Эксперимент. Реальность или Отражение (СИ)

Я люблю ее. Люблю, как настоящую сестру, которой у меня никогда не было. И мы обе это знаем, поэтому любая стычка или ссора — лишь мелкие проявления наших тараканов, которых мы приняли и с которыми свыклись.
«Разве это не настоящая дружба?» — в который раз думаю, когда мы выезжаем с парковки. После чего отвожу взгляд от привычных пейзажей и без лишних предисловий пересказываю Акимовой встречу с Ковалевским.
Она довольно внимательно слушает. Но то, как уголки её губ все больше приподнимаются вверх, начинает меня раздражать.
— Что смешного?.. — непонимающе произношу я, снова закипая.
— То, что ты не хочешь признавать, как тебя задевает тот факт, что ты можешь кому-то не нравиться.
— Чушь!
— В самом деле? — Она мельком переводит на меня взгляд, усмехнувшись. — Вот об этом я и говорила, Алис. Им плевать, что у нас в душе. Плевать, что творится внутри. Главным всегда было и будет — обертка. А уж после все остальное. И то, если тебе предоставят такую возможность, как дать шанс твоей душеньке, чтобы наконец разглядеть ее.
— Это бессмысленно. Люди бывают разные.
— Но все мыслят стереотипами, стадно и…почти в одной и той же плоскости.
Хмыкаю, признавая некую правоту её слов. Но в конце концов говорю:
— Все равно не сдамся.
— Думаю, ты права. И в данном случаем стоит несколько изменить условия.
На этих словах я подбираюсь и озадаченно хмурюсь.
— То есть?..
— Если хочешь доказать мне правдивость твоих утверждений, то не обязательно ждать от него признания в любви. Мне вполне хватит поцелуя. Только — с его стороны и, как это говорят, не случайного, настоящего, искреннего. Понимаешь? Чтобы этот парень действительно захотел это сделать, потому что ему понравилась твоя пылкая душа, а не смазливое личико. Если же не сделает этого в течение месяца, то прости. Но я выигрываю. Согласна?..
Несколько минут обдумываю её слова. Взвешиваю каждое слово.
— Хорошо, — в конце концов вдыхаю я. — Так даже проще. Он поцелует меня. И ты наконец прислушаешься к моим словам.
Я наконец сама поверю в свои слова. Ведь, кто, как не такие парни, как Ковалевский, способны перевернуть все общепринятые представления? Всего лишь искренний поцелуй. Поцелуй с его стороны и…все мои желания и слова окажутся реальностью.
Я не просто хочу доказать ей свою правоту и выиграть. Я хочу доказать в первую очередь себе, что где-то там, глубоко, не зря верю, что душа основоположник всего.
Душа. А не внешность.
— Тогда по рукам.
Мы отбиваем кулачками незамысловатый ритуал, придуманный нами ещё в детстве.
— Один поцелуй. Один месяц, — весело хмыкнув, повторяет Акимова.
Я ухмыляюсь и снимаю парик, когда мы останавливаемся неподалёку от универа.
Пришло время сменить маску. А ещё…
Не сдаваться!
  
@[email protected]
 
Дима
Перехожу через дорогу, накинув капюшон на голову, и ныряю в метро.
Грязная подземка с её многолюдными толпами, вечно бегущими вперёд. Словно время наступает им на пятки, заставляя поторапливаться и бежать, сломя голову. Вместо того, чтобы хоть раз остановиться. Прислушаться к шуму вокруг. Оглядеться и свободно вздохнуть.
Усмехаюсь, в который раз наблюдая за привычной суетой, и проклинаю тот день, когда меня вытащили из привычной жизни буйных американских городков, вернув на родину.
Именно в этот момент в воспоминаниях всплывает последний разговор с матерью…
— Какого черта?! — я подскакиваю с места. С меня стекают капли воды. Причём ледяной! Мои зубы едва заметно начинают отбивать чечётку, но утреннее похмелье даёт о себе знать, заставляя мои мозги плавать в каше из выпитого алкоголя.
Кажется, вчера Джей превзошёл все свои предыдущие вечеринки. Поскольку в моих ушах до сих пор звенят вопли довольных девчонок, крики, оглушительные басы и смех.
Смех. Смех. Смех.
Много смеха, алкоголя и горячих девчонок в бикини.
Черт-т-т.
Меня до сих пор колбасит от той брюнетки, что весь вечер пыталась подкатить ко мне. Хм. И, кажется, я не прогадал, выбрав именно её.
 
