Телохранитель для стервы (СИ)

Я просто не могу терпеть. Провожу руками по его груди, комкаю майку, испытывая желание дотронуться до его кожи, и злюсь, потому что делать это неудобно.
Немного отталкиваю Марка от себя и ловлю полыхающий взгляд, в котором на миг мелькает разочарование и боль. Ты думаешь, я тебя пошлю? Э нет, сегодня ты мой. Весь целиком и полностью. Пока парень не опомнился, стаскиваю через голову свою майку, оставшись в одних коротких джинсовых шортах, и берусь за край его футболки, показывая, что хочу.
Он освобождается от нее одним рывком, и я, блаженно щурясь, прижимаюсь к теплому гладкому торсу, трусь об него сосками и прикусываю пахнущую морским ветром кожу у основания шеи. Хочется оставить отпечаток своих зубов, как клеймо — ты мой. Но тогда Марк снова напялит свою дурацкую водолазку. Я не хочу этого, поэтому прикусываю нежно и тут же провожу языком с теплым металлическим шариком. Мужская рука собирает в горсть мои волосы и тянет назад, заставляя выгнуть шею и запрокинуть голову для поцелуя.
Чувствую губы на ключицах и вверх по бьющейся вене, трусь сосками о светлые волоски на его груди; кажется, градус желания вырос до такой степени, что я готова кончить только от того, как нежно и настойчиво он оттягивает мои волосы назад.
Между ног пожар, и я все сильнее трусь о его выпирающую ширинку, зажмуриваясь от подкатывающих волн наслаждения.
— Меня бесят твои шорты, — признается он, в очередной раз дернув за джинсу. Я усмехаюсь, соскальзываю с его колен, чтобы повернуться спиной и, медленно дразня, снять шорты. Под ними на мне белые кружевные стринги. Микроскопические и провокационные.
Слышу за спиной хриплый выдох и хочу развернуться, но Марк не дает. Притягивает меня к себе спиной и усаживает сверху. Теперь я почти обнаженная в его руках.
— Невероятная, — говорит он и накрывает одной рукой мою грудь, а другой медленно ведет по животу к кружеву трусиков.
Дыхание такое сильное, что вырывается с хрипом из легких, я суматошно еложу бедрами, мечтая о том, чтобы его пальцы наконец-то дотронулись до сосредоточения желания. Но он медленно и нежно целует в шею, перекатывает между пальцами сосок, рождая болезненно сладостные ощущения, а потом неторопливо проводит по кружеву вниз и задерживает там пальцы.
— Ты уже такая мокрая, — шепчет мне в ухо, заставляя вспыхнуть. — Невероятно мокрая, — повторяет он, надавливая на клитор через кружево, и я выгибаюсь дугой под его пальцами, предвкушая скорую разрядку. Марк, кажется, все понимает и тихо смеется мне в шею, убирая на секунду свою руку и позволяя мне перевести дух. А потом пытка возобновляется, только на сей раз, он отводит кружево в сторону и разводит пальцами мои влажные складки. Скользит медленно, большим пальцем выписывая круги вокруг клитора, заставляя меня вздрагивать всем телом, и шептать его имя.
Я сдерживаюсь изо всех сил, шарю руками по его бедрам и сильнее вжимаюсь ягодицами в горячий пульсирующий член. Но Марк удерживает меня. Одной рукой массирует сосок, а другой медленно скользит по клитору вверх-вниз. Чуть наращивает темп, и когда мое дыхание срывается, жарко шепчет на ухо.
— Давай, Ника, полетай со мной.
Это как спусковой крючок для накрывшего меня оргазма, я выгибаюсь в его руках и, кажется, кричу, содрогаясь всем телом. Мир разлетается на осколки. Тепло расползается между ног все выше к животу, а движения его пальцев становятся более резкими, смелыми. Он словно подталкивает меня к краю, за которым находится бездна, куда я улетаю, выкрикивая его имя, а потом обмякаю в объятиях, сумев только прошептать.
— Если ты меня сегодня опять продинамишь, я тебя урою.
— Нет, Ника, — шепчет он проникновенно, и в его голосе я слышу рычащие, собственнические нотки. — Сегодня хорошо будет не только тебе.
— Обещаешь? — спрашиваю я, повернувшись, а вместо ответа получаю глубокий поцелуй. Марк переворачивает меня дрожащую и прижимает к себе ближе. Медленно ведет горячими руками по спине и не перестает целовать. Усаживает сверху и, подхватив под ягодицы, поднимается.
 
