Лабиринты наших желаний (СИ)

Но кто же её даст?
Андрей, явившийся «в гости» к отцу, вид имел довольный — даже самодовольный — но явно нервничал. Игорь замечал это по чуть большей, чем обычно, бледности лица, напряжённой улыбке, дрожащим пальцам рук. И ему это всё страшно не нравилось.
— Разговор есть, бать, — сказал Андрей серьёзно. — Приватный.
— Приватный, значит, — протянул Игорь. — Хорошо. Кухня тебя устроит? Я чай хочу попить. И поесть бы неплохо.
— Устроит.
На кухне тихонько беседовали Настя, Роман и Борис, и их пришлось немилосердно выгнать. Они вышли, Игорь, прикрыв дверь и включив чайник, полез в холодильник за оставленной Люсей едой, а Андрей сел на барный стульчик и заговорил.
— Бать, это насчёт Ксении. Понимаешь, я не просто так сюда приехал. Когда Настя похвасталась твоей новой девушкой и показала фотографию, я Ксюшу сразу узнал. Я учился вместе с ней на первом курсе института.
Он хотел поесть? Наивный. Он не сможет есть.
Игорь захлопнул холодильник и направился к бару.
— Так. Чего замолчал? Дальше давай.
— В общем… я её тогда обидел, бать. Молодой был, глупый, восемнадцать лет, мозгов ни хрена не было.
«Да у тебя их и сейчас нет».
Игорь открыл коньяк и плеснул немного в бокал. Выпил и глубоко вздохнул, ощущая, как в голове чуть проясняется.
А Андрей поглядывал на отца настороженно, будто боялся, что тот сейчас на него с кулаками бросится. Или бутылкой в голову кинет.
— Поспорил я на неё, короче. Ну, как в фильмах. Что соблазню. А когда соблазнил, Ксюшка забрала документы из института, и больше я её не видел.
Замечательная версия. Практически кастрированная, обрезанная цензурой. И вроде ни слова неправды — а всё равно ложь.
Игорь налил ещё коньяка, выпил одним махом и поморщился. Лимончика бы, да не хочется за ним идти.
Андрей молчал, и Игорь, плеснув в бокал третью порцию, усмехнулся.
— И?
— В общем, когда я увидел Ксюшку… подумал, что она решила отомстить. Понимаешь, я же ей про тебя рассказывал! И фотку показывал. Поэтому и приехал. Она меня сразу узнала, но стала всё отрицать — мол, ты что, какая месть, да мне это не надо, и так далее. Но я не поверил.
Кажется, коньяк горчит. Или ему просто настолько противно всё это слушать, что даже коньяк горчит?!
— Пытался вывести Ксюшку на чистую воду, но она хитрая и умная, бать. Однако вчера мне это удалось. Когда мы тут были с ней и Настей…
— Вместо зоопарка, — уточнил Игорь.
— Да, — Андрей нервно дёрнулся. — Извини, бать. Но это ради твоего же блага, понимаешь!
Ну да. Конечно.
— Так вот. Я попросил Настю нас оставить, чтобы поговорить с Ксюшей откровенно, и… кажется, мы слегка увлеклись откровенностью…
Игорь похолодел.
— Блин, не могу я это тебе рассказывать. Я лучше покажу. Я тут камеру прицепил, чтобы, если Ксюшка расколется, не быть голословным… Вот, смотри…
Андрей вынул из кармана смартфон, ткнул на нём что-то и протянул отцу.
Несколько секунд Игорь вообще не понимал, что происходит, а потом разобрал. Кухонный стол, стонущая Ксения, в явном экстазе раздвигающая ноги, а между ними — трахающий её Андрей. Судя по качеству съёмки, производилась она то ли в темноте, то ли близко к ней.
И впервые в жизни Игорь понял, что это такое — хотеть не просто ударить человека, а убить. Уничтожить. Чтобы он больше не топтал ногами эту землю.
Сжал челюсти, вздохнул глубоко, справляясь с яростью, затолкал её вглубь себя. Не сейчас. Ещё не сейчас. И не здесь.
Прокрутил видео немного вперёд — и место действия с кухни изменилось на его спальню, и света прибавилось, и криков со стонами — тоже. Но кроме криков со стонами Игорь, приблизив картинку, заметил ещё лихорадочно блестящие глаза, и судорожные движения, и полубезумную улыбку на губах, которую можно было принять за улыбку удовольствия.
Хороший аргумент. Почти железобетонный.
