Сердце дракона (СИ)

Сталь звякнула ещё раз — лысый и со шрамом Джед вытащил свой меч и повернулся лицом к Бруно. Бросив на напарника хищный взгляд, обхватил рукоять покрепче и выдавил:
— Не лезь, и этот хлюпик останется жив. Разделим деньги по-честному на троих, накажем парню молчать, переплывём море и будем жить себе в удовольствие.
— Вы оба сбрендили. Те деньги этому простофиле явно не просто так дали.
— А то! — присвистнул коренастый. — Хочешь знать, как он их заработал? Ты разве от слуг не слышал? Целый вечер бабы на кухне и во дворе языки мозолили. 
— Мне нет дела до глупых слухов, — сквозь зубы процедил Бруно, переводя взгляд с Тороса на Джеда и обратно.
— Сестру свою он продал милорду, — презрительно кинул Джед и плюнул в сторону Далена. — Та хоть и страшная, но девственница. Я сам видел, как перед девкой открыли двери в спальню хозяина. 
— Ты всё врёшь, ублюдок, — злобно проронил Дален.
В шею кольнуло ещё раз — свежие капельки крови заалели на коже.
— На твоём месте я бы заткнулся. Давай золото и вали на все четыре стороны, пока жив.
— Убери нож, Торос, — настаивал Бруно, не выпуская меча из рук. — Что этот говнюк делает со своей сестрой, меня не колышет. Но ты сейчас не лучше его, раз приставляешь лезвие к его шее.
— Я столько золота в жизни никогда не видел, чтобы просто так взять и отдать неотёсанной деревенщине, — сцедил Торос.
— Тогда больше мне с тобой разговаривать не о чем, — ответил Бруно и подался вперёд, замахиваясь мечом.
Крепкий клинок наскочил на другой такой же — Джед вовремя развернулся, подставил меч под удар, защищая Тороса, напрягся и откинул Бруно на несколько шагов назад. От напора противника Бруно повело. Шатаясь, он попятился назад, задел каблуком сапога корень дерева, некстати выползший на поверхность земли, пошатнулся и чуть не упал. Джед этим воспользовался, ловко перескочил через бревно, замахнулся и полоснул мечом. Сталь просвистела на расстоянии пальца от живота Бруно. Отпрыгнув в сторону, тот выдохнул, переложил меч из левой руки в правую и с диким ором кинулся на Джеда. Удары посыпались один за другим. Джед едва успевал отбиваться. 
Торос нервничал. Дален почувствовал это по тому, как дрогнула рука стражника, державшая нож. С каждым новым ударом Бруно отбрасывал Джеда всё дальше и дальше от костра, один раз вообще загнал его в дикий ракитник, в котором не замахнёшься и удар едва отобьёшь. Обоих было уже не остановить; из боя живым должен был выйти только один, и Торос сильно сомневался, что им будет Джед.
Слегка вымазанное в крови лезвие отдалилось от шеи. Хватка Тороса ослабла, и Дален, недолго думая, вскочил на ноги. Но коренастый не дремал. Перехватил моряка за руку, дёрнул на себя, врезал коленом в живот и тут же вырубил, заехав рукоятью ножа по голове.
— Полежи-ка пока здесь, приятель, — прошипел стражник, глядя, как Дален распластался по земле.  — А я разберусь с этим правильным и вернусь. За своим золотишком.
Прикрепив нож обратно к поясу и обнажив меч, Торос двинулся в сторону потных, измазанных в червях и травяном соке, Джеда и Бруно. Дален остался лежать у бревна. 
Перед глазами было темно и всё плыло. В голове шумело, будто где-то далеко кузнец бил по раскалённому железу молотом. Шум нарастал: то ли кузнецов стало двое, то ли всё же был один, но бить он принялся с удвоенным остервенением. Под конец звенеть начало так, что медленно приходившему в себя Далену начало казаться, что он лежит на наковальне и это по его лбу стучат колотушкой. 
Глаза еле разлепились — с ресниц тут же посыпалась земля, и во рту проступил привкус крови. Медленно приподнявшись на локте, Дален приложил пальцы к губам, а когда отнял, то те были кроваво-красными. Противный лязг не утихал. Дален повернул голову в сторону и увидел, как примерно в ярде от него отбивался от Тороса и Джеда изможденный Бруно. Рука сама собой нырнула под куртку. Тяжёлый мешок был на месте. Времени на раздумья было мало. На собраться с силами — тем более. Начинало светать.
Встав на ноги, Дален тряхнул головой, прогоняя с глаз последнюю пелену. В голове снова загудело, пришлось обхватить рукой ствол тонкой осины, сделать глубокий вдох и выдох. Картинка перед глазами выровнялась, но теперь кольнуло в сердце, и по телу прошла неприятная, разрывающая изнутри, дрожь. Шаг в сторону леса — боль утихла, дрожь начала сходить на нет. Ещё один шаг. Обогнуть весь в шипах куст, отвязать лошадь от дерева, запрыгнуть на неё — только его и видели. Но глупое животное неистово заржало и забрыкалось, словно опять почуяло зверя. Дален заозирался по сторонам — зверя никакого не было, только кусты слегка шевелились, так как с них только что слетела птица. Зато все трое стражников вдруг резко отскочили друг от друга и обернулись на истерику лошади.
 