Поток моих мыслей прерывает знакомый голос.
— Сколько можно, Дмитрий!?
Пронзительные голубые глаза с отчаянием смотрят на меня, и я теряюсь.
А, что я должен сказать?
Что мне нравится развлекаться со своими друзьями? Напиваться в хлам и гонять на байке, участвуя в подпольных заездах?..
Это её доконает. Особенно последнее признание.
Удивительно, как все меняется, когда твоя семья в одночасье рушится. Казалось бы, пустяк. Но я до сих пор не могу простить их за то, что разрушили то святое и прекрасное, что было у нас пару лет назад.
— Ты понимаешь, что таким образом жизни сведёшь себя в могилу?!
Довольно ухмыляюсь и снова падаю на кровать, закинув руки за голову. В этот момент вижу, как за окном встаёт солнце.
Рассвет.
Черт побери, ещё даже солнце не встало, а я уже на ногах!
— Прекрати, мам, — в конце концов, устало потерев переносицу, говорю я. — У меня все под контролем.
— Тебе двадцать четыре года, Дима! Но ведёшь ты себя, как зарвавшийся подросток!
На этих словах я все-таки подскакиваю с места и взрываюсь.
— Очевидно сказалось отсутствие дальнейшего воспитания! Так сказать мужской руки. Но какая теперь к черту разница! Что выросло, то выросло!
Когда мне было шестнадцать, мои родители развелись. Идеальная семья, которой я считал нас столько лет, до ужаса гордясь тем, что имею отца и мать — таких любящих родителей, на которых всегда равнялся, просто распалась. Развалилась за доли секунд (а может быть и раньше, но я не замечал?), разбившись в дребезги. Так, что собрать что-либо — из разряда чудес.
Как оказалось — эти люди не так идеальны, как я думал о них все это время. Я не знаю, что именно послужило причиной. И кто действительно виноват. Но у матери уже был любовник. Да ещё где? В чёртовой Америке! У отца же молоденькая девка, с которой я случайно застал их на работе, поняв, что и он особо не страдал. Причём неясно, кто из них раньше затеял все эти игры.
Шикарно!
Что может быть лучше, когда ты все детство чувствуешь себя самым счастливым ребёнком. Особенно, когда в твоём классе учится пацан из детдома и ты видишь — каково это не иметь семью. А затем понимаешь, что больше ничего нет. Ни семейных посиделок. Ни смеха по утрам. Ни жаренных блинчиков. Ни улыбающегося отца, треплющего меня по голове. Ни походов в автопарк. Ни-че-го.
Никогда не думал, что подобное сможет меня задеть. Хотя я вообще никогда не думал, что родители способы на подобное. Но… Жизнь, как всегда, подсовывает сюрпризы. И эти сюрпризы не всегда с ярким конфетти и блестками.
Развод на удивление оказался быстрым. Я даже не успел опомнится, как мы оказались в Нью-Джерси. Отец же так и остался один, поскольку, чтобы не случилось — я не мог ее бросить. Не мог бросить свою мать. Ведь я обещал ей. Обещал, что всегда буду ее защитником. Хотя по прибытию все оказалось куда проще. На дорогой тачке наш уже поджидал её новый ухажёр по имени — Фрэнк.
Поначалу я сопротивлялся. Порывался вернуться на родину, поняв, что у матери вполне складывается новая семья. Но в конце концов под многозначительными скандалами и просьбами со слезами — остался. А затем и вовсе выяснил, что папаша женился.
Да. Поначалу он тоже пытался поддерживать со мной общение. Даже приезжал, и мы не раз гуляли по шумным авеню. Но затем… Все снова изменилось.
Его новоиспеченная жена — Олеся — забеременела.
Так или иначе во мне что-то переключилось. И из примерного, хорошего парня я превратился в отвязного хулигана, не раз проверяя свои кулаки на прочность.