Неправильная сказка

— Зелье она подлила в воду, — продолжал Агрийо. — Все оказались под его действием. Но вдали от божественного огня риска не было.
Только не для жрицы. И не для Анны.
Проклятье… Надо лучше следить за жизнью гарема. Похоже, у них слишком много свободного времени. И возможностей. И дури в головах.
— А это, я полагаю, тот самый яд, которым пытались отравить Анну, — кивнул на кристаллы Канро.
— Без вкуса и запаха, мой господин, — подтвердил Агрийо. — Видимо, она полагала, что такой сгодится и для аштары.
Владетель устало откинулся на спинку кресла. Наверняка тот чудесный чаек, что пришелся по вкусу Танылу, тоже ее рук дело. Надеялась взять не качеством, а количеством? Упрямая. Кричала о его благе, а сама… Затаила-таки обиду. Нет, не стоит больше связываться с подобными девицами. Добро они все равно не ценят, а пригреть на груди очередную змею совершенно не хотелось.
Кстати о змеях…
— Агрийо.
— Да, мой господин?
— Напомни-ка, где следопыты обнаружили Анну?
— В окрестностях Янтры, мой господин, — без раздумий ответил звездочет.
— Там же живет и дочь Паллира?
— И в самом деле, мой господин. Занимательное совпадение.
— Совпадение, — протянул Канро, прикрыл глаза и медленно выдохнул, гася вспыхнувший в груди огонь. — Конечно же совпадение. Занимательное, да.
Порой в жизни творятся поистине занимательные вещи.
Чего только стоит близорукость одного владетеля, вовремя не сумевшего сопоставить некоторые факты.
Теперь бы решить, что с ними делать… И при этом — не ошибиться, ибо цена ошибки может оказаться слишком высокой.
Странно получилось: я шла к Йонто, намереваясь ему помочь, а в итоге он помог мне. А я… Я ревела. А потом и вовсе заснула, сама не знаю как. И впервые за долгое время спала по-настоящему крепко и безмятежно, чувствуя себя в полной безопасности.
Вернулась я до рассвета. Еще и подремать успела, прежде чем за мной явились и торжественно объявили, что владетель желает видеть свой подарочек.
Кабинет шэт-шана был небольшим и светлым. На одной стене висела голова жуткого монстра с оскаленными клыками, длинными и острыми, точно кинжалы. Противоположную занимала объемная карта Эйторры. Я рассматривала ее, потом — карманного размера портрет в овальной рамке, и вновь переводила взгляд на карту…
С портрета улыбалась юная девушка.
Золотые волосы. Медовые глаза. Пушистые ресницы.
Я знала ее. Это она помогла мне сбежать от торговцев, несомненно. Слишком уж яркая и красивая, такую ни с кем не спутаешь. И теперь я должна сказать нервно вышагивающему по кабинету Канро-шану, где она находится… Да даже попытка это разузнать была бы черной неблагодарностью!
— Ну что? — в который уже раз спросил владетель, останавливаясь рядом.
— Ничего, — пожала я плечами. — Все-таки я не экстрасенс, по фотографиям людей не ищу…
— Что? — нахмурился он, услышав незнакомые слова.
— Не могу найти, — солгала, отводя глаза. — Я…
— Ты силу не используешь, — подловил владетель. — Это несложно, Анна. Коснись карты, будет легче. И скажи наконец, где пропадает несносная девчонка!
— Она что-то натворила? — уточнила я.
— Сбежала, — скрипнул зубами Канро-шан. — Практически из-под венца.
— Она ваша невеста?! — ужаснулась я.
— Упаси Великий предок, — вздрогнул владетель. — Фиранэла — невеста Тайро.
Наследник по ветреной нареченной явно не тосковал, похоже, ее побега он и вовсе не заметил.
— Она дочь владетеля Сайдо, — ткнул шэт-шан в объемное изображение соседнего шэтхо. — И он тоже не знает, где ее носит. И жива ли она вообще…
Я поежилась. Жива? Она же не одна. С таким парнем, как ее «ниндзя», не пропадешь. Но…
Я просто посмотрю. Для себя. Необязательно говорить Канро-шаку…
И я потянулась к карте. Коснулась ее края, закрыла глаза, перед которыми тут же встала Фира — такая, какой я запомнила ее.
Где ты? Что с тобой? Отзовись!
Карта будто вспыхнула. Занялась багрянцем и золотом, засияла… И собрала весь огонь в одном-единственном месте. В то же время сердцу стало тепло и спокойно.
