Доверься мне (ЛП)

― Я не покупал тебя, а создавал.
Он всматривался в мои глаза, будто по-настоящему видел меня. Но больше обескураживало то, что мне удалось разглядеть в нем простого человека. Должно быть, именно так рабы смотрели на Тайлера, как я сейчас смотрела на Карлоса. Он был обычным мужчиной, причем дефектным.
Этот момент прошел так же быстро, как и начался, после чего он вернулся к своему хладнокровию. Он толкнул меня, и, споткнувшись, я оказалась в воде в руках Тайлера. Думала, мы умрем вот так, в объятиях друг друга, как в трагедии достойной сцены. Тайлер закрыл меня собой.
― Не стесняйся, бери ее, ― небрежно произнес Карлос. ― Считай ее подарком, хотя не могу сказать, имеет ли она большую ценность.
После чего повернулся и пошел прочь. В ожидании кульминации, я выглядывала из-за Тайлера, что Карлос вернется и пристрелит нас, посмеиваясь про себя над бедолагами, на секунду поверившими в свое счастье. Даже после того, как он скрылся в лесной чаще, я моргала, не веря тому, что свободна.
― Он… он что, серьезно? ― спросила я.
― Думаю, да, ― ответил Тайлер хриплым, истощенным голосом. ― Отлично.
Затем он повалился в воду, не в силах даже поднять руки для защиты от падения, прежде чем отключиться. Я перевернула его, чтобы, по крайней мере, лицо находилось над поверхностью воды и переместила на берег. Только потом я заметила спереди пятно на рубашке. Я приподняла подол и узнала порез от ножа, похожий на один из моих, только этот не был для показухи, а наоборот неровный и глубокий. Должно быть, получил во время драки с Лео.
Я поняла, что повторяю «о, Боже, о, Боже» почти как молитву.
― Ш-ш-ш, ― услышала я.
Тайлер смотрел на меня сквозь полуопущенные веки.
― Все будет хорошо. Иди отыщи Закари.
― Я не могу оставить тебя, ― уверенна, если брошу его, даже ради помощи, он умрет быстрее, чем я вернусь.
― Я должен тебе рассказать…
― Нет, ты не обязан объяснять, ― а я не уверена, хочу ли знать.
― С самого начала мне следовало отослать тебя, ― его голос был пронизан болью, но с ощущением стальных нот.
Он использовал всю силу, все слова лишь для того, чтобы произнести:
― Мне не следовало… в самый первый раз я не должен был уезжать. Я вернулся, только чтобы забрать свою мать. У меня заняло несколько месяцев, чтобы понять ситуацию, но когда я вернулся, тебя не было.
Мой дыхание превратилось в беззвучный свист воздуха.
― Я убедил себя, что ты благополучно сбежала, но такого никогда не было, верно? Ты никогда не была в безопасности.
Я не смогла ответить.
― Затем, когда я нашел тебя, Господи. Был в ужасе, но в тоже время, не смог отпустить.
― Боже, Тайлер.
― Иди… ― слова застряли в горле, когда он пытался совладать с потоком боли, пронесшейся на его лице. Дыхание участилось, стало менее ровным.
― Береги себя, ― сказал он, будто прощаясь.
― Нет! ― возразила я полувскриком, полувсхлипом.
Через некоторое время тени на пляже превратились в мужские фигуры. Полицейские стремительно подбежали ко мне. Меня не столько заботило, что они арестуют кого то из нас, а то, что они спасут ему жизнь.
― Пожалуйста, ― умоляла я, когда они опустились возле Тайлера. ― Пожалуйста, помогите ему.
Закари пришлось оттаскивать меня от него. Я боролась с ним, но становилась все слабее, едва могла вырываться, едва ли стояла на ногах. И наконец, последние остатки сил покинули меня.
Я взглянула в добрые глаза Закари и прошептала:
― Помоги ему.
― Так и сделаем. Только не спи, оставайся со мной.
Возможно, именно в процессе столкновения с Заком, я поняла, что на самом деле освободилась от оков Карлоса, что по-настоящему свободна, потому что впервые за долгое время я не повиновалась и погрузилась в глубокий сон.
Глава 13
― Не чеши их, ― строго предостерег Тайлер. Заживающие раны зудели, что означало по прошествии трех дней у меня нестерпимо свербело все тело.
Я бросила на него взгляд, в котором определенно читалось, что я думаю по поводу его совета, когда именно он тот, кто настоял на посещении меня посреди ночи. Тайлеру был прописан постельный режим, в отличии от меня, кому формально разрешалось вставать по желанию и передвигаться. Но сегодня он появился почти робко.
 