— Ясно, — процедил он, поднимая глаза на Андрея. Сын смотрел обеспокоенно — ну ни дать ни взять божий агнец. Положил смартфон на столешницу — ту самую столешницу, на которой накануне сидела Ксения, — и продолжил: — Пойдём. Надо кое-что уточнить.
 
— Куда? — Андрей удивился.
— Сейчас узнаешь.
Игорь изо всех постарался, чтобы в голосе не звучала угроза. И получилось у него это с трудом.
В гостиной за длинным столом возле окна, где они когда-то играли в «Билет на поезд», сидели Настя, Борис и Роман. Увидев отца и брата, Настя вскочила с места и как-то странно заломила руки.
— Борис, отведи мою дочь в её комнату, и не выходите пока оба. Роман, ты останешься с нами.
Андрей ощутимо напрягся, почуяв неладное. Идиотом он не был, поэтому понял — что-то не так.
Когда Настя и шофёр ушли, Игорь, внимательно посмотрев на сына, продолжил:
— Я понял тебя, Андрей. Ты хотел доказать, что Ксения со мной только ради мести, и ты это доказал. И заодно хорошо по**ался, да?
Краем глаза Игорь заметил, как у Романа слегка приоткрылся рот от удивления.
— Бать…
— Подожди, я не закончил. Мне вот что интересно: а если мне безразлично, из-за мести Ксения со мной или нет? Меня всё устраивает. С какой стати я должен что-то менять?
Андрей впервые за диалог не удержал лицо, явно разозлившись.
— Да она тебя использовала! А вчера трахалась со мной! Видел, как ей нравилось?! Ксюшка — просто шлюха, ей плевать на тебя, на меня, на всех! Она получила, что хотела — месть! И смылась! Она же не отвечает тебе на звонки, да, бать?
— Не отвечает, — подтвердил Игорь.
— Вот видишь! Она знала, что я тебе расскажу про наш с ней секс, и поспешила удрать, пока ты её на мыло не пустил!
Стоящий рядом с Андреем Роман глухо кашлянул и сжал кулаки. Очевидно, у него, как и у Игоря, они тоже резко зачесались.
— На мыло, значит. Скажи-ка мне, если Ксения — шлюха, то какого… ты с ней был без презерватива? Жить надоело?
— Да ладно, — буркнул Андрей. — Она чистая. Сам же знаешь.
— Знаю. А ты?
— Что? — не понял сын.
— Ты-то чистый? С твоим количеством девок всё может быть.
— Да ты что, бать! Нет у меня ничего! Что же я, совсем дурак?!
Он ещё и возмущается.
— Что ты ей дал?
Андрей нахмурился, но глаза подозрительно забегали.
— В смысле?..
— Я не желаю повторять дважды. И если ты сейчас же не ответишь, я приму меры. Что ты ей дал?
— Я не понимаю…
Игорь всегда держал слово. И, подойдя ближе к сыну, резко ударил его кулаком в челюсть.
Андрей вскрикнул и согнулся, схватившись руками за зазвеневшую голову.
— Следующий удар будет больнее. Что ты ей дал? — повторил Игорь спокойным и очень холодным голосом.
Но отпрыск, простонав что-то невнятное, вдруг бросился вперёд, явно намереваясь дать сдачи. Игорь скрутил бы его и сам, но не понадобилось — Роман умел выполнять свою работу, и секундой спустя Андрей, шипя, уже находился в его стальном захвате, с заломленными назад руками.
— Извините, что вмешался, Игорь Андреевич, — пробасил охранник. — Я правильно сделал?
— Правильно. — Игорь шагнул вперёд и усмехнулся. Теперь, когда он находился к сыну так близко, то заметил и ещё кое-что интересное — небольшие царапины на лице, явно оставленные ногтями. Они были хорошо и густо замазаны, почти не разглядеть, если не знать точно. Только вот у Игоря взгляд на такие вещи был намётан. Людей в гриме он повидал более чем достаточно и всегда мог определить, что находится под ним — помятое после пьянки лицо, синяк под глазом, ссадина на щеке, герпес над губой. — Какой ты красавец. Расцарапала тебя моя девочка, и правильно сделала. И в четвёртый раз я повторяю, Андрей — что ты ей дал?
— Да ничего я ей не давал! — взревел этот упрямец, за что и поплатился мощным ударом по носу. Полилась кровь, пачкая одежду и Андрея, и Романа, попала охраннику на руки, но тот даже не поморщился.
— Ты думаешь, я — наивная девочка-первокурсница? — спросил Игорь с насмешкой. — Или что я не видел людей под кайфом? На твоей записи Ксения под наркотой, и я хочу знать, что ты ей дал.