Я, виконт и прочие чудовища (СИ)

– Ботрелу? Но, Рауль, он наш враг. Он заставляет меня...
– Да, он премерзкий тип... но... – Рауль замялся.
Опять виляет и что-то врет? Я оттолкнула его.
– Я жду твоего чистосердечного признания, Рауль. И не лги мне. Что происходит?
Он почесал макушку и досадливо поморщился.
– Видишь ли, Лили, тут такое дело, что я... я оборотень-ястреб.
Я кивнула.
– Мне это известно.
Он замер и растерянно на меня воззрился.
– Ну я же говорю, ведьма, – выпалил он.
Но, заметив мой свирепый взгляд, протянул вперед руки в защитном жесте и быстро продолжил.
– Хорошо, не ярись, Лили. Но Ботрел помогает мне учиться контролировать мою птичью сущность, что весьма непросто. Ты не представляешь, с какими трудностями мне приходится сталкиваться. И сырое мясо... Меня иногда целыми днями после него тошнит...
Он сел на кривой табурет и посмотрел на меня виновато – мол, что поделаешь, такой уж я уродился.
До меня потихоньку начал доходить смысл его слов. То что он оборотень, я давно знаю, но он ятреб... Значит – родственник короля!
– Ты принц? – спросила я с ужасом.
– Я не думаю... не знаю, – он потряс головой. – Ботрел утверждает, что да. Я... не совсем понимаю его планы, но он плетет свои какие-то интриги и хочет использовать меня.
– И ты согласился?
– А что мне делать? Он прижал меня к стенке. Лили, ты не понимаешь мое затруднительное положение.
Рауль смотрел умоляюще. Никогда он раньше столько не говорил. Но сейчас, видимо, прорвало.
– Я становлюсь претендентом на престол, который мне совсем не нужен, но убедить в этом принца Жюля будет нелегко. Он просто попытается убить меня, на всякий случай. Хотя с принцем я справился бы и сам, но тут еще и родовой замок почти развалился, и отец слег, и сестра не может выйти замуж без приданного и... пятеро младших братьев. У них практически одна пара сапог на всех... Меня, как старшего, король взял во дворец... – Рауль поморщился. – Ты представляешь, каково это жить во дворце без денег? Крутиться? Искать богатых покровительниц. Демоны... – он ударил себя по лбу. – Тетя подарила мне только один выходной костюм, и то, чтобы не позориться.
Он зло усмехнулся.
– И Ботрел обещал мне тебя вернуть, – уже спокойно закончил он свою речь и поднял ко мне лицо.
Так и есть – с виду непорочный ангел и пречестнейший аристократ. Мне стало больно. А ведь все было понятно с самого начала. На что я надеялась?
– Ты со мной из-за денег? – спросила я.
Он кивнул.
– Поначалу, да.
– И тогда в чулане, когда мы впервые занялись любовью, тогда тоже из-за денег?
– Нет, тогда я сам хотел. Ты мне нравишься. Искренне нравишься, Лили.
– Но ты не любишь меня?
– Люблю.
– Я не верю тебе. Ты ведь и Нинелль, кажется, тоже любил.
– Нинелль ведьма. Жестокая и корыстная. С ней было интересно, а мне тогда нравилось рисковать, хотелось острых ощущений...
– А сейчас больше не хочется?
Он покачал головой.
– Нет, больше не хочется. Лили, я рассказал тебе обо всем с самого начала. Я не врал тебе. И о том, что мы с Клариссой договорились. Ты ведь знала.
– Потому я тебе и верила. Я думала, ты признал ошибку, жалеешь, и вправду полюбил меня. А сейчас я уже и не знаю. Ты снова темнишь. У меня за спиной договорился с Ботрелом, будто я товар, или вещь... Опять!
Он встал и двинулся ко мне, но я отшатнулась.
– Не подходи ко мне! Я не вещь, чтобы мною торговать. А ты делаешь это уже не в первый раз.
Я отвернулась к окну, но он подошел сзади и обнял.
– Отойди, Рауль.
– Как мне доказать, что я люблю тебя?
Он начал целовать мне шею, затылок, сминая на груди тонкий хлопок рубашки, лаская почти обнаженное тело. И почему я так слаба? Нинелль вот вызвала его на дуэль.
И тут я ее увидела. Нинелль стояла в саду, прямиком у дикого шиповника, и смотрела на нас.
– Рауль, ты видишь ее?!
– Демоны, откуда эта ведьма тут?
Он положил руку мне на грудь и поцеловал в висок.
– Пусть смотрит, – прошептал он.
