Уинстон Спенсер Черчилль. Защитник королевства. Вершина политической карьеры. 1940–1965

Черчилль пришел в волнение. В тот момент какие-то из одиннадцати конвоев находились в открытом море, а какие-то готовились покинуть британские порты. Один из них с 20-тысячным подкреплением следовал на Ближний Восток к Уэйвеллу в сопровождении двух крейсеров, с которыми бы легко расправился «Бисмарк». Если пересекутся пути «Бисмарк» и военного транспорта, война в Африке будет проиграна. Следовало обнаружить местоположение «Бисмарк» и утопить.
Рано утром 22 мая эсминцы сопровождения стали один за другим отставать от идущих намного быстрее «Бисмарк» и «Принц Ойген». Оставшись в одиночестве, Лютьенс до полудня шел на всех парах на север, затем повернул на северо-запад, готовясь двинуться по Датскому проливу, в это время года затянутому туманом и заполненному недавно оторвавшимися айсбергами. Незадолго до полуночи немецкие корабли вошли в пролив. Если бы Лютьенсу продолжала сопутствовать удача, то примерно через тридцать часов он вырвался в Атлантику. Это была самая опасная часть операции; в это время года ширина судоходной части пролива составляла в самом широком месте всего тридцать миль, и если британцам повезет, то их радар мог засечь немецкие корабли. Им повезло. Два крейсера, «Норфолк» и «Саффолк», заняли позиции в Датском проливе. Ни один из них не мог сравниться с «Бисмарк» или с «Принц Ойген». Их задача состояла в обнаружении немцев и следовании за ними по пятам до появления на поле битвы линейного крейсера «Худ» (назван в честь адмирала Сэмюэла Худа, участника Войны за независимость США и Французских революционных войн) и новейшего британского линкора «Принц Уэльский». Линкор, вооруженный десятью 14-дюймовыми орудиями, был построен для охоты и уничтожения практически любых плавсредств. Спущенный на воду в 1920 году крейсер «Худ», вооруженный восемью 15-дюймовыми орудиями, был гордостью Великобритании – его боялись даже немецкие матросы. Когда Черчилль узнал, что «Худ» вступит в бой с «Бисмарк», то, довольный, пошел спать [904].
По приказу адмирала сэра Джона Тови, командующего флотом метрополии, «Худ» и «Принц Уэльский» вышли из Скапа-Флоу 22 мая через несколько минут после полуночи и взяли курс на Датский пролив. Им предстояло охранять три подхода к Атлантическому океану. Если Лютьенс выберет один из них, то на его пути встанет «Худ».
В противном случае немцы и британцы, по всей видимости, встретились бы и вступили в схватку в южной части Датского пролива. Получив неутешительное сообщение от летчика «Спитфайра», Тови вышел из Скапа-Флоу на флагманском линкоре «Король Георг V» во главе флотилии, состоявшей из авианосца «Викториес», четырех крейсеров и семи эсминцев. Тови собирался взять под контроль выходы в Атлантику восточнее Исландии. Кто-то должен был столкнуться с немцами. Таков был план.
Если бы «Бисмарк» не попал в сеть, Черчиллю потребовалась помощь Рузвельта. Он телеграфировал президенту: «Вчера, 21 мая, «Бисмарк» и «Принц Ойген» находились в Бергене. Низкая облачность не позволила организовать воздушный налет. Сегодня выяснилось, что они вышли в море. Предполагаем, что противник собирается провести широкомасштабный рейд в Атлантике. Если мы их потеряем, то ваш военно-морской флот наверняка сможет обнаружить их и поделиться данными с нами… Если вы поделитесь с нами данными об их местонахождении, нам останется доделать начатое дело». Американцев смутила просьба стать глазами Великобритании в Атлантике, поскольку гроссадмирал Редер ясно дал понять, что намерен открывать огонь по любому американскому военному кораблю, который, по его мнению, «совершает военные действия», сообщая британцам о местонахождении немецких кораблей в экстерриториальных водах. Редер был прав. Международное право запрещает оказание помощи воюющим со стороны нейтральных государств. Но в начале апреля Рузвельт – еще один неуверенный шаг к военным действиям – объявил, что отныне американская «зона безопасности» будет простираться в Атлантике на восток до 26° западной долготы. Он также объявил, что если американские суда обнаружат немецкие военные корабли, то сообщат координаты местоположения на открытой частоте, понимая, что это может спровоцировать военные действия со стороны Германии, которые, вероятно, приведут (Черчилль надеялся) к объявлению Америкой войны Германии [905].
