Фараон (СИ)

— Здесь же дорого, — вздохнула она, — почему бы не потратить деньги на приют или в какой-то благотворительный фонд?
Я промолчал, Маша со своим «правильным» воспитанием иногда раздражала, но в то же время, вспоминая девушек своего круга я отчётливо понимал, что лучше это, чем бесконечные разговоры только вокруг тряпок, драгоценностей и денег. С моей девушкой хоть какое-то разнообразие было в обсуждаемых темах, да и честно говоря она очень интересно рассказывала про этот своей Древний Египет, на котором решила специализироваться. Призраки фараонов, живших две, а то и три тысячи лет назад даже до нашей эры словно живые проходили мимо меня, слушая её увлечённые рассказы о прошлом. Собственно говоря, мы так с ней и познакомились, она подрабатывала в музее, а мы пьяные туда случайно забрели. Ржали как кони, громко обсуждали старые экспонаты, пока к нам не подошла она.
Я покосился на точёный профиль Маши и улыбнулся, вспомнив как она попыталась нас пристыдить, а вскоре под градом насмешек сама убежала рыдать в подсобку.
— Приехали, выходим, — прокомментировал я, припарковавшись и затем подхватив её вещи, помог ей вылезти из машины.
— В бизнес-зал не пойду, я буду с ребятами, когда приедет автобус, — сказала она, когда я показал рукой на табличку.
Мне пришлось пожать плечами и быть рядом всё время, пока мы ожидали их сначала в кафе, потом уже в самом зале ожидания на вылет. Их летняя практика должна была начаться в Каире, затем по какому-то неизвестному мне маршруту дальше. В тонкости я не вникал, просто не хотелось с ней расставаться на целых три месяца, поэтому напросился поехать с ней. Маша разумеется была не в восторге, попыталась спихнуть меня на руководителя группы, но тот, едва я предложил спонсорскую помощь на оплату всех гостиниц в поездке, да ещё и для всей группы, тут же записал меня в свои любимые студенты. Даже сто тысяч перекочевавшие из моего кармана в его, ничего не решали, он был счастлив от такой огромной экономии крайне скудного бюджета экспедиции.
— Михаил Петрович, — я поздоровался с ним, когда мужчина увидев меня, тут же свернул от группы, чтобы пожать мне руку.
— Андрей, рад тебя видеть, — он несколько раз встряхнул мне ладонь, — мне вчера звонил ректор, сказал, что вообще всю нашу поездку оплатят спонсоры, университет не потратит ни доллара. Так что просил передать благодарность твоему отцу.
— Он всё же узнал его номер, — я тяжело вздохнул, но развёл руками, — что же, нам будет проще.
— Разумеется, — покивал тот, — ну, ещё увидимся.
— Конечно Михаил Петрович, — согласился я, поворачиваясь к Маше, которая подхватив свои вещи самостоятельно пошла к прибывающим, радостно галдящим студентам. Особенно радовались те, кто вообще впервые выезжал за границу.
Делать было нечего, я пошёл за ней, почти сразу попав под улыбки и зазывающие взгляды всех симпатичных девушек в группе Маши. Любая, стоило только поманить пальцем тут же уехала бы сейчас со мной и я это отлично знал. Как впрочем и моя девушка, у которой привычно дёрнулся глаз при этой сцене, я же, как мне не хотелось её подразнить, наоборот обнял её показывая другим, что как бы немного занят. Впрочем, это ничуть не охладило их пыл, многие подходили, здоровались, спрашивали о планах, я спокойно и терпеливо отвечал, чувствуя рядом закипающий чайник из Маши, но тут уже она сама была виновата, сидели бы сейчас в бизнес-зале, никто бы нам не мешал.
Избавлением её мучений стало объявление о посадке на рейс и все потянулись к стойке проверки билетов. Я же не собираясь стаять в очереди со всеми, настойчиво подхватил Машу под руку и уволок её в другой проход, где улыбчивый стюард, едва увидев цвет шапки посадочного талона, тут же рассыпался в приветствиях, отделил отрывную часть, отдал её мне, после чего лично отвёл нас к небольшому автобусу, который ожидал пассажиров бизнес-класса. Мы поздоровавшись с теми, кто там уже сидел, дождались ещё троих человек и нас вскоре отвезли к самолёту, где мы спокойно заняли свои места. Положив вещи по полочкам кресла, затем разувшись, я надел тапочки и расслабленно откинувшись на мягком кресле.
 
