Лабиринты наших желаний (СИ)

  
11
 
— Класс! Класс! Класс! — Настя чуть ли не прыгала от восторга, когда они вышли из кинотеатра. — Круто! Круто! Круто!
Игорь Андреевич смеялся, глядя на дочь, и Ксюша тоже не могла удержаться от улыбки.
— Спасибо вам большое, — поблагодарила она его, как только они вышли из торгового центра на улицу. — Я, пожалуй, пойду. До свидания.
— Куда?.. — недоуменно протянула Настя, а Игорь Андреевич резко сказал:
— Так, стоп. Ксения, вы с ума сошли? Почти двенадцать часов ночи. Куда вы пойдёте?
— Домой, конечно, — она слегка удивилась.
— Это понятно. Но не на метро же в такой час рассекать в одиночестве. Сейчас я вам такси вызову.
Ей вдруг стало смешно.
— С вами бесполезно спорить, да?
— Точно! — первой ответила Настя, покружившись вокруг своей оси. — Абсолютно, совершенно бесполезно!
Игорь Андреевич только усмехнулся, доставая телефон. И эта усмешка, адресованная не Ксюше, а каким-то его собственным мыслям, её немного напугала. Именно так должны усмехаться люди того круга, к которому она не принадлежала — хищно, немного насмешливо, и очень… по-диктаторски.
Ей нужно подумать над этим. Обязательно нужно.
— Ну, вот и всё. Заказал, оплатил, минут через пять приедут. Мы вас посадим, а потом пойдём домой, — сказал Игорь Андреевич, поднимая глаза от телефона.
— Спасибо, — искренне поблагодарила Ксюша. Она действительно очень устала, а завтра ещё рабочий день. — И за такси, и за хороший вечер.
— Это вам спасибо, Ксения. Да, Настя?
— Ага, — девочка зевнула, и Игорь Андреевич улыбнулся, но теперь уже совсем не хищно и не по-диктаторски.
— А вы… — Ксюша неуверенно запнулась, но всё же выпалила: — Вы завтра улетаете? Настя сказала.
— Улетаю, — он кивнул. — Вернусь во вторник. Ничего особенного, просто встреча с зарубежными партнерами.
— А я в среду на свадьбу иду, — призналась Ксюша, сама не понимая, зачем. — Лучшая подруга замуж выходит.
— Ух ты-ы-ы! — воскликнула Настя. — Свадьба — это круто! А какое у тебя будет платье?
— Ну… такого розово-персикового цвета. С одной стороны плечо голое, а с другой — бретелька как будто на застёжке. С пряжкой.
— Фотку покажешь потом? — заинтересовался ребёнок. — Интересно!
— Мне тоже интересно, — кивнул Игорь Андреевич. — Так что буду ждать фотографию.
И только Ксюша хотела сказать, что ей будет не до фотографий, как подъехало такси — пришлось отложить возражения и прощаться с Настей и её отцом.
— Удачного вам полёта!
— А вам — удачного окончания рабочей недели, — улыбнулся Игорь Андреевич.
— Пока! — махнула рукой Настя. — Спасибо, что сходила с нами!
— Пожалуйста… — прошептала Ксюша, садясь в такси. А когда с громким хлопком закрылась дверца машины, в очередной раз почувствовала себя чуждой миру Насти и её папы.
***
Иногда очень хочется поверить, правда? В то, что так бывает. Встреча бедной девочки и богатого, пресыщенного жизнью мужчины — и вот она, вспыхнувшая любовь. Очень хочется… особенно если это происходит с тобой.
Но я не верю.
Может, с моей стороны и есть что-то большее, чем просто симпатия, но как разобраться, где начинается она, а где — общая очарованность ситуацией, обстановкой, достатком, в конце концов? Я не знаю.
А он… хищник. Опытный, матёрый хищник, который знает, как вести себя с выбранной жертвой. Он просчитал меня на раз ещё при первой встрече и теперь постепенно окружает, не настаивая, но и не давая прийти в себя и убежать как можно дальше. Зачем? Я думаю, ему просто интересно. Интересно, сколько времени может продлиться эта засада и когда осаждённый город распахнёт ворота и падёт. А может, не падёт? Хотя вряд ли он верит в возможность подобного развития событий.
И правильно. Я тоже не верю. В противостоянии между юной девушкой и взрослым мужчиной девушка победить может только в какой-нибудь глупой книжке.
Мне не нужно больше соглашаться ни на что, на любые предложения отвечать отказом, какими бы они ни были. Цветы, кино, театры, рестораны, даже просто мытьё головы в их ванной — нет, и всё тут.
 
