Меч Баа Ци (СИ)
— О! Кто ж это тебя так отделал, герой арьергарда? Свои, что ли ткнули, чтоб сильно не верещал от страха?
— Да твой Кролик или Заяц, забыл уже, как ты этого придурка зовешь, — охотно ответил Вахтер, не реагируя на подначку. — Вон за кучкой валяется, пузыри кровавые пускает. Уработал я этого вояку недоделанного, как Тузик грелку. Он же не знал, что я… Зайчик твой.
— Крош, что ли? — запоздало догадался Страшила, неторопливо подходя в указанное место к телу поверженного Кроша. затем обернулся к Свете. — А эта мамзель что тут делает? Почему среди трупов и еще не в обмороке? Непорядок.
— Светлана Николаевна прибыла из нашей реальности сюда лечить меня и пестовать, — объяснил тоном опытного экскурсовода Вахтер. По выражению лица лекарши угадывалось, что она немного не согласна с данной формулировкой, но спорить не стала.
— Врач? — обернулся к ней Страшила. — Хорошо. Помоги-ка тут… Кажется, Крош не совсем еще кони двинул. Небось, выкарабкается. На этот раз.
Света пошла к нему, присела рядом с лежащим и внимательно осмотрела раны. К ним поспешил и Вахтер, старательно припадая на раненную ногу, опираясь на костыль из стяга Ордена.
— Точно Крош? — спросил Страшила, присматриваясь к человеку у своих ног. — В той реальности он умер у меня на руках с огромной дырой в груди. Сабраммы, суки, завалили его какой-то вредной для здоровья хренью типа бластера.
Он по-хозяйски повернул залитое кровью лицо побитого рыцаря к себе.
— Ну да, Крош. Узнаю его хитрую морду.
— Дима! — ахнула маленькая докторша. — Дима! Мой родной!
Далее она принялась что-то говорить сквозь нахлынувшие слезы, торопливо расстегивая на Кроше грязные и окровавленные одежды, куски разбитых доспехов…
— Все снимай! — приказал Страшила. — Наши увидят раненного рыцаря, могут не сдержаться и добить. Кровушки они попили…
— Ну вот! — радостно сообщил Вахтер. — А говорила, никаких подарков от меня не надо. Бери себе этого мужика в подарок! Выходишь, женишь, вылечишь, залетишь… Ну или в обратном порядке, неважно. Будете жить долго и счастливо! Бери, бери, не хнычь. Хоть он мой пленник, но я тебе его дарю от своих щедрот нечеловеческих. Хорошие мужики на дороге не валяются!
Страшила с сомнением обернулся на поле, устланное мертвыми телами еще недавно живых и полных сил бойцов. Что само по себе опровергало тезис Вахтера.
— Нужна вода, дезрастворы, лекарства! — требовательно крикнула Света, так, что Вахтер со Страшилой даже вздрогнули от неожиданности. Радость от встречи с давно потерянным близким человеком отошла на второй план, поскольку жуткие раны на его теле не позволяли терять времени. — Да быстрее! У вас тут есть лекари?
— Есть! — с готовностью подтвердил Вахтер. — Из ассортимента местных процедур — приложение подорожника и лечебное обоссание. Тебе какую?
Страшила коротко свистнул, призывая бродящих вдалеке некомбатантов к себе. Те стремглав кинулись к почтенному князю, явившему на поле боя великую доблесть и славу. Такому они готовы были служить со всей рьяностью.
— Поступаете в распоряжение вот… Светланы Николаевны. Слушать ее, как меня! — скомандовал Страшила. — Она теперь назначается начальником врачевателей нашего войска.
Новоявленный главврач вытер рукавом слезы вместе с остатками туши и затребовал носилки с тряпками и вином. Страшила напутственно похлопал ее по плечу.
— Ничего, Светка, поставим на ноги твоего Кроша! Не будь я его командир! — сказал он. И тут же добавил, для тех, кто в танке. — А я его командир!
— Он вообще всего командир, — согласился Вахтер. — Даже местными бобрами лезет командовать. За что я его и произвел в князья.
— Ты меня произвел? — удивился Страшила. — Ты даже анализы произвести не сможешь, не расплескав, балаболка! Собирай манатки и рванули дальше в путь, пополнение собирать. Вон сколько бойцов полегло.
