Попутчики (СИ)

Хорошо, что у него есть такая жена, как Нора. Едва закончились бои, она со своей чёрной магией… как её там… квадривиум… словом, принялась что-то считать, распределять и приказывать и даже умудрилась наладить лечение раненых и исправление порушенного врагами. Один из амбаров сгорел, потушить не успели. Квартал кожевников тоже. Отец Сергиус сказал, что деньги на восстановление выделит церковь — отняв у монастыря братьев-заступников — но в остальном дал понять, что ни монастыря, ни монастырских земель баронам не видать. Поди поспорь с ним! Его вейцам и драться не пришлось, все при виде них обделались, а уж когда отец Сергиус заговорил про проклятье…
Отряд вейцев — это, конечно, хороший аргумент.
Легат привёл его в помощь Норе, которая была правительницей, главной в совете баронов, когда отец Сергиус уезжал в Нагбарию.
Хорошо, что Нора так любит мужа и так хочет порадовать. Хорошо, что у Норы есть маленькая тайна, которую она так хочет скрыть. Зачем ей отряд вейцев? А вот Клосу он очень нужен.
Начать всё-таки с Лабаниана, вдруг решил рыцарь. Выйти первыми… нет, разумеется, выйти вместе со всеми, иначе это будет слишком похоже на измену, но пойти первыми. Отец Сергиус поддержит, а, значит, поддержат и вейцы. Разве не он, не Клос возглавил оборону Сетора? Разве не он пленил в честном бою графа цур Лабаниана? Разве не ему сдались оба графских сына и трое зятьёв? Взять с собой писаря из Братства Помощи… жаль, что Вейма не выносит крови, она действительно хороша в счёте… надо будет спросить отца Сергиуса, кого он порекомендует. Или всё-таки взять её? На месте растолкать и пусть займётся делом…
Клос снова почесал подбородок. Барон цур Тиллиан и граф цур Ладвин пусть заткнутся. Они сами вышли из совета. С волей святейшего папы и отрядом вейцев они спорить не станут. А остальным надо намекнуть, что они ошиблись и эта ошибка могла стоить им Сетора и — Норы.
Рыцарь сжал зубы. Когда начался штурм, он никак не мог взять в толк, куда девать жену. Оставить в доме? Но он не мог оставить с ней ни одного человека, все нужны на стенах. Взять с собой? Но кто мог ручаться, что шальная стрела не сделает его вдовцом? А если брать, то в одежде ли знатной дамы, когда в случае поражения её ждали братья-заступники, пытки и костёр? Эти мерзавцы умели быть злопамятны! Или простой женщины и тогда любой из прорвавшихся в город захватчиков мог сделать с ней такое, о чём и думать-то не хотелось. Нора нашла себе дело, но весь бой он до боли стискивал зубы, заслышав где-то женский крик. Заступник был милостив. Они же почти сдали город, монахи прорвались через ту проклятую дыру в стене… повезло ещё, там были неудобные подходы, большой отряд не мог зайти сразу, но хватило и малого, чтобы ударить в спины защищавшим ворота.
Если бы батюшка оставил бы своих людей! Не хватало самой малости. Если бы у барона цур Ерсина были бы разведчики поумнее!
Если бы, если бы, если бы.
Они победили. Чудом Заступника, но победили. По всем храмам возносят благодарственные молитвы, отец Сергиус проповедует посреди города… победа. За неё было дорого заплачено, но вот она.
Клос сам, не зовя слуг, прикрыл карту тяжёлой крышкой и вышел из таблиния. Впереди был долгий путь, но игра стоила свеч.
* * *
Месяц спустя Клос, тяжело ступая, вошёл в зал дома Фирмина, где проходил совет баронов. Лабаниан был взят, имущество графа привезено в Сетор, посчитано и учтено, сам граф с семьёй сидел взаперти, его крестьян пограбили только самую малость и быстро остановились, город отстраивался, дождались возвращения уехавших баронов… и вот созвали совет. Говоря по чести, совет могли собрать ещё две недели назад, но Нора, умница, потянула время, не задавая лишних вопросов. Стоило, конечно, её во всё посвятить… Но могла ли Нора ничем не выдать секрет, молчать две недели, вести себя как ни в чём ни бывало?.. Её решили оставить в неведении. А вот Вейма, её придворная дама — знала. Её помощь была… небесполезна. И в этом тоже.
