Повелитель Аквы
- Доброго времени цикла.
Нефтис! Какое к чёрту доброе время от двух чужаков, вылезающих из твоего подвала?
Но всё в нашем общении началось странно с самого начала:
- Люди! Живые разумы! – радостно закричал мужик. - Огоньки мыслей! Как же я рад вас видеть! Само провидение ниспослало ко мне вас! Вы должны мне помочь!
- Постой-постой, давай начнём сначала. Тебя как зовут? – остановил я хозяина помещения.
Нас приветствовал странный, абсолютно седой парень, с серыми, бесцветными глазами. Больше всего он напоминал трактирщицу Мышь, будто был её родным братом. Вот только та куда адекватнее, а тут…
- Зовут? Меня никуда не зовут. Если только не считать книг. Книги меня зовут всегда. Особенно те, что помогают решать загадки…
- Имя у тебя какое? – предпринял я вторую попытку.
- Имя? Я не помню его. Зачем мне имя? Имя не помогает решать загадки. Какой в нём смысл?
- Эм. И как мне тебя называть? – растерялся я.
- А как хочешь, так и называй. В книгах как называют безымянных персонажей? Вот ты будешь Умником, а твоя подруга – Страшилкой.
- Давай как-нибудь обойдёмся без этого. А то она тебя покойником назовёт. Разве ты не видишь, что перед тобой страшный пустотник?
Собственно, сказал я это не просто так – Ласка уже распалила над правой рукой угрожающую сферу чёрно-лиловой энергии. Сейчас я понимал её намного лучше, чем прежде - такие эпитеты пробуждали в ней воспоминания о мире-темнице, а потому были чреваты досрочным прерыванием жизни глупца.
- Ха! Мне уже однажды угрожал пустотник. Страшный-страшный такой. Я всё думал, когда же он сожрёт мою душу, а он ничего, помог мне загадки разгадывать, за то, что я его к башне привёл.
Мы с тенью переглянулись.
- Он тоже пришёл через ход в подвале? Зачем тебе вообще здесь тайный ход?
- Не знаю. Не помню. Неважно это. А тот пустой с крыши пришёл. Так как, поможете мне? Вот, например, есть два трона, но один унизан множеством острых стержней, а второй осквернён заражением хаоса. На какой сядешь сам, а куда посадишь свою подругу? Ну? Твой вариант? Тот бородатый пустотник справился.
- Знаешь, мы как-нибудь сами найдём башню, приятель, - скривился я. Тратить время на ерунду, когда за нами вполне возможно идёт Танатос? Нет уж, спасибо.
- Но как же… помогать? Ты.. ты хочешь просто уйти? Реши хотя бы одну! Вот, например, что лучше, выколоть глаз столовым прибором или…
- Уймись! – обычно я довольно сдержан, но сейчас даже меня проняло. Парень был абсолютно не в адеквате.
- Я могла бы залезть на крышу и с неё, возможно, увижу башню Знаний, - предложила подруга.
- Не стоит, Ласка. Думаю, Мышь не зря направила нас сюда. Если бы это было сложной задачей, она бы упомянула, как нам найти нужное место.
- Что это было? – задал я вопрос девушке, когда мы уже покинули дом безумца.
- Угасший, - пожала плечами Ласка. – Вернее, угасающий.
- И в чём разница? – не понял я.
- Полностью угасший выглядит вот так, - тень кивнула в сторону валявшегося через дорогу от входа в дом тела.
Седой парень лежал на земле, бессмысленно уставившись в каменное небо Подземья. Глаза его были безжизненны, а на губах застыла глупая улыбка. Я бы и вовсе счёл его мёртвым, если бы не медленно вздымавшаяся от дыхания грудь.
- Что с ним? Он жив? – спросил я.
- Он угас, - ответила Ласка. – Сейчас в нём только отголосок личности. Как и та женщина.
Пустотница кивнула в сторону медленно бредущего по дороге в нашу сторону тела длинноволосой седой красавицы, едва переставлявшей ноги. Вокруг её головы ореолом порхали сонмы янтарных точек, но она, казалось, не замечает этого.
- Что-то живчик внутри дома совсем не походит на них.
- Так кажется, Син. Личность умирает постепенно. Угасающий теряет характер, эмоции, мечты, устремления… Тот парень потерял всё, кроме страсти к решению головоломок и не реагирует больше ни на что, кроме них. Это последняя грань личности. Он подсознательно чувствует это, поэтому и держится за свои загадки.
