Я, виконт и прочие чудовища (СИ)

Нинелль ругнулась и слезла с Кристофа.
– Я же говорю – это будет прекрасным развлечением! Мы так веселилсь на наших болотах! – орала басом проклятая нянька-гоблинша.
За ней следовали – Рауль в высоких охотничьх сапогах, Лили, маркиз Дюкло в фиолетовом парике, свора собак и еще несколько раулевых братьев, но неизвестно, которых именно.
Нинелль застонала и пнула дерево. Проклятые идиоты!
– Нинелль! – крикнула ей Лили, – вы не представялете, какую забаву придумала няня Милисент! И Инквизитора зовите!
– Идите к демонам! – прокричала Нинелль им в ответ.
Она-то думала на болотах возможно уединиться.
А Кристоф, хладнокровный гад, смеялся.
– Не повезло, – проговорил он наконец, – но может быть в следующий раз получится.
– Можете не сомневаться, – ответила она зло. – Вот увидите, я вас отымею.
Он опустил голову и продолжил от души смеяться... причем над Нинелль, а не над треклятыми клоунами с болота.
– И подумайте еще над предложением Ботрела. Вам только лучше будет, если соизволите согласиться.
– Я давал клятву кардиналу Людовику и не изменю ей. Так что передайте Ботрелу, чтобы шел... к голозадым демонам. Я найду способ выбраться отсюда и паду на колени перед кардиналом с признанием, пройду очистительный огонь и восстановлю свою светлую магию.
– Так ему и передам. А завтра мы еще прогуляемся, – невозмутимо ответила ему Нинелль.
Веселая компания, тем временем, скрылась за деревьями, но настроение подпортить успела. И Инквизитор этот – упрям как осел и фанатичен как... как тысяча ослов вместе взятых.
  
Глава 26
 
В тот вечер мы с няней Милисент долго разбирали наряды. Рауль сообщил, что граф собирается почтить нас своим присутствием во время ужина и слегка так, совсем легонько, намекнул, что батюшка его со странностями и удивляться ничему не следует. Мы с няней насторожились.
– Все тут странные, – сказала няня, раскладывая на постели очередное платье. – Графа пока не видела, хоть заранее уже боюсь, а вот сестрица точно с приветом.
– Которая? – спросила я, вспомнив несносную раулеву кузину.
Няня подумала немного и выдала, как отрезала:
– Обе.
Я села с рукоделием у окна и начала вышивать, но получалось почему-то криво и стежки не ложились красиво.
– Няня, как вы думаете, мне надо опасаться Кристины?
– Не думаю. Скорее всего это банальный роман, какие случаются между кузенами, особенно в деревне, – ответила няня. – Вы какое платье наденете – синее или салатовое?
– Синее, – сказала я, но мысли мои витали далеко. – Няня, а вы помните, в Маковом Уголке мы хотели устроить Раулю испытание? Чтобы узнать, любит ли он Нинелль? Давайте сейчас провернем нечто похожее.
Няня недовольно покачала головой. Схватила остальные платья и начала пристраивать их в гардероб.
– И зачем осложнять себе жизнь? Говорю же, не опасна она. Но, если вам так хочется... Я, когда была молодая, тоже так испытывала парня, – няня захлопнула шкаф и замерла посреди комнаты с мечтательной улыбкой. – Я послала ему письмо от лица соперницы, а ей письмо от лица того парня. И затаилась в кустах, чтобы посмотреть, придет мой поклонник на липовое свидание или нет.
Няня отмерла и, тяжело вздохнув, стала прибираться в комнате.
– И что, посмотрели? – с любопытством спросила я.
– Посмотрела. Насмотрелась такого, что на всю жизнь хватило. Он ведь соперницей моей раньше и не интересовался, а с моей помощью разглядел вдруг и к ней переметнулся.
– Потому вы остались старой девой, няня Милисент? – спросила я, откладывая вышивание.
– Не знаю. Возможно. Но вряд ли. Просто некрасивая я была. Мать-то у меня человек. Потому ни длинных ушей, ни прекрасного зеленоватого оттенка кожи я не унаследовала. Когти вот только, но я их обрезаю, – грустно ответила няня.
– Давайте напишем такие письма, – загорелась я. – А потом посмотрим, что будет.
– А вы уверены, что хотите знать? Не узнать бы больше, чем сами желаете.
– Вы правы, эта глупая затея. Тогда давайте следить за Кристиной.
 
