Попутчики (СИ)
После Магда порылась в стоящем в комнате сундуке. Туда она сложила подарки барона. Там лежали рыцарские платья… Магда выбрала одно, двухцветное по хларской моде. Правая половина голубая, цвета её отца, левая — чёрная, цвета герба барона, и белый пояс. Барон всегда был прямолинеен… Магда имела право на чёрный цвет и как любовница цур Фирмина, и как его вассал. А теперь это был ещё и траур… Бедный Арне, всегда его тянуло на неприятности… Каким жил, таким и умер…
Отложив платье, Магда вернулась на кухню. Нужны травы. А после надо найти в сарае лопату. Ведьма хорошо помнила все тайники Виля, которые ей показывал Арне. Деньги. Оружие. Инструменты. Это могло пригодиться. Не ей — Вилю.
Теперь последнее. Самое неприятное.
Когда Куно пришёл за ней, ведя в поводу подаренную Арне лошадь, она была уже готова, а левая рука замотана свежей тряпкой. Впрочем, сразу выехать не вышло: Куно сперва покормил её коз, а после отогнал их к матери в трактир и туда же отнёс кур.
В Ортвине была большая деревня, больше, пожалуй, Латгавальда, с краю которой высился рыцарский замок: заключённая в кольцо каменных стен башня. Стены были кривые, неровные, из камней разных размеров, но это куда лучше, чем в замке её отца, там обходились частоколом. Здесь же частокол окружал деревню. Хороший, добротный, и дома тоже крепкие, надёжные. Рыцарь цур Ортвин был хорошим господином для своих людей. Небось, отменил подати после войны, иначе как бы они так быстро восстановились?
Они собирались проехать через Корбиниан, потом городок под названием Вибк и попасть в Сетор за несколько дней. Если очень повезёт, Магда могла даже рассчитывать нагнать отряд по дороге, но если и нет… У неё всё равно не оставалось выхода. Пришлось бы идти до конца. Бросить дочь в Белой башне Магда не могла, как не могла и надеяться, что друзья рискнут ей помочь вытащить оттуда девочку.
Но в деревне возле развалин Гандулы планы изменились.
Когда они были уже близко, Магда повернула к Куно ничего не выражающее лицо.
— Запомни, — не то приказала, не то попросила она, — мы не знаем никакого Виля. И мы не из Фирмина. Я — дочь рыцаря Криппа цур Лотарина, еду помолиться за здоровье отца и младшего брата. Если тебя кто-то узнает, говори, что нанялся ко мне в Латгавальде, но это в крайнем случае.
— Тебе надо отдохнуть, — проворчал мальчишка. — И поесть. Ты скоро из седла выпадешь.
— Прости, — одними губами улыбнулась ведьма. — Я знаю, ты устал. Потерпи немного. Я чувствую, скоро мы отдохнём.
— Кто устал?! Я?! — возмутился Куно. — Ты на себя бы посмотрела!
Сын трактирщицы оказался незаменимым товарищем, хоть и был не слишком доволен, когда ведьма велела ему ехать на кобыле, оставив себе жеребца. Но Магда побоялась, что отданный мальчишке-крестьянину рыцарский конь вызовет ненужные подозрения… Её жеребец, конечно, везти тоже не хотел. Ведьма не обладала даром своей дочери договариваться с животными, поэтому над конём пришлось поколдовать и сейчас он был неестественно спокоен. Неважно. Ей же не сражаться.
Коня в деревне узнали. Ещё бы не узнали, когда это был конь их шателена. Магда не проронила ни слова, чтобы что-то объяснить хоть кому-нибудь, а вот Куно, молодец, спрыгнул на землю, помог спуститься «своей хозяйке» и, окликнув мальчишку моложе себя, спросил, где бы его госпоже можно было бы отдохнуть, выпить вина, а то, может, молока найдётся. Позаботившись о по-прежнему безмолвной ведьме, он принялся болтать с местными с той непринуждённостью, которая воспитывается только в кабаках. Вот, мол, видите? Госпожа М… м-м-м… Бертильда. Недавно у неё, да. Так она невеста покойного рыцаря Арне. Что значит — как покойного? Да вот так. Разбойники убили, вчера только. Уж она и убивалась!.. все глаза выплакала, на свет не глядит, на месте сидеть не может. Аж постарела от горя-то. А чего одна? Да бедная она, только и славы, что дочь рыцаря, отец землю сам пахал. Но род-то древний. От графа скрывали, боялись, не благословит. А теперь-то чего таиться… Теперь вот к графу едет, рассказать о последних минутах… потому и коня взяла, со своими-то у её отца плохо… да-да, рыцарь убийцу ловил, да, поймал, говорят. А отряд-то вчера, небось, здесь проезжал? На старом тракте следы от телеги остались. В Сетор тоже едут. Вот раньше бы выехали, так догнали бы их, всё безопасней с отрядом ехать. Как это — не туда поехали? Да кто бы мог подумать… проклятый, значит… Ну, да, братьям-заступникам виднее. В своём монастыре они уж с ним разберутся… живо всё расскажет…
— Ты бы отдохнула, а не про предчувствия болтала, — не отставал Куно, становясь очень похожим на мать. — Небось, кабак у них найдётся, вон как люди хорошо живут, не то, что в Корбиниане!