— Куда мы идем? — спрашиваю я, устроив голову у него на плече.
— В кровать, конечно, — усмехается он и уверенно направляется в сторону второго этажа.
  
Глава 13. Дышу тобой
 
Марк
Ника, кончающая в моих руках — это сказка. В паху ощущается болезненное желание, а в голове бьется одна мысль — взять ее прямо тут: мягкую, податливую, еще не отошедшую после оргазма. Но я усилием воли беру себя в руки и несу наверх, а девушка цепляется за меня ногами и льнет всем телом. Такая нежная, красивая, желанная.
Мягко опускаю ее на кровать и отступаю на шаг, чтобы полюбоваться затуманенным от желания взглядом, торчащими розовыми сосками и бесконечными ногами.
Ника закусывает губу и чуть подается вперед, приподнявшись на руках, когда я расстегиваю пуговицу на шортах и тяну их вниз вместе с трусами. Щеки Ники вспыхивают, но она жадно наблюдает за моим приближением, чуть отодвигается назад и разводит ноги в стороны, когда я ставлю одно колено на кровать.
— Просто, вау… — произносит Ника и облизывается, глядя на член. — По-моему, я об этом как-то говорила.
Она не кажется смущенной, хотя румянец говорит об обратном, и мне нравится, как смело она тянется руками к члену и обхватывает его у основания, а потом осторожно ведет вверх.
Из горла доносится рык. Я чуть склоняется, стаскиваю ее мокрые насквозь трусики, опираюсь на руку и нежно скольжу пальцами у Ники между ног, где горячо и влажно. Она уже готова принять меня, выгибается в нетерпении, а движения ладоней на члене увеличивают темп, заставляя сжимать зубы, в попытках сдержаться, но я все равно не спешу.
Нагибаюсь и накрываю ее губы своими, а пальцы в это время скользят у входа. Она такая гладкая и влажная, что сносит крышу. Ее неумелые нежные пальцы поглаживают член и размазывают каплю влаги по головке, заставляя терять остатки контроля.
Медленно ввожу в девушку один палец, начиная движение вперед-назад, а когда чувствую, что Ника готова и ее судорожное дыхание срывается, добавляет второй. Девушка всхлипывает, выгибается дугой и подается ближе, но я не даю насаживаться на свои пальцы и медленно под протестующие вопли убираю.
Отвожу ее руку от члена и укладываю над головой, прижимая к покрывалу. Перехватываю вторую и кладу туда же, практически обездвиживая девушку, осторожно притрагиваюсь к ее влажному входу головкой, и замираю.
— Не тормози, — шипит Ника и начинает елозить бедрами так, что у меня рвет крышу.
— Тихо, кошка, — смеюсь в распахнутые губы. — Не спеши, а то будет больно.
— Насрать, — выдыхает она и снова двигает бедрами вверх, потираясь своими влажными складками о дрожащий от напряжения член.
Придерживаю ее бедро рукой и осторожно подаюсь вперед, пытаясь не позволить Нике творить самодеятельность, но ей мало. Она старается стать ближе и ругается.
— Если ты не сделаешь это сейчас, я тебя убью, правда!
Эта фраза становится спусковым крючком. Тормоза больше не держат, и я медленно и плавно двигаюсь вперед, погружаясь в тугое, жаркое нутро. Она такая офигительно узкая, что кровь начинает стучать в висках. Я чувствую легкое сопротивление и медленно продвигаюсь вперед, через ее тихий всхлип, до пронизывающего удовольствия и чуть глубже. Ника на миг замирает и вцепляется в мои плечи острыми коготками, видимо, пытаясь отомстить за боль, и я останавливаюсь, позволяя почувствовать наполненность и привыкнуть.
— Не тормози, я же просила! — умоляет она. Я медленно выхожу почти целиком, чтобы потом вбиться еще раз чуть смелее, глубже, резче.
— Зашибенно, — выдыхаю, наклоняюсь и нежно целую в губы, не прекращая движений. Ника послушно выгибается подо мной, елозит бедрами и трется клитором, продлевая удовольствие.
Искры в глазах и хрупкое тело в объятиях, которое двигается в унисон, и каждое скользящее движение приближает к разрядке. Ника что-то шепчет в приоткрытые губы, а я поцелуем снимаю слова и ударяюсь снова, до фейерверка перед глазами, до низкого тихого рыка, вместе с которым поджимаются яйца и поясницу простреливает волной удовольствия. В этот же момент, тихо вскрикивает Ника, вцепившись руками мне в плечи; успеваю выйти из нее за секунду до того, как кончу. Горячая белая струя изливается ей на живот.