Сердце дракона (СИ)

Пришлось действовать напрямую. Про себя отсчитав ступени, мальчишка вскарабкался на одну из самых высоких башен и робко постучал в дверь. Никто не отворил. Подёргав ручку, мальчуган лишний раз убедился, что дверь плотно закрыта. Старика в своей каморке тоже не оказалось. Оставалось тяжело вздохнуть и начать обратный отсчёт ступеней. Одно хорошо — это было легче, чем перебирать ногами наверх. 
Вылетев на длинную террасу, Эларан свесил голову вниз и осмотрел сад. И тут тишина — только птицы щебечут. От птиц радости не было никакой, и Эларан, совсем потеряв надежду, спустился к розовым кустам, медленно побрёл к выходу и даже не заметил, как приковылял к тем самым воротам, в которые поначалу влетел столь нахально и без тени сомнений в своём успехе. 
— Чего-то ты быстро, — заметил стражник, ранее узнавший в мальчугане сына военного командира.
— Отца на месте не оказалось, — вздохнул Эларан и пнул ногой небольшой серый камушек. 
— Странно. — Стражник почесал небритый подбородок. — Я не видел, чтобы командир Стенден покинул замок. 
— Как будто в замке только один выход, — с видом знатока фыркнул Эларан. 
— Но-но, — возразил парень с пикой, — ходов-то, может, и много, но привычки твоего отца я хорошо изучил. Не будет он, въезжая в замок при полном параде, ускользать из него через щели в стенах. 
— Да мне и не отец был нужен, — сознался Эларан. — Просто думал, что через него быстрее найду...
— А кто же? — насупили брови оба охранника, заподозрив неладное, и в душе тут же пожалели, что пропустили наглеца. 
— Старик есть один у лорда Стернса. Лекарь он хороший. Нужен очень капитану Швидоу к городским воротам. 
— У капитана Швидоу своих пиявочников навалом. 
— Там случай тяжёлый. Чуть ли ни мертвеца из лесу приволокли. 
— А зачем мертвецу лекарь? 
— Так ведь и не мертвец он, а чуть ли ни мертвец. 
— Чего? 
Мозг стражников с трудом переваривал замысловатые реплики Эларана; паренёк это понял, поэтому резко умолк, а когда разомкнул губы, то по-простецки и прямо в лоб спросил: 
— Дагорма где искать? 
Первый охранник покачал головой. 
— Вот ты за кем, значит... Только старик уехал из замка ещё до того, как ты сюда вломился. 
— Как уехал? Надолго?
— А пёс его знает. Он как глазищами зыркнет, так сразу вся охота пропадает его о чём-либо спрашивать. 
— Даже желать ему приятного пути охота пропадает, — согласился с первым второй. 
— Но он ведь должен вести церемонию! — Эларан явно знал больше, чем эти двое. 
— Значит, скоро вернётся, — тут же предположили напарники. — А ты давай выбирай, либо по эту сторону шагай и дожидайся своего старикашки или отца ищи, либо шуруй отсюда, а то стоишь и нам тут видимость загораживаешь. Никак кто увидит, нам же выговор сделают — не тебе. 
Эларан выбрал первое. Ноги опять повернули в сторону, где должен был быть отец. В любой другой день Эларан с удовольствием бы побродил по замку, тем более, сколько раз он тут ни был, у него никогда не было возможности всё основательно облазить и на всё поглазеть. А так хотелось. Но сейчас взгляд упорно игнорировал и роскошь убранств, и богатство красок вокруг; перед глазами стояла лишь обагрённая кровью одежда незнакомца, вытащенного из леса, и такого же цвета солома вокруг. 
Под высокими сводами длинного коридора гулким эхом раздавались чьи-то поспешные шаги. Кто-то сильно торопился и шёл навстречу Эларану. Мальчишка приободрился. Если то не отец, то, возможно, человек из его окружения. Подойдёт любой, кто хотя бы приблизительно может знать, где командир, и может его позвать. 
Эларан нырнул под арку, всмотрелся вперёд и облегченно выдохнул. Ему действительно повезло: шаги принадлежали одному из советников лорда Стернса. Кажется, отец того советника не сильно жаловал, но какая разница, если помочь он может в сотню раз больше, чем какой-нибудь служка, который знает только, как господские сапоги натирать. 
— Командир Нольвен! — с волнением в голосе крикнул Эларан. 
Гверн остановился. 
— Это я, командир Нольвен! — вновь прокричал мальчишка и рванул к молодому советнику. — Эларан Стенден. Помните меня? — И, подскочив к Гверну, зачастил: — Вы ещё в начале лета давали мне пару советов по тому, как лучше затачивать самодельные деревянные стрелы. Знаете, я попробовал. Хотел вам показать, но так и не получилось с вами встретиться... 
 