— Ты не видел ещё как люди у моего отца живут, — одними губами улыбнулась ведьма. — Вот где нищета.
— Ты поэтому оттуда ушла?
— Я ушла оттуда потому, что отец меня выгнал, — равнодушно пояснила ведьма, — чтобы не выделять мне приданого. Чтобы всё досталось моему дорогому брату… чтоб его… их обоих.
— Слышала, Магда? — по привычке запросто обратился к ней мальчишка, когда они покинули деревню возле развалин. — Виля везут на север, в монастырь братьев-заступников! Братья-заступники! Поехали туда?
Магда равнодушно посмотрела на спутника.
— Прыткий какой, — проворчала она. — Поехали…
— Мама говорила, уж ведьма-то своих не бросит, — не отставал Куно. Ведьма бросила на него косой взгляд.
— Не болтай много, — посоветовала она. — Не знаем мы никакого Виля, а до какого-то убийцы, проклятого, нам дела нет. Мы поедем в деревню, где жил Арне, вернём им коня, он же из их конюшни, и прикупим тебе коня или мула. Если найдётся. У них там лошадей всяких хватает. Тут другое трудно. Как нам дорогу сменить, чтобы никто не видел, а то только внимание привлечём. Ехали в Сетор, а потом вдруг на север свернули, да ещё после вестей о проклятом. Поколдовать придётся.
— А потом? — заёрзал в седле Куно.
— А потом мы поедем в храм святого Зераса, убийцы дракона, что в Нагбарии. Помолимся за душу погибшего рыцаря… И заодно за здоровье отца моего и брата младшего.
— А у тебя есть отец?! — распахнул глаза Куно.
Магда невесело улыбнулась.
— У меня даже есть грамота от него, — сказала она. — Барон наш папашу моего подписать заставил. А ты думал, я для вида переоделась?
— Ух ты! А я думал, врали люди-то.
— А правду говорят, что ведьма всегда кого-нибудь ненавидит и через то берёт волшебную силу? — не отставал мальчишка.
— Поговори мне, — устало пригрозила Магда. — Ещё на площадь выйдем, покричи там, чтобы все точно услышали.
— Ну, прости, — примирительно ответил Куно. — А о чём с тобой говорить можно-то?
— Ни о чём. Я же дочь рыцаря, забыл? Думаешь, они вовсю болтают со своими слугами? Уж потерпишь на людях.
— Я тебя и без людей терплю, — нахмурился мальчишка. — Как с цепи сорвалась. Пошли в кабак. Поешь, наконец, а я людей поспрашиваю.
— Сам поешь, — покачала головой ведьма. — Ты устал, а мне не хочется. Отдохни. Как бы нам сразу же выезжать не пришлось.
В памяти шелестел голос рыжей ведьмы, некстати встреченной на дороге. Не стоило, ох, не стоило колдовать на чужой земле… Но Магда боялась, что её заметят…
Тропинка вынырнула из леса и кони встали. Дорогу загораживала Денна. Рыжая ведьма, скрывавшаяся в лесах Корбиниана. Магда вздохнула.
Она рисковала, колдуя в чужих лесах. Сейчас придётся платить за дерзость… Только из очень большой нужды можно пойти на такое. Плохо, очень плохо. Магда своим поступком как будто бросала местной ведьме вызов. А кроме того… нельзя много раз колдовать над одним и тем же животным… что-то в них было такое… отвергающие лишнее чары. А ведь это был подкованный рыцарский конь… такого вдруг не заколдуешь… За это тоже рано или поздно придётся расплачиваться…