Уинстон Спенсер Черчилль. Защитник королевства. Вершина политической карьеры. 1940–1965

В течение декабря 5-я и 18-я дивизии Ямаситы – первая наступала по восточному побережью, а вторая освобождала западное – обнаружили брошенные плантации каучуковых деревьев и шахты по добыче олова. Они нашли британские грузовики, заправленные горючим, готовые доставить олово и каучук в порт, где доки, которые должны были быть демонтированы, теперь готовились принять японские грузовые суда. Когда японцы захватили Пенанг, то нашли там небольшую флотилию из канонерских лодок в прекрасном состоянии, которые использовали для рейдов на британские береговые позиции. Они добрались до продовольственных складов и казны с 250 тысячами долларов. Они нашли радиостанцию в рабочем состоянии и на Рождество передали по радио пожелание «счастливого Рождества и несчастливого Нового года» жителям Сингапура, которые ничего не знали о своем ужасном положении, поскольку британская цензура скрывала информацию о местонахождении японцев. В день захвата Пенанга британская пресс-служба сообщила репортерам, что «новостей нет». На самом деле всех европейцев эвакуировали с Пенанга, оставив местное население защищаться своими силами. Захватчики, написал Сесил Браун, «взялись за старое… то есть грабили продовольственные магазины… насиловали местных женщин». Через неделю японцы обошли с фланга Куала-Лумпур, столицу Малайзии и железнодорожный узел страны. Железная дорога находилась в рабочем состоянии. Во время отступления британцы показали себя с наилучшей стороны – вели себя так, словно были интендантами у японцев. К концу декабря Ямасита прошел половину пути до Сингапура [1216].
В Сингапуре генерал-лейтенант Артур Эрнест Персиваль и почти 90 тысяч человек – в том числе 17 тысяч австралийцев, 33 тысячи британцев и 40 тысяч индийцев – готовились, в случае необходимости, разрушить город и военно-морскую базу и сражаться, согласно приказу Черчилля, среди развалин до последнего солдата. Однако надежда Черчилля, что Сингапур под командованием Персиваля сможет продержаться в течение шести месяцев, мгновенно испарилась, когда, вернувшись в Лондон из Вашингтона, он «с чувством мучительного удивления» узнал от Уэйвелла, «там не было никаких постоянных укреплений, которые прикрывали бы военно-морскую базу и город со стороны суши». «Мне никогда не приходило в голову, что знаменитая крепость не защищена с тыла кольцом постоянных фортов. Я не могу понять, как могло случиться, что я не знал об этом, – написал Черчилль Исмею. – Должен признаться… Я даже не мог представить… что горловина крепости… не укреплена полностью от нападения с се вера». Почему, когда два года он настаивал на необходимости защищать Сингапур, не были построены оборонительные сооружения? «Ничем нельзя оправдать тот факт, что имеются только батареи, обращенные к морю… Я предупреждаю вас, что это будет одним из величайших скандалов, если все раскроется». На самом деле Сингапур не был «крепостью», как Гибралтар. Остров Сингапур, длиной 27 миль и шириной 13 миль, покрыт холмами и холмистыми грядами. У Черчилля сложились ошибочные представления о рельефе местности и о «крепости». Решающее сражение на полуострове было единственным способом не впустить японцев на остров, а вместо этого британцы отступили к крепости, которая не могла обеспечить защиту, на которую они рассчитывали [1217].
В этом был виноват Артур Персиваль. Этот мыслитель, планировщик демонстрировал незаурядные умственные способности, когда служил штабным офицером у Дилла в 1930-х годах. Однако, как адмиралу Тому Филипсу, ему не хватало боевого опыта. Штабные офицеры ведут сражения в комнате карт. Дилл отправил Персиваля в Сингапур, хотя большая часть британских военных больше верила в то, что у генерала должен быть сильный характер, а не развитый интеллект; как правило, это приводило к печальным последствиям. «Солдаты часто бывали отважными воинами, – написал Т.Э. Лоуренс, – но их генералы так же часто отдавали по глупости то, что те приобретали по неведению». Но это был случай, когда характер и боевой дух превзошли блестящий, методичный ум. После Первой мировой войны Персиваль служил в Ирландии, сначала в качестве командира рота, а затем начальника разведывательного отдела Эссекского полка, где Ирландская республиканская армия (ИРА) объявила за его голову награду в 1000 фунтов стерлингов. ИРА объявляла награду за многие головы, в том числе за голову Черчилля, но случай с Персивалем стоял особняком – это было личное дело. Этого человека презирали и ненавидели не только за то, что он пытал ирландских мятежников, но потому, что ему это нравилось. Для защиты Сингапура требовался план, который у Персиваля был, и характер, которого у него не было.
