Лабиринты наших желаний (СИ)

Значит, джаз.
— Так вот к чему был саксофон.
— Именно, — кивнул Игорь Андреевич. — Он ещё жив, кстати? Или уже нет?
— Наполовину. Очень вкусный, экономим.
— Не нужно. Я всегда могу подарить тебе другой саксофон.
— Я понимаю. Но мне тоже надо ограничивать себя в… употреблении саксофонов.
Игорь Андреевич засмеялся.
— Сегодня вечером мы с тобой в этом не будем себя ограничивать, да и здесь саксофоны не калорийные. Пойдём, там уже пускают, будем рассаживаться.
Кафе действительно оказалось обычным, только с хорошо освещённой сценой в дальнем конце помещения. Столики были уже накрыты, и во время концерта заказывать можно было только напитки, чтобы не отвлекать музыкантов. А вот после — пожалуйста.
Хорошо освещена была только сцена, в остальном зале царил полумрак, создавая вокруг приятную обволакивающую атмосферу интимности и чего-то особенного. Всё здесь было оформлено в стиле 30-х годов: большие граммофоны, перья, зонтики и что-то блестящее на стенах, в проемах между помещениями — шторки из звенящих бусин. И цвета кремовые, нежные, приятные глазу.
— Под такой интерьер нужно платье и шляпу с пером, — шепнула Ксюша Игорю Андреевичу после того, как они сели за столик. — Народ слишком современно одет.
— Дресс-кода здесь нет, — он улыбнулся, кивая официантке, чтобы подошла. — Что будешь пить?
— Чай. Обычный.
— Хорошо. И мне тоже чай, пожалуйста.
Кроме них за столиком сидели ещё два человека — молодая пара, явно супружеская, и они периодически косились то на Ксюшу, то на Игоря Андреевича, явно пытаясь угадать, кто они друг другу. И ей от этого почему-то было смешно.
А потом Игорь Андреевич вдруг наклонился и что-то тихо сказал парню, после чего тот смутился, кивнул и пробормотал:
— Извините.
Ксюша с недоумением покосилась на своего спутника, но Игорь Андреевич только головой покачал.
— Потом.
И правильно: в этот момент на сцену вышли музыканты и вечер джаза начался.
Поначалу Ксюша думала, что они будут только играть. Но это оказалось не так. Один из парней, как раз саксофонист, отлично вёл вечер: рассказывал историю джаза, шутил с публикой. И Ксюша, никогда не увлекавшаяся подобной музыкой, в какой-то момент почувствовала, что словно растворяется в ней.
Звуки наполняли помещение, захватывая каждый уголок пространства, и не только вокруг, но и в душе находящихся здесь людей. Лица у всех были благодушные, умиротворённые. И даже Игорь Андреевич как-то смягчился, растёкся, и не было в нём в те минуты ничего ни от волка, ни от ястреба. И Ксюша, косясь на него в то время, как музыканты играли ритмичную и будто бы колдовскую музыку, видела совершенно другого Игоря Андреевича — просто уставшего от всего на свете мужчину, который привык контролировать это самое «всё на свете», привык отвечать за поступки, и почти никогда не расслабляется. Его мозг всегда работает — и в этом всё дело. Сейчас же, в полумраке кафе, под странные завораживающие ритмы, Игорь Андреевич из практически бога превратился в обычного домашнего мужчину, которого Ксюше безумно хотелось обнять.
И она, набравшись смелости, в один прекрасный момент протянула руку и коснулась его пальцев.
Он вздрогнул, словно пробудившись ото сна, посмотрел на Ксюшу с удивлением. Потом улыбнулся и взял её ладонь в свою. Это оказалось безумно приятно, очень нежно и тепло.
Игорь Андреевич больше ничего не делал, просто держал Ксюшу за руку, но этого было вполне достаточно, чтобы она навсегда решила: джаз — лучшая музыка на всём белом свете.
*
Концерт длился почти полтора часа, а когда закончился, Ксюша даже немного расстроилась.
— Ты не против ещё и поужинать со мной? — спросил Игорь Андреевич, как только народ начал расходиться. — Можно здесь, а можно пойти в ресторан напротив. Там получше кормят.
— Не надо в ресторан, — быстро сказала Ксюша, и он засмеялся.
— Ксения, и там тоже нет дресс-кода, более того, навалом народа, одетого как я или ты. Ресторан — это не всегда суперкруто, а просто чуть разнообразнее, чем кафе.