Надеюсь, он отступит… переключится на кого-нибудь более доступного. Так делали до него все прочие мужчины.
Вот только… почему мне кажется, что я обманываю саму себя?
Почему мне кажется, что я не смогу сказать «нет»?
Почему мне кажется, что он не отступит, пока не получит желаемое?
Почему мне кажется, что эта ситуация и этот человек разрушат меня гораздо больше, чем то, что случилось восемь лет назад?
  
12
 
***
На следующий день Ксюша пребывала в ужасном настроении. Осознавая, что точно не увидит Игоря Андреевича в ближайшую неделю, она непроизвольно расстраивалась. И злилась сама на себя за подобные мысли. Думая: «Хорошо бы не видеть и не слышать его вообще», морщилась от собственного вранья.
Работалось неважно, и девушка радовалась, что сегодня пятница, впереди выходные, а на следующей неделе она в среду не работает, а пьёт и гуляет на свадьбе. Хоть отдохнёт от…
… Виктора.
— Кстати, Ксюша. Мы с тобой так перспективку и не обсуждали. Сегодня задержись, пожалуйста, после работы, пробежимся по будущим проектам.
Интересно, он реально перспективку хочет обсудить или будет петь старую песню о главном?
— Ксю-ю-юш… — Галя наклонилась чуть ли не под стол, ехидно улыбаясь. — Слышь, Ксюш?
— Чего?
— Презик есть? А то я дать могу.
И хихикает ещё, сволочь.
— А давай, — хмыкнула Ксюша, тоже почти шепча. — А смазки нет у тебя?
— Смазки? — Елецкая, видимо, к отпору готова не была, и слегка растерялась.
— Угу, смазки. Мало ли. Вдруг заднюю дверь надо будет обработать.
Галя аж покраснела.
— Ну ты и пошлячка, Ксюнь. Ваще.
— Ага. А кто мне две недели назад подсунул свой порно-роман?
— Это не порно, а эротика!
— Да один перец. Я пока эту книжку в печать сдавала, от смеха чуть не померла. Как ты это вообще делаешь?
— Так же, как ты своих птичек «Энгри бёрдс». Ещё неизвестно, что из этого большее извращение.
— Согласна…
*
После шести вечера, когда народ начал расходиться, Виктор позвал Ксюшу к себе. Она села на свободный стул рядом с его столом, захватив с собой кучу бумажек по перспективному плану, и приготовилась к долгой и мозговыносительной обороне.
Коллеги постепенно уходили, офис пустел, а Виктор всё задавал Ксюше новые и новые вопросы, перебирая план. На улице зарядил дождь, тяжёлые капли забили в стекло, и девушка с тоской покосилась на мир за окном. Как же она устала за эту неделю…
— Ксюш, ты слышишь меня?
— Слышу, — вздохнула, возвращаясь взглядом к плану. — Ты спросил, просчитывала ли я в типографии эти наборы для творчества. Просчитывала. Вот просчёт и остальные прикидки по стоимости редакционной подготовки. Не рентабельно.
Виктор, хмурясь, изучал цифры.
— И чего, прям совсем не рентабельно?
Интересно, как он представляет себе это «не совсем не рентабельно»?
— Ну… чисто теоретически… Если картинки не рисовать, а брать из архивов или из шаттерстока, то проект можно вытянуть. Но это будет такой адский треш в итоге, что за продажи я не ручаюсь…
— Ладно, отложим пока.
Ксюша чуть слышно фыркнула. К этим дурацким наборам для творчества в коробках они возвращались уже раза три, и каждый раз откладывали «на потом», так и не решаясь ни на что конкретное. Абсолютно мёртвый проект, и Ксюша знала, что мёртвым он и останется.
— Слушай, а ты уверена, что не пойдёшь на корпоратив? — неожиданно спросил Виктор, и она посмотрела на него с удивлением.
— Конечно. Не пойду.
— Почему? Из-за того, что случилось на новогоднем?
Ксюша откинулась на сиденье стула и сложила руки на груди.