на себя инициативу разговора Вадим.
— Ярослава, если тебе не нравится…
— Все замечательно, — прерываю я мужа, — еще с первого курса мечтала, что на моем рабочем столе будет стоять свадебная фотография, — улыбнулась я, подхватив фотографию, показав ее Максиму, который моментально расслабляется. — Мило.
— Хорошо, тогда обживайся, позаглядывай на полочки и в тумбы, посмотри свои работы. Вадим тебе обязательно подскажет что к чему, а если станет скучно, заходи в мой кабинет. Ты же запомнила, где он?
— Да, конечно, — киваю я, сев в удобное кожаное кресло.
— Хорошего дня. На связи, — он кивает Вадиму, словно до этого поговорил с ним и обговорил нюансы моей работы после мнимой травмы. Хотя, скорее всего, так и было. Максим был осторожен со мной раньше, а сейчас еще более внимателен и аккуратен.
Как только дверь захлопнулась, я поднимаю взгляд на парня, который медленно подошел к моему столу, присев на его край.
 
— Ярослава… — парень набрал полную грудь воздуха, но встретив мой взгляд, сплошал и отвернулся. Ему понадобилась почти целая минута, чтобы собраться с мыслями. — Ярослава, завтра в полдень тебе нужно быть в торговом центре Оскар. Следи за временем. У меня нет возможности придумывать каждый день новый план, — чеканит Вадим.
— Тебе не о чем волноваться, — откликаюсь я.
— Как ты себя чувствуешь? — его вопрос заставил меня выгнуть брови, не до конца разбирая, волнение это или же ненужная солидарность после случившегося. Но, черт, от него я не ожидала такого участливого вопроса.
— В этот раз побегу, не сомневайся, — заверила я следователя, развеивая его сомнения о моей слабости.
— Яра, послушай, тот случай…
— Замолчи, — перебиваю я парня, который нахмурился. — Я не хочу об этом говорить, если, конечно, тебе интересно, что чувствует женщина после выкидыша, то я непременно тебе это расскажу в мельчайших подробностях, — отворачиваюсь и включаю компьютер, — и еще, не смей меня так называть.
Яра? Какая, к черту, Яра? Бр-р-р. Ненавижу любое сокращение моего имени!
— Видимо, если к тебе вернулась уверенность и язвительность, ты вполне способна за себя постоять, — весьма тоскливо усмехнулся парень, но встал с моего рабочего стола и прошел к своему. — Эльдар был прав, ты сильная девушка, но как я и говорил ранее — дружить мы не будем. Это следует хорошо запомнить нам двоим.
— Не беспокойся, я уже давно запомнила, что мы не друзья. Единственное, прошу, не потеряй меня во время побега, иначе все твои планы и усилия окажутся бессмысленными настолько, как и твоя мнимая заинтересованность моим самочувствием, — усмехнулась я, предполагая, что его беспочвенная ненависть может мне навредить.
В нашем деле мы должны быть заодно — он должен побыстрее вернуть меня домой и забыть обо мне, а я вернусь домой и забуду его.
— Язвочка, тебя невозможно потерять. Меня подвесят за яйца, если я допущу такую оплошность, — когда наши взгляды встретились снова, я поняла, что мой побег будет настоящим испытанием.
С ним даже разговаривать невозможно!
***
На ужин я буквально слетаю с лестницы, и запыхавшись, сажусь за стол, улыбнувшись Максиму. Гордеев моментально отложил бумаги и телефон на край стола, уделяя мне все свое внимание.
— Обожаю, когда твои щечки скрашивает румянец, — муж протянул руку и прикоснулся к моему лицу, большим пальцем прикасаясь к румяным щекам, нежно поглаживая. — Ты поправляешься и это просто замечательно.
— Я хотела с тобой поговорить о моем личном бюджете и гардеробе, — Максим озадаченно улыбнулся, непонимающе покачав головой.
Конечно, мне не позволено иметь личный счет и одежду, которую я желаю… Но ведь эти правила знает Госпожа Гордеева, а не Ярослава Соколовская. Ставить его в тупик или в мои личные условия доставляет немало удовольствия.
— Для начала я работаю на тебя, и у меня должны быть сбережения, а их нет. Я не буду бесплатно работать на мужа, ты уж прости, но это глупо. А еще я пересмотрела свой гардероб. Мне нужна новая одежда, хочу завтра в торговый центр, — воодушевленно говорю я, пододвигая к себе тарелку с овощами и уткой, полностью игнорируя, мягко говоря, удивленно вскинутые брови Гордеева и его немой вопрос.
— И какую же одежду ты собираешься купить? Кроссовки, рванные джинсы и майки с глубоким вырезом? У тебя приличный гардероб, как для женщины со статусом моей жены, — переубеждает меня Максим.
— Рванные джинсы я носила, когда училась. Мне нужны новые брючные костюмы, туфли и пальто. А еще мне не нравится, что почти все мое белье красное или черное. Никакого разнообразия.
Глаза Гордеева моментально всполохнули огненным интересом, и он застыл с вилкой у своего рта, впиваясь в меня своим взглядом.
— Я лично подбирал твой гардероб, — Максим хочет, чтобы я почувствовала смущение и перевала тему, но у меня абсолютно другая цель разговора. — Раньше тебе все нравилось, в особенности красное белье.