— Он уходит! — рыкнул Торос, шагнул к замешкавшемуся Бруно и проткнул того мечом. Бруно выпучил глаза, открыл рот, ловя воздух, как выброшенная на сушу рыба, и повалился на землю, попутно ломая тоненькие колючие веточки дикого розовоцвета, так некстати разросшегося неподалёку.
Отвязывать и успокаивать лошадь не было времени. Крепко придерживая сокрытый под курткой мешочек с золотом, Дален рванул в чащу. Медленно поднимающееся к верхушкам деревьев солнце освещало дорогу ещё слабо, но этого было достаточно, чтобы в полутьме разглядеть, где пенёк, а где коряга, и вовремя те обогнуть или перепрыгнуть. Джед и Торос гремели сапогами следом.
— Уходит скотина! — прокричал Торос Джеду, видя, что расстояние между ним и жертвой увеличивается.
— Не уйдёт, — еле слышно проскрипел Джед, а глаза налились кровью, и рука сама нырнула к поясу и выхватила из ножен короткий острый кинжал, давно не знавший крови, а резавший только окорок по выходным.
Ноги чуть не раздавили птицу-пеструшку, свившую по весне гнездо рядом с поваленным буком и тянувшую из-под земли неподдающегося червяка. Выругавшись, Дален взмахнул рукой, чтобы ухватиться за сук или ветку, но то, что первым попалось под руку, хрустнуло и переломилось. Дален не устоял и упал, но тут же поднялся, бросил быстрый взгляд назад. Торос не отставал, а вот Джеда совсем не было видно. Видимо, выдохся. 
Куда бежать? Справа — один лишь бук, вытянувшийся чуть ли ни до небес, со стволами голыми снизу, но пышными на крону ближе к верху; слева — лишь бурелом и непролазные чащи следом. Застрять в них проще простого, но и скрыться из вида легко. Достаточно нырнуть в небольшой овраг, сверху закиданный ветками и листьями, и переждать там, пока эти двое будут тыкаться по сторонам. Решение было принято — Дален сунулся в с трудом проходимые заросли.
Давно лишённые жизненного сока ветки ломались под ногами с громким треском. Чтобы не выдать себя, Дален с бега перешел на шаг, а потом и вовсе остановился. Чужих шагов слышно не было. Только совы ухали где-то далеко-далеко, и ёж прошуршал совсем рядом с сапогом. Отстали. Торос и Джед отстали. Он удачно затерялся среди всей этой беспорядочной коричнево-красно-зелёной каши; теперь оставалось лишь переждать. Выждать приличное количество времени, а потом идти, не торопясь, лучше через ту же чащу из поваленных деревьев, ступая медленно и постоянно прислушиваясь, не крадётся ли кто-то следом. 
Просто так эти двое не отстанут. Слишком велик соблазн, слишком сильно манит к себе золото. Значит, будут искать. Будут прочесывать лес, пока не иссякнет терпение и они не выдохнуться. Но у Далена тоже есть терпение. И его точно хватит, чтобы пересидеть опасность в зарослях и высунуть нос только тогда, когда шансы попасться алчным стражам будут равны нулю. 
 
Под сухими листьями нашлись грибы. Сырыми их есть Дален никогда не пробовал, но на худой конец и эти сгодятся, чтобы не протянуть ноги. По правую руку раскинулся островок с дикой низкорослой жёлтой малиной — тоже неплохо. По левую — только поломанные ветки и бревна. А спереди — облезлые кусты, некогда богатые на плоды животравника, а сейчас почти без листочков и без завязей. Шевелятся. То ёж усердствует и роет носом землю, изредка принюхиваясь. Или не ёж?