Я попыталась вырваться, но он удержал.  А Нинелль развернулась и убежала.
 
– Опять ты меня используешь! – крикнула я ему. – Ты хотел, чтобы она увидела?
Он зло на меня посмотрел.
– Пусть видит.
– Ты пытался вызвать ее ревность!
– Что за выдумки. Конечно же нет. Пусть знает, что мы вместе и ей тут делать нечего.
– Я не верю тебе, Рауль, ты все время юлишь.
– Давай я помогу тебе надеть платье, – сказал он спокойно. – Ты придешь в себя и поймешь, что я тебя не обманываю. Я все честно тебе рассказываю. Обо всех своих хитростях и даже подлостях.
– Ну почему ты такой неспокойный!  
Но он уже притащил мое платье и начал помогать его натягивать, ловко шнуруя лиф, и распрямляя складки.
– Держись меня, Лили. Вот увидишь, мы будем счастливы. Ботрелу ты не нужна.
– А как же его исцеление?
– Да прекрасно он себя чувствует, этот лицемерный кабан. Он держит тебя, чтобы манипулировать мной, и возможно твоим отцом. Может ему нужны деньги.
Он повернул меня к себе и обхватил мое лицо ладонями.
– Я знаю, что я не самый лучший и порядочный человек на свете, Лили, но я хочу, чтобы ты знала одно. Я тебя люблю. И всегда буду любить. Ботрел полностью захватил вашу усадьбу. Вам с месье Шабо не вырваться. Мы все запутались в его липкой паутине. И я, и твоя тетка, и эти придурки ее кавалеры.
Он наклонился и поцеловал меня в лоб.
– Выйдем по отдельности. И не бойся Нинелль. Она не посмеет тебе навредить.
– Я не боюсь ее, – ответила я. – Намного больше меня пугают статуи. Все боюсь не оживить еще одну.
– Будем встречаться в другом месте, раз тебе тут страшно. Я люблю тебя.
Я только кивнула и молча направилась к двери. Как хотелось мне ему верить. Но он постоянно темнит и недоговаривает. А если уж выскажется, то такое расскажет. Что лучше бы и не знать.
Нинелль налетела на меня у входа в кухню. Больно вцепилась в руку и потащила во двор.
– Ты, развратная, глупая морковка. Решила увести у меня жениха? – прошипела она.
Я же только удивленно ее разглядывала. Нинелль в своем истинном облике? Без чар! Тетушка же сойдет с ума.
Я отцепила от себя ее руку.
– Что ты себе позволяешь, мерзкая ведьма. Не смей ко мне прикасаться!
– А ты осмелела. Думаешь, если этот дурак виконт тебя полапал, то уже и нос можешь задирать?
– Ты хотела его убить, – я пожала плечами. – Значит, не так-то он тебе и нужен.
– Было дело. А сейчас я хочу его вернуть. Так что, будь любезна, не мешайся под ногами. Думаю, ты получила уже достаточно его внимания и хватит с тебя. Тем более, у тебя есть жених. – Нинелль ехидно усмехнулась.
Я ничего ей не ответила и поднялась в свою комнату, но там уже металась няня.
– Что такое? – спросила я, – вы тоже видели эту фурию Нинелль?
– В доме Инквизитор! – возопила она. – Эта сумасшедшая притащила в дом Инквизитора!
Няня Милисент крайне редко впадала в панику и я удивленно округлила глаза. Она присела в кресло и уронила голову на кулак, став сразу похожей на какого-нибудь философа.
– Ваша тетка в истерике и месье Камилл приводит ее в чувство нашатырным спиртом.
Ну и дела. Я прошлась по комнате пару раз.
– И еще какие-то ведьмы с ними. Мало нам было неприятностей в лице кавалеров и этого мерзкого виконта, так еще и новая толпа чокнутых понаехала.
Мне стало еще тревожнее. Тучи сгустились над Маковым Уголком и впереди нас ждала гроза.
Няня стала качаться туда-сюда. Я знала, что нелюди недолюбливают Инквизиторов. Да и сама я их не любила, наша-то с Нинелль общая бабка была ведьмой .
– И Ботрел попросил всех собраться вечером в золотой гостиной, – продолжила рассказ няня. – Потому вам надобно переодеться, а то выглядите, как...
Няня осуждаюеще покачала головой и, сорвавшись с места, принялась деловито копаться в гардеробе.
– Где ж это видано, – бормотала она, – без корсета, платье криво зашнуровано, волосы в беспорядке. Хорошо папенька ваш так расстроен, что ничего вокруг себя не видит.