 
Черчилля устроило бы критическое положение на море, и фактически он вскоре попытался создать необходимый инцидент. Заявление Рузвельта означало расширение зоны патрулирования американских кораблей, но эта зона не охватывала самые горячие районы боевых действий, таким образом, у американских кораблей уменьшалась возможность встретиться с немцами. Рузвельт заключил договор с датским правительством в изгнании о строительстве авиабаз в Гренландии. Если бы базы были готовы к эксплуатации в конце мая, это, возможно, облегчило бы Черчиллю поиск «Бисмарк»; но базы не были готовы. В любом случае Датский пролив не входил в зону патрулирования флота Соединенных Штатов. Британские корабли сами должны были найти «Бисмарк».
Это сделал «Саффолк». Вечером 23 мая он заметил два немецких корабля и передал радиограмму, прежде чем скрылся в тумане. «Норфолк», тоже скрывшись в тумане, получил сообщение «Саффолк». Адмирал Уильям Уйэк-Уокер руководил действиями обоих кораблей с «Норфолк» и, стремясь установить визуальный контакт, приказал «Норфолк» подойти к краю полосы тумана, оказавшись под оптическими прицелами «Бисмарк». «Бисмарк» в ярости открыл огонь, но Уокер успел спрятаться в тумане. Утопить «Бисмарк» выпало крейсеру «Худ».
Вице-адмирал Ланселот Холланд, заместитель командующего флотом метрополии, находился на борту «Худ», который получал сообщения с «Саффолк» и «Норфолк»; крейсер был на расстоянии приблизительно 300 миль и шел на такой большой скорости, что эсминцы сопровождения в конце концов отстали от него. Приблизительно в 20:00 командир «Худ», Ральф Керр, сообщил команде, что в проливе замечены немцы. Был отдан приказ подготовить боевое снаряжение – спасательные жилеты, фонари и каски – и переодеться в чистое белье. Подняли боевые флаги, что свидетельствовало о том, что крейсер идет в бой. Вскоре после полуночи – это было уже 24 мая – члены команд «Худ» и «Принц Уэльский» заняли свои боевые посты. «Бисмарк» был примерно в 180 милях к северу [906].
Черчилль, обедая в Чекерсе, потребовал, чтобы ему немедленно докладывали все новости. На позднем обеде, как обычно проходившем в «чисто мужской компании», написал Колвилл, присутствовали брат Черчилля, Джек, Колвилл, Гарриман и Исмей. Хотя Черчилль и его гости находились под впечатлением ужасных новостей с Крита, разговор, по воспоминаниям Исмея, «шел исключительно о надвигающемся морском сражении». Они просидели почти до трех утра, даже Черчилль не засиживался так поздно, в надежде получить хоть какие-то сообщения из адмиралтейства. Но их не было. Черчилль вспоминал, что «делать было нечего, и я пошел спать… я так устал, что спал крепко. Я был полностью уверен в первом лорде адмиралтейства адмирале Паунде, и мне нравилось, как он действует. Я проснулся в Чекерсе около 9 утра с тем странным волнением, которое испытываешь в начале дня, когда ожидаются важные известия, хорошие или плохие» [907].
Пока Черчилль спал, в Атлантическом океане начался последний решающий поединок линкоров. Все закончилось меньше чем за восемь минут. За несколько минут до 6:00 «Худ» и «Принц Уэльский», изменив курс, оказались восточнее и южнее «Бисмарк» и «Принц Ойген», чтобы лучи восходящего солнца осветили приближающиеся немецкие корабли. Первым шел «Принц Ойген», который британцы ошибочно приняли за «Бисмарк», шедший вторым и казавшийся меньше. «Принц Уэльский», основная часть команды была неопытной, и «Худ» открыли огонь по «Принц Ойген», но снаряды не достигали цели. Между тем «Бисмарк» спокойно нацеливался на «Худ». Один из 8-дюймовых снарядов «Принц Ойген» попал в среднюю часть «Худ» и вызвал сильный пожар. Капитан Керр, поняв, что ошибся с выбором цели, приказал начать разворачиваться, чтобы дать возможность вступить в дело кормовым башням главного калибра. Но было слишком поздно.