Твоя рабыня. Слепая страсть (СИ)

— Привет, — улыбнулась я ей в ответ, — получается так.
— Ой, как здорово! Давно хотела себе подружку. А то здесь, кроме стервы Верки никого нет. Она, кстати, тоже здесь служанкой работает.
Только сейчас я заметила, что моя комната — это общая служебная комната. Здесь стояла моя кровать, кровать рыжеволосой девушки и, как я понимаю, третья кровать была той самой стервы Верки.
— Меня, кстати, Лилией зовут. А тебя?
— Александра. Но ты меня можешь звать Сашкой.
— Класс! Мы с тобой подружимся!
Моя кровать оказалась довольно просторной, с мягким матрацем и с новым, красивым постельным бельем. Да, давно я не спала на такой постельке. А если быть точнее, то никогда. В приюте были узкие, скрипучие, железные кровати, а когда я работала в кафе, мне приходилось спать в подсобке, в холодном и влажном.
— А вот и твоя рабочая одежда. — Лилия положила на мою кровать черное, короткое платье, белый фартук и белые легкие кеды. — Одежда точь-в-точь, что и на мне сейчас.
— А почему мы должны носить такую короткую одежду? Стоит мне нагнуться, и у меня будут виднеться трусы. Разве прилично прислугам расхаживать в такой одежде?
— Не знаю, — пожала девушка плечами, — эта униформа с тех пор, как я устроилась сюда работать. Другой не было.
— А сколько ты уже здесь работаешь?
— Ммм…. - задумалась девушка. — Уже пятый год. Да, через два месяца будет ровно пять лет.
— Хм, — удивилась я, ожидая услышать другого ответа. — Ты, наверное, уже привыкла к этому дому? Отдать пять своих лет на эту семью….
— Если честно, я каждый день мечтаю отсюда свалить куда подальше. Но некуда.
— Почему? — Меня очень удивило признание девушки. И даже насторожило.
— Дело не в зарплате. Она-то меня и держит здесь. Дело в самих хозяевах.
— А что с ними? — Еще больше насторожилась я.
Девушка призадумалась. И в этот самый момент открывается дверь в комнату.
В комнату зашла ухоженная, молодая блондинка. По ее черному платью и белому фартуку я поняла, что она та самая Верка — третья служанка.
— Привет! Ты, наверное, Вера? Приятно познакомиться, я Александра — третья служака. — Решила первой пойти девушке на встречу.
— Во-первых, для тебя я не Верка, а Элеонора — отныне ты будешь называть меня именно так. А во-вторых, обращайся ко мне только по делу, болтать с тобой, словно с подружкой, я не намерена. Не доросла до меня по статусу.
— Ой, посмотрите-ка на эту королевну! — Вмешалась Лилия. — Не доросли мы до тебя…. Ну конечно, куда нам до тебя, до постельной шалавы. Спишь со всеми богатенькими мужиками. Лишь бы деньги давали.
— Что ты сказала? Кто я?
— Шалава постельная!
— Да я тебя…. — Побежала девушка на Лилию, а та не растерялась, прыгнула на кровать и с кровати на нее. В следующую секунду девушки вцепилась друг другу в волосы. Видимо, так у них происходит всегда.
— А ну повтори, что ты сказала?! — Зло прошипела Верка.
— Шалава! Проститутка! — Лилия повалила девушку на кровать и уже там они продолжили свой «разговор».
Я стою в сторонке в легком шоке. Я, конечно, сама так частенько дралась и с девчонками, и с парнями в своем приюте, но видеть этих девушек, вцепившихся друг дружку в волосы, было для меня чем-то новым.
— Что здесь происходит!? — Эта женщина точно доведет меня до инфаркта. Валентина Игоревна появляется всегда незаметно, но эффектно. — Я вас спрашиваю!
Девушки тут же расцепились.
— Она меня назвала шлюхой! — Как маленькая, пожаловалась Вера, указывая пальцем на Лилию.
— Как будто это не так. — Ответ женщины поверг в шок не только Верку, но и меня с Лилией.
Блондинка фыркнула и тут же выбежала из комнаты, с шумом захлопнув за собой дверь.
— А вы что стоите? Живо за работу! — Настала очередь и до нас. — Лилия, отправляйся на второй этаж чистить унитазы, а ты быстро переоделась и пошла за мной.
— Валентина Игоревна, а кто выдумал эту форму? Она же не удобная и очень короткая. — Пыталась я опустить платье как можно ниже, дергая за подол, когда мы поднимались наверх, на второй этаж.
