Серый мир Лилит (СИ)

— Да он тебе понравился. Лиллиан, я в шоке, — хихикала подруга, прыгая ко мне на кровать.
— Отцепись Ханна. — Я встала с кровати, и направилась в ванную, прячась от пристального взгляда подруги.
Включив воду, я сняла с себя темные брюки и белую блузку. Вставая под струи воды, я думала лишь о том, что после выпуска моя жизнь изменится бесповоротно и «серый мир» поглотит теперь меня полностью.
Обернувшись полотенцем я вытирала волосы и, выйдя из ванной никого не увидела. Причесав на ходу волосы, я вышла из спальни, прихватив с собой наушники и телефон, и направилась на кухню. Мне срочно нужен был кофе и много. Подпевая старой песне под названием «Уцелевшая» я бормотала себе под нос слова песни и включала кофе машину, засыпая туда молотые зерна.
— Я уцелела и не собираюсь сдаваться, я не остановлюсь, и буду работать ещё усерднее, я выживу и продолжу бороться, — бормотала я себе нос, постукивая пальцами по столешнице.
Слегка постукивая ногой я легкими движениями двигалась вдоль столешниц ожидая своё кофе. Когда я развернулась к раковине я как ошпаренная подпрыгнула, вытаскивая наушники из уха.
— А ты неплохо двигаешься. — Марк стоял рядом с шокированной Ханной и широко улыбался.
— Какого хрена? — прожигая взглядом синих глаз двоих людей, спросила я.
— Ты может быть, оденешься? — Пропищала Ханна и я вспомнила, что я стою в одном полотенце.
Выпучив глаза, я широкими шагами бегу в свою комнату. Открыв шкаф, я надеваю черные трусики, черный хлопковый топ и шорты в тон. Поверх топа одеваю короткую футболку-топ. Мокрые волосы завязываю в неаккуратный пучок и, сжав кулаки возвращаюсь на кухню, где меня ожидает только Марк.
— В полотенце было лучше. — Усмехаясь, говорил Марк.
В ответ я показываю средний палец и достаю кружку для кофе.
— Кофе будешь? — глухо спрашиваю я, оборачиваясь к нему, — Или ты после обеда не пьёшь кофе?
— Буду всё, что ты предложишь. — Продолжал ухмыляться мужчина.
Наливаю две кружки кофе и протягиваю ему с равнодушной миной на лице.
— Откуда ты Лилли? Я не видел тебя раньше в обществе Ханны. — Маленькими глотками хлебал свой кофе мужчина.
— Я из Нью-Йорка. Всю жизнь здесь живу. Тебе лучше не начинать общение со мной. Марк, для тебя это будет слишком опасно. — Забирая свой кофе, я плетусь в свою спальню и как назло Марк идёт за мной.
— А что если я готов рискнуть? — Проходя за мной хвостиком в комнату он закрывает двери, и я вопросительно на него смотрю.
Выхожу на балкон и распускаю мокрые волосы, потряхивая головой я сажусь в маленькое кресло, и подтягиваю к себе ноги обхватывая колени.
— Твоя жизнь тебе не дорога? — Отвечаю на вопрос Марка, который заходил на балкон и прикрывал двери.
Он достал пачку сигарет и закурил одну, выдыхая дым через нос.
— Жизнь? Ты из мафии что ли? — Опираясь бедрами, он облокачивается на перила балкона и прожигает меня взглядом.
— Марк, чем меньше ты знаешь, тем лучше. Поверь мне. Тебе лучше держаться от меня подальше. С Ханной тебе будет безопаснее правда, но не со мной. — Отводя взор от его пристального взгляда карих глаз.
— А я повторю вопрос. Может, я хочу рискнуть? — Марк подошёл ко мне и присел на корточки, опуская мои ноги на бетонный пол.
— Я не хочу рисковать, — забираю его сигарету и тушу в своём недопитом кофе и пытаюсь встать, но Марк встает и подает мне руку.
Я обхватываю его ладонь, и он подтягивает меня к себе, я оказываюсь слишком близко к нему. Запах одеколона пробивает мои ноздри, и я упиваюсь его ароматом. Поднимаю взгляд и впервые я могу разглядеть его глаза так близко. Темная радужка очерчивала глаза, а вокруг зрачка была светло коричневая рябь. Он смотрел мне в глаза и я чувствовала как бьётся его сердце. Он наклонил голову и остановился в миллиметре от моих губ, спрашивая взглядом моего разрешения. Слегка кивнув, он нежно прижался ко мне губами, и это было так приятно, что если бы не рука на моей талии я бы плюхнулась прямо здесь.
Промычав ему в губы, он широко улыбнулся и углубил поцелуй. Моя рука обвила его шею и он, прижимая меня к прохладной балконной двери углублял ещё сильней поцелуй, обхватив второй рукой мою ладонь прижал к своей щеке и не отпускал крепкой хваткой. Сигаретная горечь впивается в мой язык, но я не обращаю на это внимание. И в этот момент в мою голову приходит лишь одна фраза «Ты погубишь его, Лилит», я резко открываю глаза, выпутываясь из его объятий и шагаю в спальню.
 
