Неправильная сказка

— Я понимаю, — возразил Йонто. — Впервые в жизни четко понимаю, чего я хочу. И прошу тебя о помощи. Реши здесь и сейчас, готов ли ты ее оказать.
— А если нет? Ты все равно не отступишься? — обреченно спросил Паллир, уже зная ответ.
Ветер крепчал. Море волновалось. Внешнее спокойствие Йонто, его безмятежная улыбка откровенно пугали.
И старый маг сдался. Пора признать, что воспитанник вырос и имеет право на собственные решения и ошибки, даже самые страшные.
Открывающий пути, редкий и запрещенный артефакт, у Паллира действительно был. Трофейный, можно сказать, экземпляр, носимый на груди в связке с другими магическими безделушками много лет. Просто так, на всякий случай.
Кто же знал, что этот случай и в самом деле однажды наступит?
— Рассчитай все, прежде чем воспользоваться им, — попросил Паллир, отдавая Йонто невзрачный серый камушек в кожаной оплетке. — Артефакт рвет любые защитные чары, но силы для этого вытягивает из хозяина. Тропу легче открыть там, где меньше всего нитей. И оставайся на ней не дольше десяти ударов сердца, иначе оно может не выдержать. Не рискуй.
Зная мальчишку, глупо было просить об этом, а на ответ маг и вовсе не рассчитывал. Но ошибся.
В последнее время он слишком часто ошибался на его счет.
— Не буду, — кивнул Йонто. — Ты был прав: жизнь не настолько отвратительная штука, как я полагал.
Давно уже затянулась теневая тропа, которой ушел упрямый воспитанник, а Паллир все еще задумчиво смотрел вдаль, не замечая ни набегающих на берег волн, ни зло жалящего ветра.
Пожалуй, он и правда задолжал. Если не Йонто, то Анне, которой удалось невозможное.
— Что это, Анна?
Я стояла посреди залитой солнечным светом комнаты, той самой, с объемной картой, и теребила браслет, на который указывал владетель.
Браслет заметно потеплел. Тон шэт-шана замораживал.
Кажется, вечер не задался.
Ну вот как объяснить, если я сама толком ничего не понимаю? И почему я вообще должна что-то объяснять, ведь это была идея Тайро…
— Подарок шэт-ара, — тихо ответила я и все-таки посмотрела владетелю в глаза.
— Подарок, — повторил он задумчиво. — А шэт-ар сказал, что этот подарок означает?
Я качнула головой. Глупо как-то все… Неправильно.
— И почему я не удивлен, — хмыкнул Канро-шан. — Смелости мальчишке никогда не хватало. Это брачный браслет, Анна.
Что?!
Я застыла, судорожно вцепившись в подарочек с подвохом. Вот уж от кого подобного не ожидала!
— Наверняка он говорил что-то о защите, — продолжил владетель, дав мне время переварить новость. — Он считает меня опасным. Думает, что я способен причинить тебе вред.
— А вы не способны? — вырвалось у меня.
Что-то незримо менялось. Сгущалось в воздухе, веяло тревогой… Я не понимала еще, в чем дело, но ощущала, что ничем хорошим это не обернется.
— Я хочу оградить тебя от всех опасностей, — изящно ушел от прямого ответа Канро-шан. — Оградить по-настоящему, а не так, — небрежно махнул он рукой, явно намекая на сына. — Тайро слаб, Анна. Он и себя-то защитить не может. А дворец… Увы, вынужден признать, что я сам расплодил змей. Понятия не имею, как быстро от них избавлюсь. И меня это беспокоит. Беспокоит твое положение. Не все верят, что ты избрана Сверкающей. Но если ты станешь моей женой, никто не посмеет косо взглянуть на тебя. Ты будешь хозяйкой. Дворца. Прайго. И…
— Канро-шан. Пожалуйста. Не нужно… — выдохнула я, цепенея от ужаса.
Как мы до такого дошли?!
— До сих пор боишься меня? — нахмурился владетель, приближаясь на шаг, и мне стоило больших усилий не отшатнуться. — Почему?
Да. Я боялась. Потому что поняла наконец. Увидела…
Его сводила с ума собственная сила. Давно уже сводила. Медленно, неотвратимо. И я… не могла помочь. Даже если бы захотела. Могла лишь отсрочить неизбежное, но… Надолго ли?
Владетель силен. Это-то его и губит. И единственным спасением было бы от силы отказаться, только… Не откажется. Ни за что. Она ему нужна. И власть — тоже. Он жизни без них не мыслит.
Или же прячется за ними от жизни.
 