Эларан запнулся: он ведь не о стрелах собирался Нольвена расспрашивать. 
Гверн стрелы помнил хорошо, а вот паренька с задиристым подбородком совсем подзабыл. Наморщил лоб, пытаясь вспомнить, действительно ли у того «зелёного» стрелка было так много веснушек и столь криво были стрижены волосы, но так и не вспомнив, спросил: 
— И с чем в этот раз нужна помощь? С луком? Прости, но у меня мало времени. 
— Нет-нет, — поспешил обнадежить Нольвена Эларан, — как раз времени у меня тоже мало. Я всего лишь искал лекаря лорда Гайларда, но стража сказала, Дагорм уехал из замка. Ещё я пытался найти отца, но тоже мимо. А мне позарез нужен хоть кто-нибудь, кто способен не только пиявку приложить, но ещё и кровь пустить, чтоб человеку полегчало. Хотя... крови напущено там уже больше, чем нужно. 
Гверн развёл руками. 
— Лекарями я не заведаю и за твоим отцом тоже не слежу. 
— Но надо же спасать человека! — в голосе мальчугана нарастало отчаяние. — А наш чудила при гарнизоне совсем пьян и даже болтанку не в состоянии намешать. 
— Так поищи в другом месте. Или во всём Торренхолле только два лекаря: на стене и в замке? 
— В замке ведь самый лучший! Он бы сразу сообразил, что надо делать. 
Гверн тяжело вздохнул. Прилипчивый пацанёнок не давал пройти, и проще было ему помочь, чем ещё неизвестно сколько слушать раздражающие стенания.
— Пойдём. — Нольвен поманил за собой Эларана. 
Они шли длинными коридорами и мраморными лестницами, проходили мимо мощных колонн и статуй красавиц: где поющих, где с бубном, а где просто с цветком розы. В какой-то момент Эларан поймал себя на мысли, что началось крыло, в котором он никогда не бывал. Здесь было светлее обычного: оконные проёмы были шире, а гобелены на стенах — светлее. Встречалась даже вышивка шёлком. И цвета были подобраны нежные, как на рассвете, когда ещё прохладно и росы кругом столько, что хватит лицо умыть. 
— Эта половина принадлежала покойной королеве, — пояснил Гверн, глядя, как Эралан затормозил, чтобы рассмотреть хотя бы часть из того великолепия, что было вокруг. — До приезда леди Мириан все комнаты  стояли закрытыми, и открыть их лорд Стернс велел только по случаю скорой церемонии. 
— А куда мы тогда идём? — растерянно пробормотал Эларан. — Не к покойной королеве же...
— К леди Мириан. 
— Вот это да... 
— Я слышал, её высочество прибыла в Торренхолл с личным лекарем. Будем верить, он так же опытен, как и наш старикашка. И ещё надеюсь, что этой просьбой мы не сильно потревожим миледи. 
Стайка юных девушек, громко щебетавших в одной из комнат, заваленной воздушной вуалью, белыми и серебристыми кружевами, бобинами шелковых нитей и гладкими лентами, встрепенулась, завидев заглянувшего к ним Нольвена, и тут же умолкла. Швеи-мастерицы сделали вид, что заняты стежками, склонили головы и принялись тыкать иголками, нанизывать жемчужные бусины на длинные нити и пришивать к шлейфу для свадебного платья. 
— Где я могу увидеть леди Мириан? — не выдержал и спросил Гверн, как только понял, что заговаривать с ним никто из девушек первой не собирался. 
— Как о вас доложить? 
Со стороны потайной двери, прятавшейся за спинами мастериц, к Нольвену подошла одна из самых близких служанок ллевингорской принцессы, прибывшая вместе с госпожой в чужую страну. 
 
— Гверн Нольвен. 
— Командир Гверн Нольвен, — серьёзным тоном поправил выглянувший из-за спины Гверна Эларан. — А лучше сообщите, что личный советник лорда Гайларда пришёл по очень важному делу. Очень важному!