 
Жива. Здорова. Счастлива.
И никто ее этого счастья не лишит, даже если очень сильно пожелает.
— Она здесь, — указала на карту я.
— Не может быть! — опешил Канро-шан, круглыми глазами уставившись на пики Чентолева хребта.
— Вы мне не верите? — нахмурилась я.
— Верю, — выдохнул владетель. — Прекратить поиски, — отрывисто приказал он застывшему у дверей звездочету. — Пусть эта взбалмошная девица делает, что вздумается. Хочет сгинуть — так тому и быть.
— Но, мой господин… — робко возразил Агрийо. — Союз с Сайдо…
— Мне не настолько нужен этот союз, — процедил Канро-шан. — Если Тэхану дорога его дочь, пусть сам за ней отправляется.
Он еще что-то говорил, отдавал какие-то распоряжения, а я неотрывно смотрела на Чентолев хребет, за которым искусно изобразили таившихся во мраке чудищ, и все отчетливее понимала: более безопасного места во всех мирах не сыщешь. И оно с радостью примет одну маленькую испуганную аштару, ежели будет на то ее воля…
Будет ли?
Я перевела взгляд на Канро-шана. И, как тогда с Танылом, мир снова утратил реальность.
Я видела…
Тот же кабинет. И владетеля, перебирающего бумаги. На его висках серебрится седина, на губах играет легкая улыбка. Он смотрит на меня, сидящую в уютном кресле у стены. Я смеюсь. Что-то быстро говорю, вновь заливаюсь смехом и глажу монстра, по какому-то недоразумению зовущегося псом. Монстр повизгивает, словно щенок, и совершенно счастлив. Как и владетель. Как и я?
Мои губы улыбаются, но взгляд — безжизнен и пуст.
Мгновение, другое… И картинка возможного будущего осыпалась сияющими блестками, уступая место настоящему. И в этом настоящем мое сердце нестерпимо заныло.
Гадалка — кем бы она ни являлась на самом деле — не солгала. Передо мной лежало три пути. И лишь два из них виделись широкой дорогой.
Канро-шан. Если я перестану упрямиться, отрину свои принципы и доверюсь ему… он не тронет меня. О нет. Напротив, будет сдувать пылинки. Исполнять капризы, даже самые безумные. Да, я стану птицей, запертой в золотой клетке, но птицей сытой, балованной, а главное — живой.
Таныл. Его дворец никогда не превратится в клетку. Его воля никогда не сломит мою. А его сердце будет верным, хоть никогда и не сможет согреть меня любовью.
Третий же путь казался бездорожьем. Будущее терялось в молочно-белом тумане, зато настоящее… Здесь и сейчас, кроме страха и неопределенности, было то, от чего я уже не смогла бы отказаться. Тепло надежной ладони. Золотые искорки в карих глазах. Спрятанное в глубине души счастье, щекотно-воздушное, как одуванчик, яркое, как солнце… То самое счастье, которого никогда не будет на удобных дорогах, сулящих долгую жизнь.
Жизнь без смысла.
Пока я предавалась странным видениям и невеселым размышлениям, Канро-шан закончил с распоряжениями и переключил внимание на меня.
— Поединок состоится в полночь. Отдохни, времени достаточно.
— Что? — растерялась я. — Ваш поединок с Таныл-шаном? Я тоже должна присутствовать?
И делиться с ним силой? Сейчас? Когда я и помыслить о том без дрожи не могу?!
— Ты видела, — тихо произнес владетель. — Видела, что произошло… тогда.
Отпираться было глупо. Надевать маски я научилась, а вот держать их…
Страх, увы, тоже контролю не поддавался. Слишком уж наивна я была, полагая, что справилась с ним.
— Поэтому захотела покинуть дворец. Поэтому боишься… — Канро-шан подошел ближе, заметил, как я невольно шагнула назад, и остановился. — Анна, ее все равно бы ждала казнь, — вздохнул он. — Закон есть закон. И об этих законах знают все. Знают, чем обернется их нарушение. А о том, что будет с рискнувшим покуситься на тебя, я объявил в первый же день. Каждый сам волен решать, как ему поступать. Каждый должен быть готов к последствиям своего выбора. Что же касается Араи… Я мог бы сказать, что мне жаль, мог бы убедить тебя в своем раскаянии, но… Ты не заслуживаешь лжи. Единственное, о чем я жалею, — что ты все видела. Не для аштары такое.