Клоса на совет позвали особо, как и отца Сергиуса, кстати, только легат прибыл ещё до начала, а рыцарь опоздал. И это тоже было частью замысла.
 
— Бароны, — начал Клос ещё в дверях, — приветствую всех вас и прошу простить меня за опоздание.
— Где ты был? — спросил граф цур Вилтин, по праву отца не утруждая себя формулами вежливости.
«Отлично, — подумал Клос. — Спасибо, батюшка, что сделал первый ход. Начнём».
— Тренировал своих новых бойцов, — честно ответил рыцарь. Увар пустил клич по своим старинным знакомым и к Сетору стеклись наёмники, желающие встать под начало рыцаря Клоса. Это была идея не только Клоса с Уваром, во всяком случае, отец Сергиус на первый же намёк заверил, что Братство Помощи выделит деньги для новых наёмников… и не потребует платы. Не лучший вариант. Потом придётся платить куда больше, чем получил… но это потом, потом. А пока нужны люди. Много людей.
— Ты разве граф?! — приподнялся со своего места цур Тиллиан. Ещё бы, его земли в двух шагах от Сетора, только обойти по краю Ерсин — и вот он, Тиллиан! — По какому праву ты собираешь свою армию, мальчишка?!
Клос сжал зубы, но сдержался.
«Мальчишка!»
Неудивительно, что Нора была готова прибегнуть к чёрной магии, лишь бы добиться должного к себе отношения. Вон, сидит, вся красная от злости, не знает, чем их заткнуть. Ничего, он им покажет свою магию. Посмотрим, кто теперь будет смеяться.
— Когда вы захотите обратиться ко мне, ваша милость, — вежливо произнёс рыцарь, — называйте меня графом цур Дитлином, ибо эти земли мои по праву.
Граф Ладвин удержал барона цур Тиллиана и заговорил сам.
— Хорошо, — поспешил он заверить, — пусть ты граф. Но даже граф не может увеличивать армию, не спросив согласия совета.
Клос чуть не расхохотался ему в лицо. Из-за этих двух дураков распался союз, а теперь они требуют, чтобы к ним прислушивались! Барон цур Абеларин, вон, тоже ёрзает. Ещё немного — и тоже потребует слова, предатель!
Спокойней. Спокойней. Сейчас главное — осторожность и хитрость.
— Ваша милость, без сомнения, правы, — отвечал Клос, придав своему лицу выражение наивности, — Но я думал о будущем. Известно ли вам, что граф цур Лабаниан держал армию на границах с Хларией и всю её привёл под стены Сетора? Сейчас, когда мы не можем знать, доверять ли людям Лабаниана… а в Хларию, без сомнения, уже дошла весть о том, что наши границы беззащитны…
Вот теперь их проняло! Всех, даже отца и союзников.
— Почему ты ничего не сказал нам? — спросил граф цур Вилтин.
— Батюшка, я думал, вы все знаете, — ответил рыцарь. — Ведь вы так давно заботитесь о благе Тафелона…
Между бровями графа залегла едва заметная тень. Граф цур Вилтин понял, что сын над ним издевается, но решил промолчать. Клос не то чтобы хотел оскорбить баронов. Но он не мог им простить, что они разбежались, бросив его защищать Сетор и не оставив ему достаточно людей… не оставив надежды на победу.
— Что ты предлагаешь, мальчик? — спросила баронесса цур Кертиан. Клос пожал своими широкими плечами.
— Я полагал взять на себя защиту Лабаниана, — просто ответил рыцарь. — Раз мне выпало счастье сразить владетеля графства в бою, это мой долг и моё право. Когда я соберу достаточное войско, я выдвинусь со своими людьми на западную границу Тафелона — с вашего благословения…
Непроизнесённое«…или без него» повисло в воздухе между ними. Бароны переглянулись.
— Клос, — мягко произнёс цур Вилтин, — ты смелый и отважный юноша, прекрасный рыцарь и я горжусь тобой. Но не слишком ли большую ношу ты на себя возлагаешь?..
Клос снова пожал плечами.
— Я полагал своим долгом защитить Тафелон от опасности, — упрямо выговорил он.
— Твои люди прекрасно себя показали в бою, — подхватила баронесса цур Кертиан, — но они куда больше подходят для нападения, чем для охраны границ. У хларского короля большая армия, более опытная, чем отряд наёмников.
Граф цур Вилтин шепнул что-то на ухо цур Ерсину.