– А это можно, – няня кивнула, – только вы сами и следите, потому что у меня дел много да и заметит она меня.
Я снова согласилась с няней.
А за ужинам нас ждал сюрприз. Отец Рауля оказался призраком. Тетка от неожиданности впала в небольшой транс, а Нинелль я никогда не видела столь удивленной. Только Рауль и Ботрел держались, как ни в чем не бывало и даже подливали призрачному графу вина. Не понятно правда, зачем. Но видимо, чтобы скрыть некоторую неловкость, вызванную его появлением.
– Как вы вчера прогулялись на болота? – брезгливо морщась, спросил Ботрел у Рауля.
– Не так уж и плохо. Няня Милисент подала нам прекрасную мысль устроить соревнования. Мы не проводили подобных конкурсов уже много лет, в няниных же краях это практически народная забава.
– Мм, – произнес Ботрел, пережевывая сочный кусок мяса, – как занятно. И что же за соревнование?
– Участник вытаскивает ящера из болота и бежит с ним до финишной прямой. Кто первый прибежит, тот и в выигрыше. Главное, не уронить ящера по дороге или не дать ему себя покусать. Участвуют только любители, профессионалам помогать участникам строго запрещено.
Ботрел замер с вилкой в руке.
– А существуют еще и профессионалы? – спросил он.
– Конечно. Отец вот был... когда-то, – Рауль покосился на своего батюшку.
Няня подмигнула мне с другого конца стола, а раулевы родичи радостно заверещали. Мне не очень понравилась эта затея, но я решила не перечить Раулю. Пусть забавляется. Я уже поняла, что возлюбленный мой весьма любит риск и слегка не в своем уме.
– Кто участвует? – весело спросил Рауль.
Сразу вызвались няня Милисент, Элинор, все раулевы братья, и, к моему безмерному удивлению, Нинелль и маркиз Дюкло. Тетя замахала на них руками.
– Я больше никогда не подпущу вас к себе! – крикнула она маркизу. – После болотных вонючек даже не надейтесь прикоснуться ко мне!
Нинелль засмеялась, но вызвалась она очевидно назло своей матери. Всегда была вредной. Хотя тетя права. Я подумала, подпущу ли я Рауля к себе после болота.
– Какой ужас, – проговорил Ботрел. – Какая дикость.
Он повернулся к тете, сидевшей рядом с ним, и нежно взял ее за руку.
– Графиня дю Пэн, вы сегодня прекрасны. Мы будем наблюдать за соревнованием издалека и даже капля болотной жижи не коснется нас.
Я навострила уши, прислушиваясь. Уже не ведьма? Неужели тетя уводит у меня жениха?
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
– Роланд, – томно прошептала она, – вы так таинственны и... надежны... как скала...
Но я должна была следить за Кристиной. А она подсела к шевалье Будону и расспрашивала его о столице. Чары на шевалье начали уже оползать, как впрочем и на остальных, потому бедняжка сильно пудрился. Кристина же явно над ним потешалась.
– Почему на вас столько пудры? Я слышала в столице все без исключения пользуются чарами, улучшающими внешность.
– Из-за колдовства Ботрела их все труднее наводить...
– Расскажите мне про университет. Это правда, что в него не пускают женщин?
Мне вскоре надоел их разговор и я опять переключила внимание на Рауля. Как же он красив. И в той же степени коварен. Даже не заикнулся, что отец его привидение. Какие еще тайны скрывает этот полуразрушенный замок и его обитатели?
– Так, когда устроим соревнование? – спросила Нинелль.
– Хоть завтра, главное, чтобы не пошел дождь, – радостно ответил Рауль.
Я встретилась взглядом с Ботрелом. Он качал головой и смотрелся раздосадованным.
– Вы не боитесь, что даете прекрасный шанс убийцам, Рауль? Скольких уже прислал принц Жюль? – спросил он.
– Я не считал, – беззаботно ответил Рауль. – Но на болотах они не выживут. Пойдут на корм ящерам.
– Ящеры плотоядны?! – у колдуна глаза полезли на лоб.
Тетя задрожала всем телом и приложила руку к груди. Вот аферистка. Всем прекрасно известно, что она не из пугливых.