Магнат (СИ)

— В набеги на басурман ходили, — проявил знание темы боцман и скосил глаз на чернявого казака, с явно выраженными восточными чертами.
— А коли мне русские девки милее? — не унимался юноша.
— Раз уж так невтерпёж, то в порту к горячей вдовушке подкатывай, — отвесил подзатыльник балаболу сосед. — Вон, целый пароход баб за нами идёт.
— Мне бы молодуху сосватать, — раскатал губы жених.
— Из Руси привезёшь, — хохотнув, надвинул молодцу бескозырку на глаза старослужащий и, нахмурив брови, добавил: — После семи лет войны много невест осталось без суженных.
— Эт, правда, — тяжело вздохнув, вернул бескозырку на затылок матросик, но унывать торопыга не собирался. — А когда, батюшка Алексей, нас в казаки покрестишь!
— Экватор будем пересекать — тогда и запишу в казачество всех желающих, — чуть поразмыслив, отвёл время для агитации экипажей кораблей Алексей. Задрав голову, с прищуром взглянул на пиратский флаг с костями. Лозунги анархистов казаку нравились, а вот чёрный колер и кости надо бы сменить.
Краем глаза Алексей заметил группу офицеров на капитанском мостике. Среди них стоял и начальник контрразведки, полковник Эдуард Петрович Кондрашов.
— Лихо наш атаман в рукопашную бьётся, — встретившись взглядом с казаком, признал полковник.
— Всем офицерам надо бы взять уроки у казака, — кивнул генерал–майор Беляев. — А вашим агентам, Эдуард Петрович, следует особенно тщательно подойти к обучению.
— Вы правы, Иван Тимофеевич, займусь составлением наставлений по рукопашному бою, — щёлкнув каблуками, принял приказ контрразведчик.
— Слышал, вы для господина Ронина и другую полезную книжицу пишите.
— Так точно, ваше превосходительство, батюшка Алексей очень заинтересовался вопросами организации тайной службы. Систематизация знаний окажется полезной для подготовки личного состава разведки и контрразведки казачьей республики.
— Глобально батюшка мыслит, государственно, — подняв указательный палец, привёл мудрого атамана в пример всем офицерам генерал–майор.
— Чудит наш батюшка, — отрицательно покачал головой капитан броненосца, Алексей Ильич Лебединский, недовольный новшествами анархиста. — Вы бы, Иван Тимофеевич, отговорили господина Ронина от идеи превратить боевой корабль в ветряную мельницу. Это же посмешище!
— Ваше превосходительство, на пассажирском пароходе, вроде бы, получилось неплохо, — пожав плечами, доложил Беляеву полковник. — Вито Лосано собрал ветрогенератор и установил вышку на корме. У испанца имеется в наличии ещё несколько агрегатов и набор металлоконструкций. Теперь на пароходе всё электроснабжение организовано от аккумуляторных батарей. Анархисты даже поставили на камбузе электроплитки. Экономия топлива.
— В масштабе потребления парохода — не существенная, — скривившись, отмахнулся капитан.
— Зато, какая грандиозная перспектива вырисовывается, — не согласился с моряком контрразведчик. — Господин Ронин с испанским изобретателем предлагают устанавливать на всех торговых судах республики большие ветрогенераторы. Электромоторы дополнят мощность паровой машины корабля.
— Полезная затея, — прищурив глаз, прикинул генерал. — Алексей Ильич, не стоит противиться инновациям.
— «Морской казак» — боевой корабль! — нахмурил брови капитан.
— Ладно, Алексей Ильич, я поговорю с господином Рониным, чтобы не уродовал ваш броненосец, — улыбнувшись, поднял ладонь генерал, но как человек с высшим инженерным образованием занял сторону молодых изобретателей. — Однако согласитесь, что для торгового флота идея с ветрогенераторами неплоха. В прошлом веке корабли ходили под парусами, а теперь сила ветра будет преобразовываться в электричество и вращать уже лопасти ходовых винтов. Притом, корабль сможет двигаться строго по прямой, независимо от направления ветра. Никаких крутых галсов закладывать не потребуется. Отпадает необходимость в сложном такелаже и парусной команде.
— Электрогенераторы не смогут, при слабом ветре, обеспечить высокую скорость хода, — упорствовал бывалый мореход.