 
Если бы внизу, под лестницей кто-нибудь стоял, то он непременно во всех ракурсах разглядел бы мои трусы и голые ляжки. Может, облегающие шорты натянуть под юбку?
— Чтобы я в последний раз слышала ваши жалобы. — Валентина Игоревна одарила меня строгим, и в то же равнодушным взглядом. — Если тебе что-то не нравится, если ты вдруг заболела или если тебя кто-то обижает — мне все равно, это твои проблемы. Сюда ты пришла работать и только. Я не буду с тобой нянчиться. Что-то не нравится — я тебя не держу, двери на выход всегда открыты. Ты поняла меня?
— Поняла. — Буркнула я. Какая же она бесчувственная….
В течение часа мы обошли все двадцать три комнаты этого огромного особняка, половина из которых должна быть всегда запертой. В двадцати двух комнатах мы, три служанки, должны убираться изо дня в день. Во всех, кроме одной — в личном кабинете Алексея Владимировича. В кабинете хозяйского сына, убираться было позволено только Валентине Игоревне. Остальным же прислугам вход туда был строго запрещен.
Одновременно с изучением комнат, домоуправляющая кратко перечислила всех жителей этого дома: Стриженовы — Владимир Николаевич, Алексей (их я уже видела), Кирилл (второй сын Владимира Николаевича), Светлана Викторовна — хозяйка дома, частенько в доме зависает брат Владимира Николаевича — Станислав Николаевич и его дочь Анастасия Станиславовна.
— Ко всем ты должна относиться с почтением. Они все для тебя хозяева, ты поняла меня?
— Поняла.
— Тогда идти и приступай к работе. Но учти, каждое утро должна вставать ровно в пять утра, а ложиться не раньше одиннадцати вечера. Выходной дается только раз в неделю — по субботам. Не будешь придерживаться графика — будешь уволена. Об остальных правилах этого дома расскажут тебе девочки, у меня нет больше на тебя времени. Сейчас отправляйся помогать Лилии чистить унитазы.
Женщина оставила меня посреди коридора первого этажа. И где мне теперь искать Лилию?
На мое везение, Лилия нашлась в хозяйской комнате, в комнате Владимира Николаевича и Светланы Викторовны.
— О, тяжелая артиллерия прибыла? — Встретила она меня с улыбкой. — Помогать?
— Помогать.
— Тогда бери мою тряпочку и протри все полки и зеркала. С унитазом я сама как-нибудь разберусь. Еще немного осталось.
— Лилька, а хозяйка, Светлана Викторовна, какая она? Такая же, как Владимир Николаевич, добрая и отзывчивая, или это Алексей пошел в нее?
— Я смотрю, ты успела с хозяйским сыном познакомиться? — Лилька даже ершик в унитаз обронила от одного произношения его имени. Она заметно нахмурилась. — Вот что я тебе скажу — держись от него подальше.
— Почему?
Лилька испуганно выглянула за дверь, а потом тихо произнесла:
— Потому что он хозяин этого дома, он управляет всем.
— А как же Владимир Николаевич?
— Ну, он тоже как бы хозяин. Только вот всегда слушается своего сына, ни в чем ему не перечит. Знаешь, так было не всегда. Говорят, Алексей Владимирович не был таким. Все началось после его приезда из Англии….
— Кто вам позволил пускать слухи в доме?! — От неожиданного женского крика мы с Лилькой даже синхронно взвизгнули. Нет, на этот раз у дверей стояла не Валентина Игоревна, всевидящая и всё слышащая, а какая-то другая женщина, лет пятидесяти, высокая, ухоженная и богато одетая.
— Простите нас, госпожа, — испуганно пропищала Лилька, — мы уже уходим.
Схватив все свои чистящие приборы и средства, девушка словно мышь юркнула из комнаты.
— А тебе что, особое приглашение нужно? А ну пошла отсюда! — Она взяла меня под локоть и как ненужную вещь вышвырнула из своей комнаты, громко хлопнув за мною дверью.
Я не ожидала такой реакции от хозяйки дома. Ко мне вообще никто и никогда еще так не относился, как ненужной половой тряпке, как к грязному мусору. Даже в моей прежней работе, в забегаловке, мой прежний хозяин, может и домогался до меня, но никогда не повышал на меня голоса и не грубил. Куда же я сейчас попала? К каким людям? Что с ними такое произошло, раз они так обозлены на весь мир, на людей, что ниже их по статусу? Странно, но Владимир Николаевич совсем не такой, как его жена и сын. Может, остальные члены семьи окажутся более снисходительными?