Он еще раз пригляделся к Крошу, силясь понять, способен ли тот воспринимать информацию или с ним нет смысла разговаривать. Но Вахтер приложил бойца от души, потому тот лишь хрипел и время от времени судорожно дергался от боли, не открывая глаз.
— Крош! — позвал его на всякий случай князь и командир. — Ты меня слышишь?
— Рыцарь Димитар, — позвал тогда Вахтер. — Слышишь меня?
Крош повернул в сторону Баа Ци голову и слабо улыбнулся. Правда, улыбка вышла злобной.
— Все равно ты проклят теперь, раз пошел против Ордена! Судьболомный камень не даст тебе встретиться с твоей женой! Предатель!
— Как очнется, — вместо Кроша Вахтер заговорил со Светой. — Втолкуй, чтобы особо не толкал свои проорденские речи. Местные не поймут и на кол посадят. Говорят, это неудобная асана.
— А что он такое про какой-то камень говорил и твою жену? — спросил Страшила.
— Да бредит!
По приказу Страшилы ретивые некомбатанты раздобыли коня из числа трофейных — поймали здоровенного рыцарского, стащили изуродованный кусок мяса, в который превратился прошлый хозяин после встречи с кем-то из витязей Хвои. Вахтер, дожидаясь подготовки транспорта, пыхтел в куче трупов.
— Ты чего там делаешь? — спросил его Страшила. Потом разглядел что, и только выругался с отвращением.
— Ну на фига? — простонал он.
— На барабан, — пояснил Вахтер, сворачивая в рулон снятую с пятой точки убитого магистра кожу. — И голову давай руби, на копье воткнем, будет рекламой нашего воинского искусства. Если просто кому расскажем, что завалили целый орденский отряд — никто не поверит. А вот вам голова Квинтуса в доказательство! Тут все к нам примкнут.
— Мда, рекламка, — вздохнул Страшила, пусть и с неодобрением, но внутри понимая, что его товарищ неплохо вписался в жестокие обычаи местных людей. — Собери семь голов и выиграй главный приз…
Свету, с места в карьер развившую бурную деятельность по организации медицинской системы, путем непрекращающихся криков и понуканий подчиненным некомбатантам, они оставили на поле боя. Сами не спеша поскакали прочь, собирать уцелевшее войско, что продолжало по приказу князя преследовать убегавшего врага. Хотя там и оставалось то с десяток недобитков.
Страшила направил коня на пригород у самых стен Озерного. Вытащил красивый рог и затрубил что есть мочи, призывая войска к себе. Сплюнул на землю и внезапно спросил:
— Так что в итоге? Почему ты не можешь встретиться с Тейли?
— А тебе какая печаль?
— Я ее отец. Если дело серьезное, то развод и девичья фамилия. Нафиг нам такой зятек.
— И детей делить будем, да? У нас их уже целый детсад.
— Чего их делить? Рин Сей, когда я его в последний раз видел, мог в одиночку выйти против целой армии баллотов или сабраммов.
— В меня пошел. — самодовольно прокомментировал Вахтер. — Ладно, дедушка, не бойся. Дело в судьболомном камне: наша общая знакомая Тайлин вместе с каким-то хитрым старичком вытащила у меня судьболомный камень и на нем сделала условие, что если я причиню вред Ордену, то я никогда не увижу Тейли. Но так вышло, другого варианта не получилось, только мочить рыцарство. Но это ничего…
— Судьболомные камни — что это?
— Такие прикольные штуковины, у меня их дофига было. Разламываешь, даешь условие, и оно сбывается, меняя текущую линию судьбы. Ну или…
— То есть, в них содержится высокий заряд предположительных частиц третьего уровня очистки?
— Чего? — не понял Вахтер.
— Это очень высокие технологии, которые не смогли постичь ни аграи куп пеле, ни даже твои Сверкающие разумом миры. Последние со всем своим научно-техническим потенциалом сумели создать лишь громоздкую установку-прототип. А по твоему описанию выходит, мы имеем дело с портативными контейнерами, в которых они без проблем хранятся и высвобождаются под определенное задание носителя. Это…
— Что «по моему описанию»? Ты откуда такие слова умные вообще знаешь, армейский дундук? — насторожился Вахтер, услышав от обычно игравшего роль сурового туповатого командира "упал-отжался" Страшилы сразу столько много умных слов. — Ты точно Страшила?