— Ронин не заставляет совсем убирать паровой двигатель, — тоже горячо отстаивал позицию казака контрразведчик. — Электромоторы обеспечат дополнительную тягу. Кроме того, ветряки позволят накапливать электроэнергию в аккумуляторах и использовать запасённую мощность при необходимости. Заряжать аккумуляторы можно даже на рейде порта. Скорость торговых судов республики в походе будет выше, а в акватории гавани корабль сможет маневрировать мгновенно, даже не разводя пары в котлах.
 
— При строго встречном ветре, лопасти ветряка несут отрицательную парусность, — сопротивлялся напору сухопутных профанов капитан. — Ибо преобразование силы ветра в электроэнергию идёт с потерей мощности.
— Можно в этом случае лопасти ветряка развернуть вдоль потока, устранив сопротивление, — сразу же нашёл удобный вариант генерал–инженер.
— Господа адепты святого батюшки, позвольте совершить экскурс в историю, — еле сдерживая ярость, зашипел на сухопутных офицеров бывалый моряк. И, получив одобрительные кивки, поведал: — В эпоху Пунических войн, когда римляне сокрушили флот Карфагена, на галеры вертикально устанавливали высокие помосты с острым шипом на конце — так называемые вороны. При сближении с противником, широкий и длинный помост падал на борт вражеского корабля, вгрызаясь острым клювом в чужую палубу. Римляне шли на абордаж и вырезали моряков. Никто не мог противостоять римской пехоте. В решающем сражении, в свалке кораблей, флот Карфагена был уничтожен простыми пехотинцами.
— Ну, изучали мы Пунические войны ещё в училище, — пожав плечами, вспомнил историю древнего мира Кондрашов, не понимая, к чему клонит капитан.
— А почему римляне отказались в дальнейшем от столь эффективных штурмовых конструкций? — с усмешкой спросил моряк.
— Достойных врагов в Средиземном море не осталось, — предположил полковник.
— Врагов у римской империи всегда было предостаточно, — отрицательно покачал головой капитан и, зло оскалившись, выдавил сквозь зубы: — Сильный шторм утопил весь римский флот. Одним махом — всех! Не выжил никто.
— Очевидно, установленные помосты нарушили остойчивость узких галер, — задумчиво глядя на дымящие пароходные трубы, догадался генерал.
— Громоздкие конструкции стояли вертикально и не могли быть убраны с палубы в момент шторма, — победно улыбнулся профессионал. — В бурю паруса всегда убирают, но как сложить лопасти ваших огромных ветряных вышек? Ведь для мощных энергоустановок потребуется большой размах лопастей.
— Значит, лопасти должны быть парусиновыми и складными, — подмигнул капитану Беляев и отдал приказ: — Алексей Ильич, подключайтесь в качестве эксперта к работам Вито Лосано по созданию пароэлектрического флота.
— Высокие ветровые мачты всё равно нарушат остойчивость судна, — нахмурившись, попытался возразить сухопутному генералу капитан.
— Вот, Алексей Ильич, и поработайте над возникшей проблемой, как опытный моряк, — положил ладонь на плечо капитана Беляев. — Разработайте конструкцию телескопических или складных мачт, а испанец с батюшкой займутся электрикой и моторами. Не то, утопят ваш новый корабль сухопутные профаны.
— Мой новый корабль?
— Ну, милейший, вы же не пойдёте в услужение к аборигенам, — озорно подмигнув, рассмеялся Беляев. — Наш «Морской казак» уйдёт на американских торгах «с молотка». И господин Ронин вас с радостью возьмёт капитаном на новейшую… плавучую мельницу.
Лебединский задумался, грустно вздохнул и признался:
— Да уж, лучше быть капитаном ходячего ветряка, зато русского.
— Вот и озаботьтесь, Алексей Ильич, о внешнем дизайне и мореходности новейшего скоростного транспорта. Вам на нём самому по океану ходить.
— А ведь, пожалуй, идея батюшки–анархиста неплоха, — загорелись глаза у, почти уже в отставке, капитана первого ранга. — Ибо на чёртовом «ветряке» можно даже в кругосветку махнуть. Запас угля нужен только при мёртвом штиле. Да и то, заряженные в порту аккумуляторы, какое–то время, приличный ход поддержат. А уж если одновременно запустить паровой двигатель и электрический, то за «морской мельницей» и боевому фрегату не угнаться. Очень скоростной торговый клипер получится!