 
«И дороже», — подумала Ксюша, сказав вслух:
— А вы как хотите?
— Я бы туда переместился. Там шашлык вкусный. И к нему подают обалденный такой острый соус…
— Кажется, вы просто проголодались.
— Может быть. Пойдём?
— Ладно, — пожала плечами Ксюша. Шашлык она тоже любила, правда, острый соус — это не для неё. Потом в желудке огнедышащий дракон поселится и всю ночь будет огонь извергать.
По пути на другую сторону улицы, где находился этот самый ресторан с шашлыком, Ксюша пыталась вызнать у Игоря Андреевича, что он любит есть. Ей уже давно была интересна эта тема — собственно, с тех пор, как Настя упомянула, будто он не любит молочные продукты. Никакие, кроме сыра.
— А я рыбу и морепродукты люблю, — говорил Ксюше Игорь Андреевич, улыбаясь. — Любую рыбу и любые морепродукты. Особенно креветок, лобстера, устриц и раков.
Из всего вышеперечисленного она пробовала только креветок.
— И крабов? — хмыкнула, вспомнив салат, который они ели в вечер знакомства.
— И крабов, — кивнул Игорь Андреевич.
— А чёрную икру тоже любите?
— Люблю. И чёрную, и красную.
Красную Ксюша тоже любила, но ела только на Новый год. А чёрную…
— А я чёрную икру никогда не пробовала. Не довелось как-то.
Он вновь кивнул.
— Понял.
— Только не надо мне ничего дарить! — возмутилась Ксюша, осознав, что именно ляпнула, но главное — кому! — Тем более банки с икрой!
— Ну почему сразу банки? — Игорь Андреевич откровенно веселился. — Может, просто бутерброд?
В этот момент они всё же дошли до ресторана, и Ксюша на время замолчала. Вновь заговорила уже сидя за столиком и открывая меню.
— Пожалуйста, обещайте, что не будете дарить мне никакой икры! Я вас очень прошу!
— Хорошо, — хмыкнул мужчина. — Не буду, Ксения. Забудь об этом. Выбирай лучше, что хочешь заказать.
Легко сказать… Нет, Ксюша понимала, что платить будет Игорь Андреевич, и считала это вполне нормальным. Просто её мозг, привыкший подсчитывать финансы, чтобы они к концу месяца не пели романсы, сразу же начал высчитывать возможный счёт. И девушке стало как-то не по себе.
А сам ресторан был отличным и очень атмосферным, в восточном стиле — с коврами, кувшинами, разноцветными тарелками на стенах, уютными диванчиками, на которых лежали мягкие подушечки с кисточками. Только они с Игорем Андреевичем сели не на диванчик, а за обычный деревянный стол напротив друг друга.
— Ну? Выбрала?
— Почти.
В итоге Ксюша остановилась на шашлыке из курицы с гарниром из буржуйской картошки фри. А вот Игорь Андреевич взял себе и какой-то причудливый салат, и шашлык из сёмги с овощами на гриле, и клюквенного морса целый литр — но уже на двоих. Уточнил, не хочет ли она тоже салат или суп, и когда Ксюша покачала головой, кивнул и отдал меню официанту.
— А знаете, — девушка вдруг засмеялась, — я тут недавно сдавала в печать книгу из редакционного портфеля коллеги, пока она в отпуске была… Пришлось заглянуть туда одним глазом. И вот там была сцена — богатый мужчина и бедная девушка в ресторане. Богатом. Так он её даже спрашивать не стал ничего, заказал ещё вдогонку и салат ей, и десерт.
— Ты хочешь, чтобы я сделал так же? — поинтересовался Игорь Андреевич, с улыбкой глядя на Ксюшины губы, отчего она непроизвольно их облизнула.
— Нет. — Глаза мужчины слегка потемнели после этого движения, и Ксюша на секунду опустила голову. — Мне просто интересно, что вы скажете по этому поводу.
— А что я могу сказать? Я тоже так когда-то делал. Так бывает, это не фантазия автора. Но не с тобой, Ксения.
— Почему?
— Потому что тебе это не понравится.
Она всё же подняла голову — и вспыхнула под его взглядом.
— Почему мне кажется, что вы думаете о чём-то неприличном?..
— Потому что ты проницательная девочка, — протянул Игорь Андреевич, усмехаясь. — Верно, думаю.