 
Сингапур, не считая колониальных зданий, отеля Raffles, английских клубов и полей для гольфа, не был образцом чистоты и порядка.
Британцы называли его городом «чинков, выпивки и вони». Большинство из 750 тысяч малайцев и китайцев, жителей Сингапура, жили в грязи и нищете. Рынки на открытом воздухе; кровь, стекающая в неглубокие сточные канавы со свиных туш, подвешенных на крюках; вонь и грязь. С середины декабря в городе была введена светомаскировка, и после захода солнца городскую тишину нарушал только скрип повозок, запряженных волами, вывозивших нечистоты из города, и редкие выстрелы зенитных батарей. Однако жители Сингапура, особенно китайцы, жили ни о чем не беспокоясь, уверенные в том, что британцы защитят их. На самом деле к середине января большинство британских официальных лиц покинуло Сингапур, включая Даффа Купера, которого Черчилль в начале декабря назначил министром-резидентом. Вверив судьбу города армии, Купер с женой Дианой уехали в Лондон 13 января. Леди Диана, прежде чем пройти в самолет, выпила в баре «джинслинг», и это было весьма кстати, поскольку не успели они выйти из здания аэропорта, как над головой появились японские бомбардировщики. Китайские друзья отвели Куперов в бомбоубежище, полностью сделанное из стекла. «Удачный конец нашей миссии в Сингапуре», – позже написал Купер [1218].
1 февраля японцы находились в 12 милях от города, но жители Сингапура находились в полном неведении из-за британской цензуры. Неделю британцы сдерживали напор, но к вечеру 17 февраля последние британские солдаты покинули материк по насыпной дороге через дамбу и взорвали ее, как только добрались до острова. Этот взрыв был не более эффективен, чем тактика выжженной земли; японцам потребовалось всего несколько часов, чтобы восстановить дорогу. Вскоре первые отряды Ямаситы, тощие призраки в рваной униформе и шлемах с прикрепленными ветками и банановыми листьями, двинулись к Сингапуру. Черчилль, пытаясь воодушевить защитников, телеграфировал Уэйвеллу в Батавию: «У 18-й дивизии есть шанс войти в историю» (18-я дивизия первоначально предназначалась для действий в Египте, но по приказу Черчилля была переброшена в Сингапур). «На кону честь Британской империи и британской армии». Требовалось немедленно разработать план превращения Сингапура в «цитадель», и Черчилль составил план из десяти пунктов, который направил Объединенному комитету начальников штабов. В числе прочего он предлагал использовать все мужское население «на строительстве оборонительных сооружений», подчеркнув, что «следует применить при этом самые строгие меры принуждения с тем, чтобы использовать на этих работах всех, кого можно снабдить лопатами и кирками». Он приказал «обороняться до последней капли крови, ни о какой капитуляции не может быть и речи». «Командиры и старшие офицеры должны умереть вместе со своими солдатами». Начальники штабов направили эти приказы Уэйвеллу, кроме приказа о смерти вместе с солдатами. Но Черчилль отправил телеграмму Уэйвеллу, в которой повторил приказ сражаться до последнего и погибнуть вместе со своими солдатами [1219].
Затем, слишком поздно, Черчилль и начальники штабов приказали эвакуировать, по возможности, больше солдат в Рангун. Но к тому моменту Персиваль и его армия (втрое превосходили японцев) уже вступили в бой с врагом. Персиваля поддерживали с воздуха всего две дюжины устаревших истребителей; у японцев было более пятисот современных самолетов. 18-я дивизия высадилась в Сингапуре словно для того, чтобы попасть в плен. Японцы решили судьбу города, когда захватили внешние источники питьевой воды и перекрыли к ним доступ. Однако у японцев были слишком растянутые линии поставок. Массированное наступление Персиваля, такое, как приказывал Черчилль, могло бы все изменить, но Персиваль уклонился от битвы. У британцев хватало противотанковых орудий и снарядов, чтобы дважды уничтожить каждый японский танк, но высшему командованию не хватило решимости вступить в бой с японцами. Некоторые солдаты Персиваля – включая военного художника Филипа Менински – хотели продолжить сражаться, но пришли в замешательство, когда поняли, что карты, которыми их снабдили, были картами острова Уайт. Австралийская 8-я дивизия, чьи четыре бригады находились в северной части острова, быстро отбросила врага в море, но, когда коммуникации были прерваны, командующий дивизией не захотел умирать вместе с солдатами и сбежал из Сингапура на лодке, оставив солдат в безнадежном положении [1220].