― Я в порядке, ― запротестовал Тайлер на мой осуждающий взгляд. ― Плюс, мне нужно поговорить с тобой.
― Ты уже все объяснил, ― большую часть на пляже.
Когда я очнулась, полиция объяснила остальное, что Тайлер не был ведомственным информатором, но, так или иначе, отправлял информацию. Что он спасал девушек, когда я выкинула трюк в стиле Зены, королевы воинов, и чуть не убила мужчину.
― Не все, ― он опустился на белый металлический стул возле моей больничной койки, и вновь взглянул на меня. ― Знаешь, я просто шел за тобой. Собирался убедить тебя пойти со мной, таким образом вытащив оттуда, ― озадаченный, он с неприязнью покачал головой, смирившись. ― Но вместе с этим, я погряз в деле Закари, в освобождении тебя и этих женщин.
Он потянулся к моей руке, я позволила сжать ее.
― Моя мать была шлюхой, ― натянуто произнес он.
Стыд еще одной нитью соединил наши сцепленные руки.
― Да, ― начал, но остановился. ― Я не мог отпустить ситуацию. Не мог уйти и оставить здесь несчастных женщин, даже если бы значило «не спасти» тебя.
Я не знала, чего он ждет от меня в ответ.
― Все нормально, ― я стараюсь. ― Я понимаю.
― Нет, не нормально, ― выпалил Тайлер ― Ты чуть не погибла ради операции.
― Чуть не погибла, спасая этих женщин? Оно того стоило. Я не…
― Не продолжай, ― он резко прервал меня. ― Не произноси ничего подобного. Ты красивая, умная, живая.
― Ладно, ― согласилась я, хотя на самом деле так не думала.
Лбом он приник к тыльной стороне моей руки.
― Что мне сделать, чтобы убедить тебя?
Я покачала головой, хоть он и не мог видеть меня.
― Неважно.
― Важно, мы не обязаны принимать решения прям сейчас. Завтра тебя выписывают, и меня заодно. Я бы хотел, чтобы ты приехала и осталась со мной, но если ты хочешь жить отдельно..
Некоторое время он продолжал рассказывать о планах, о которых я раньше не задумывалась. После он ушел. Я не рассчитывала на его полное доверие, но по крайней мере, он знал, где я находилась, и, возможно, первым делом вернется утром.
Я ворочалась на хлипкой больничной кровати в поиске комфорта, который наступит еще не скоро. От изучения потолочной плитки меня отвлек шепот за дверью. Отгораживающая небесно ― голубая занавеска закрывала мне обзор, но мне были видны босые ступни слишком маленького размера, чтобы принадлежать Тайлеру, которые двинулись от двери и остановились.
― Кто там? ― тихо поинтересовалась я.
Раздался звон металлических колец, когда занавеску отодвинули в сторону. В тусклом свете луны и приборов стояла Стейси, завернутая в больничное одеяло.
― Ты не против? ― робко спросила она.
― Нет, проходи, ― я махнула в сторону диванчика и присоединилась к ней. Обе одетые в медицинские рубашки, мы ютились на мягком закутке, пока остальные спали, по ощущениям, такой я и представляла должна быть ночевка в гостях. Все равно, что у лучшей подружки или сестры. Я не знала ее ни имени, ни даже фамилии, но мы чуть ли не погибли вместе.
― Ты уже разговаривала с кем-нибудь из дома?
― Да.
Стейси потянула торчащую нитку на неровной строчке у кромки рубашки.
― Мой муж едет из Айдахо.
Я старалась скрыть изумление. Замужем. Господи.
Она одарила меня слабой улыбкой.
― Не знаю, что получится. По работе я прибывала в Китае, шестимесячный контракт. Не прошло и двух недель, как меня похитили, ― девушка коснулась своих светлых кудрей. ― Полагаю, я стояла снаружи.
 
Какая ирония, что они привезли ее обратно, почти домой. Слова утешения замерли на языке; по типу «все будет хорошо» или «он поймет». Едва ли я сама знала, каким должно быть «хорошо», и каким образом он вообще может понять?