А ведь раньше… Он жену любил. И то, что она пропала… Ушла? Не важно. Не это ли послужило началом личного безумия?
Всем нам нужно за что-то держаться. И если мы лишаемся опоры… Кто-то сможет устоять. Кто-то — нет.
Канро-шан не смог. Несмотря на силу. По ее вине…
— Не доверяешь, — протянул владетель, не дождавшись ответа. Коснулся кончиками пальцев моего подбородка и жестко спросил: — Твое сердце, твоя вера — все для этого мальчишки, не так ли? А если его не станет? Смогу ли я заменить его?
Я прикусила губу, чтобы не закричать.
Он знает. Он все знает!
От страха меня колотило, а перед глазами то и дело темнело. Я ничего не могла ему противопоставить. Не могла пригрозить, не могла запретить…
Как же сильно сейчас я ненавидела себя за то, что Йонто пришел сюда!
— Так что? — не сдавался Канро. — Смогу?
— Нет. — Короткое слово ободрало горло. До слез.
— Нет, — с непередаваемой интонацией повторил шэт-шан. Его пальцы скользнули по моей шее, остановились на бешено бьющейся жилке. — Знаешь, ты единственная, кто смеет мне отказывать. Раз за разом. Не боясь последствий. И все ради Йонто?
— Дело не в нем, — с трудом сказала я. — И не в ком-либо другом. Дело в вас. Только в вас. Я не могу доверять вам. Вы же сами знаете… Знаете, что теперь все бесполезно. Что бы вы ни сделали. Чем бы ни угрожали…
— Я тебе не угрожаю, — не отводя глаз, в которых вспыхивали алые искры, возразил владетель. — Я лишь хочу понять… Как вы встретились, Анна? Почему он? Как мне заставить тебя забыть его?
Ничего-то он не понял. И не поймет. Пальцы не просто касаются кожи — вжимаются в нее… И дышать все тяжелее, уже не только от страха.
Убьет? Прямо здесь?
А Йонто? Что будет с ним? Если бы я только могла сделать так, чтобы он не возвращался!.. Если бы…
Я вцепилась в руку шэт-шана, пытаясь ослабить хватку.
— Это моя вина, — прошептала, завороженно глядя на алые всполохи глаз. — И я готова ее искупить. Только… Не трогайте его. Пожалуйста. Я сделаю все…
Канро-шан молчал целую вечность. Целую вечность я сгорала в огне его взгляда. А потом… меня отпустили так резко, что я не устояла на ногах. Пошатнулась, оступилась и налетела на стену. Прямиком на украшавшую ее оскаленную морду неизвестного монстра…
Острый клык легко пропорол и тонкую ткань платья, и кожу левого плеча, глубоко, до крови, которая мгновенно пропитала рукав.
— Анна!
От протянутых рук владетеля я увернулась, попятилась, зажимая рану, готовая сбежать при малейшем его движении. Но шэт-шан больше не пытался приблизиться. Его взгляд прояснился, но мне не нужно было ни его сочувствия, ни сожалений.
— Я не трону Йонто, — хрипло произнес Канро-шан. — Более того — освобожу от клятв. Прямо сейчас. Но ты… Ты останешься со мной. Даже если не доверяешь. Я исправлю это. Я все исправлю, Анна. Только останься. И тогда я отпущу его. Клянусь.
Исправит? Как можно исправить то, что бесследно уничтожено?
Безумие. Настоящее безумие.
И я затянута в его водоворот.
Ни выбраться. Ни вдохнуть полной грудью.
Слишком поздно…
— Я останусь, — тихо сказала я. — Сдержите свое слово, Канро-шан.
Владетель прикрыл глаза, перебрал в воздухе пальцами, и я почувствовала, как что-то оборвалось, а мир едва заметно изменился.
Клятв, опутывающих Йонто, больше не существовало. Он был свободен. И теперь…
— Он должен покинуть дворец, — отрывисто приказал шэт-шан. — И никогда не возвращаться. Иначе я его не пощажу. Его жизнь отныне в твоих руках.
 
Я кивнула и почти выбежала за дверь, где привычно ждали мои стражи.
— Госпожа! — воскликнул один из них. — Вам нужно к лекарю!
Я вяло кивнула и, крепче прижав ладонь ко все еще кровоточащему плечу, побрела в сад, на свежий воздух.
Лекарь не поможет. Мне уже никто не поможет.