- То есть это увлечение – всё, что от него осталось? – как-то после объяснений Ласки недавний знакомец представал в совершенно ином свете. Ведь у него могла быть любимая, друзья, цели в жизни…
- А как они тогда питаются и всё остальное? – спросил я.
- Никак, - пожала плечами Ласка. – Стихия питает их тела, так что они очень долго могут обходиться без воды и еды. Лишь бы у них оставалась мана.
- Их ещё можно спасти?
- Вряд ли. Можно только немного задержать этот процесс.
- Как?
- Говорить с ними, Син. Уделять им внимание, поддерживать то немногое, что осталось от их личности.
Мне вдруг стало стыдно.
- То есть мне нужно было помочь тому сумасшедшему с решением загадок?
- Зачем? – удивилась Ласка. – Здесь сотни таких же. Всех тебе не спасти.
Мда…
Угасающая девушка прошла мимо нас дальше по улице, оставляя за собой след из светящихся огоньков. В домене Знаний вообще светлячков-маноедов было гораздо больше, чем я видел когда-либо прежде. Они были здесь практически всюду – самых разных цветов и оттенков. Настолько, что в освещении дороги не было никакой нужды.
Тем не менее, освещение было. Уютные фонари, летающие волшебные их вариации и светящиеся растения. Здесь нашлось место всему, и в большом количестве. Наверное, это была вообще самая приятная локация в Доминионе.
Было некое ощущение лёгкой заброшенности из-за диких кристаллов камней и большого числа зелени, оплетавшей всё вокруг. Да и рост сталагмитов никто не отменял. Но вместе с тем, никакого мусора, разбитых окон и выбитых дверей здесь не было.
Я поймал себя на том, что сам бы с радостью жил в одном из здешних домиков, пёк бы какие-нибудь пирожки с фруктами, о которых так грезила Ласка в ином мире… И почему так важно находиться именно в академии?
Разве что общество приюта безумцев и валяющиеся на улицах тела сильно портили атмосферу.
Безвольно бредущих по дороге или валявшихся у нас под ногами тел, хватало с избытком. После десятого я перестал считать. Достаточно сказать, что их было много. Представьте себе, что вы оказались посреди улицы в разгар зомби апокалипсиса, вот только все ходячие мертвецы – убеждённые вегетарианцы, и лишь бесцельно бредут мимо.
- Должен быть способ как-то им всем помочь, - вслух задумался я, чтобы разогнать тишину. А то наша прогулка становилась и вправду немного зловещей.
- Знаешь, ты чем-то похож на отца из рассказов матери. Так же пытаешься всех спасти. Зачем тебе это, Син? Кто тебе все эти угасшие люди?
Я внимательно посмотрел на Ласку. Сейчас я понимал, что заставило её задать мне этот вопрос, но нужный ответ нашёлся не сразу:
- Может, просто потому, что могу? Если я могу помочь – то почему бы не помочь?
- Думаешь, добро тебе потом вернётся? – продолжила Ласка. – Или боишься за карму?
- Нет… скорее, я думаю, что делая что-то хорошее, я тычу злу средним пальцем в харю, - усмехнулся я.
- Хм. Никогда на это не смотрела с такой стороны… - задумалась пустотница, а затем вдруг указала вперёд, где наша улочка расходилась на две других. – Смотри, что это там?
- Думал, ты знаешь, - я приподнял бровь, выражая удивление. – Ты же у нас спец по угасшим.
- Я здесь впервые, Син, - не поняла посыл тень. – Откуда мне знать?
На перекрестке было весьма оживлённо. Если это слово применимо к угасшим, конечно. Несколько блаженных лежали по обочинам дороги, рассматривая пустоту перед собой. Ещё двое хаотично бродили вокруг них. Полноватая полуголая девица вылизывала себе ногу, словно дворовой кот, а ещё один приставал ко всем окружающим с какими-то вопросами.
Последнего я даже принял за разумного, пока не услышал:
- Вы не знаете, как правильно есть квадрат? А треугольник? Простите, вы знаете рецепт печёного треугольника?
- Мне здесь не по себе, - озвучила наши общие мысли Ласка. – Давай пройдём это место быстрее?
Но увы, быстро пройти нам не удалось. Любитель геометрической кулинарии быстро выцепил нас среди безучастных тел живых зомби, и уверенным шагом направился в нашу сторону.