— Ну вот, а ты говорила пошли в эконом, — заметил я.
Маша, занимавшаяся раскладыванием своих вещей, вздохнула.
— Хотелось бы из вредности сказать, что в экономе с друзьями лучше, но я бы соврала.
Я рассмеялся над её простой фразой. Ещё одна причина, почему мне было с ней легко. Когда она была неправа, пусть с трудом, но признавала свои ошибки. Редкое качество для девушки.
— Спасибо, — она неожиданно наклонилась ко мне и поцеловала сначала в щёку, потом в подставленные губы, — я понимаю, что ты хочешь, как лучше.
— Я взял с собой только презервативы, — сально усмехнулся я, на что Маша лишь простонала. Несмотря на свои первоначальные пуританские взгляды на секс, со мной она немного раскрепостилась и это было третьей, но не последней причиной, по которой мы были вместе, несмотря на всеобщее недоумение знакомых с обоих сторон.
— Пожалуйста, — заметил я на первую её фразу и закрыл глаза.
Вскоре в проходе показались пассажиры, кому повезло меньше, а когда все только усаживались на местах, споря при этом, кто в какую ячейку должен положить свою сумку, к нам подошла стюардесса и присев на корточки, поприветствовала нас на борту судна и быстро рассказала, как будет проходить полёт и что мы можем заказать уже сейчас. В общем отличное начало, пусть и всего четырёхчасового перелёта.
  
Глава 2
 
По прилёту в международный аэропорт Каира, оказалось, что нам подогнали огромные, высококлассные автобусы с кондиционерами, хотя студенты должны были добираться до нужной гостиницы на местном транспорте. Это несомненно всех ободрило и взгляды девушек из группы в мою сторону стали ещё более призывными и многообещающими.
— Шлюхи, — Маша не могла не заметить этих поползновений, отвернувшись, чтобы не злиться ещё сильнее.
— Не говори так, они просто стараются обеспечить будущее себе и своему потомству, спарившись с альфа-самцом, — самодовольно сказал я, — сама же мне тут недавно теорию эволюции задвигала.
— Я бы взяла сейчас палку и показала бы им, как на моего альфу засматриваться, — иронично сказала она, успокаиваясь. Что-то, а уж она точно знала, что если я захочу ей изменить, то сделать это можно будет буквально через минуту, поскольку желающих для этого было хоть отбавляй. Поэтому она доверяла, и не дёргалась каждый раз по этому поводу, хотя и часто злилась на подобное поведение других девушек.
Погрузившись со всеми в автобус, мы поехали по асфальтовой дороге. Я вскоре задремал, лишь краем уха слыша споры археологов.
— Да Женя, ну какой из Рамзеса II Великий фараон? Как можно верить историям человека, который присвоил себе чужих заслуг больше, чем остальные цари?
Меня разбудил раздражённый голос Маши. Вздрогнув, я приоткрыл глаз.
— Цари? — сонно пробурчал я, — цари же только у нас были, откуда они в Египте-то появились?
Вокруг сначала было молчание, затем ржание и хмыканье от более лучше воспитанных.
— Спи дальше любимый, — Маша наклонилась и поцеловала меня в нос, заставив поморщиться.
— Вот Тутмос III, был действительно достойный этого звания, — продолжила она, когда я снова закрыл глаза, погружаясь в сон.
Сколько я проспал было непонятно, поскольку меня растолкали только тогда, когда мы прибыли к гостинице, весьма приличной на вид, и стали выгружаться из автобусов. Я говорил на арабском, так что спросил готов ли номер, забронированный за моей фамилией. Услышав родной язык, стюард на ресепшене сначала сильно удивился, а когда полез в компьютер смотреть информацию о заказе, вскоре удивился второй раз. На его лице почти мгновенно расползлась льстивая широкая улыбка, он запел соловьём и показал коридорным подхватить мои вещи и проводить в лучший номер их гостиницы.
Оставив Михаила Петровича, говорящим на ломанном английском, разбираться с устройством остальной группы, я утащил Машу с собой, как паук муху в глубину паутины, и отпустив носильщиков, объявил девушке, что нам нужно срочно принять душ. Давно распробовав секс со мной, поскольку до нашей встречи она была девственницей, Маша не стала ломаться и пожав плечами, показала рукой, что готова. Так что на ужин мы спустились сильно утомлённые, но полностью довольные друг другом, держась при этом за руки, вызывая всеобщую зависть.