— Извини, но я не могу, — бормотала я себе под нос, выходя с балкона, — Правда не могу. Не хочу погубить тебя.
— Лилли! Постой! — Догоняя меня кричал Марк хватая меня за руку, — Мне плевать Лил. Я тебя как увидел, меня как будто током шибануло, и я не уйду просто так. Ты шикарная женщина Лилли, пусть хоть мне голову снесут, плевать.
— Марк, — вздыхая, сказала я, — Я Готти и тебе лучше держаться от меня подальше, — дергая рукой я отхожу дальше от него.
— Готти? Та самая Готти? — задыхаясь, спрашивает Марк.
И в этот момент я делаю то, о чем потом пожалею. Правда, которая либо убьет его, либо меня.
— Меня зовут Лиллиан Готти. Моя семья самая влиятельная в этом мире. Тебе нельзя общаться со мной, ты будешь всегда под прицелом, а я не хочу такой жизни для тебя. Я не та девушка, которая тебе нужна. — Заканчивая разговор я, открываю двери и вижу ошарашенную Ханну с открытым ртом.
— Лиллиан? — Пропищала Ханна, смотря на меня и Марка.
— Ханна уведи его отсюда, пожалуйста. — Закрывая глаза и закидывая голову назад, бормочу я.
— Да мне плевать кто ты! Я не уйду! — закричал Марк, подходя ко мне.
Марк захлопнул дверь перед носом Ханны, и толкнул меня к стене обхватив мои щеки своими ладонями.
— Мне плевать кто ты, Лиллиан. Я как тебя увидел, понял, что не смогу никуда уйти от тебя. — После его слов он поцеловал меня в губы, прижимая к стене.
— Марк! Какого черта! — Вопила Ханна за дверью.
— Марк, мы знакомы не больше пары часов, а ты готов мне в любви клясться? Остановись, глупец. Ты не понимаешь, куда ты лезешь! — отталкиваю парня от себя слишком грубо, — Ты не понимаешь! Я живу в этом уже двадцать четыре года, и я хочу сбежать, а ты целенаправленно хочешь туда? Никогда, слышишь! Держись от меня подальше! — кричала я на всю комнату.
— Давай сбежим? — Задыхаясь, говорил Марк.
— Из «серого мира» выходят только вперед ногами. Марк, проваливай и не возвращайся. — Тихонько сказала я и открыла двери, где уже кипятилась Ханна.
— Марк, пошли! — рыкнула Ханна и он послушным мальчиком поплелся за Ханной, а я захлопнула дверь, прожигая её взглядом ещё несколько минут.
Иногда я специально блокирую свои чувства к кому то, чтобы не сделать больно ни себе, ни другим людям. Усаживаясь на кровать, я думала, как и всегда только об одном. Я та, которую боиться весь «серый мир». Я Лилит. Я убийца. И любовь мне не чужда. Вокруг меня только боль и смерть. Я умру в одиночестве и никогда не познаю, что такое любовь. Любовь слишком опасно иметь в моем мире. Любовь-это слабость, а мне нельзя быть слабой.
Спустя месяц…
Мои последние дни перед возвращением в тюрьму под названием поместье Готти, были тяжелыми. Я заканчивала дела с университетом, собирала вещи и морально настраивалась на то, что скоро всё будет, как и прежде. Приказы, работа, семья.
Надевая на себя кожаную юбку миди черного цвета с разрезом на бедре и черный свитер с V-образным вырезом. Собираю свои черные волосы, в тугой хвост, оставляя пару прядей на лице, и выхожу из комнаты и сталкиваюсь с Ханной.
Оглядывая её, я одариваю её льдисто-голубое платье с вырезом в зоне декольте и переплетающимися лямками на груди и шеи одобрительным взглядом.
 
— Ханна, ты выглядишь шикарно.
— Спасибо, кому то же из нас надо одеваться ярко, а то твой черный цвет уже приелся. Захотелось разбавить твою мрачность. — Она широко улыбнулась мне и обняла за плечи.
— Ну что? Идем, выпьем? Завтра мы возвращаемся домой. — С грустью в голосе сказала я.