Лабиринты наших желаний (СИ)

Но если бы дело было только в еде… Люди, к сожалению, забываются куда сложнее.
*
Ксюша весь вечер думала — позвонить или нет. Страдала от изжоги из-за сосисок с кетчупом и ругалась сама с собой.
В конце концов ближе к десяти часам вечера отправила короткую смс. «Спасибо за цветы». Да, вот так. Вполне достаточно и не навязчиво.
Минут десять после этого Ксюша успела порефлексировать и пожалеть себя… а потом телефон зазвонил.
Сердце упало в пятки, а затем взлетело и ударило в мозг, как большая доза крепкого алкоголя. У Ксюши даже в глазах слегка потемнело.
— Алло…
— Добрый вечер, Ксения.
— Добрый вечер, Игорь Андреевич.
— Не отвлекаю? Извините, что поздно, но раньше не было времени. Только домой вошёл.
Он ещё и извиняется!
— Нет, всё в порядке.
Ксюша смущённо замолчала. Она не понимала, зачем он звонит, и что ей говорить.
— Не ошибся я с цветами, Ксения? А то когда стал выбирать, в голове почему-то были «астролябии».
— Нет-нет, всё правильно. И очень красиво. Спасибо большое.
— Прекрасно. А завтра вечером вы что делаете?
Хм. Это слуховая галлюцинация, что ли?..
— Завтра?
— Да, завтра вечером, после шести. Я Насте обещал освободиться, мы хотим в кино сходить. Пойдёте с нами?
— Я… не знаю. Вы же… Я вам не помешаю?
— Нет, не помешаете. — Кажется, он улыбался. — Соглашайтесь, Ксения. Мы с Настей будем рады вновь с вами повидаться.
— Ладно, — ответила Ксюша немного неуверенно. С одной стороны, почему бы и нет? Кино, да ещё и вместе с Настей — совершенно безобидно. А с другой… зачем это ему?
Ни в какую романтику по отношению к себе она не верила, да ещё и со стороны известного продюсера. Так что либо просто так, из любви к искусству, либо он тоже её хочет.
Абсурд. Она не настолько красавица. Да ещё и для продюсера! На телевидении баб как грязи, а то и больше. И красивых много, и талантливых, и успешных.
Вариант «просто так» гораздо правдоподобнее…
— Замечательно. Тогда я завтра позвоню ближе к шести часам вечера, хорошо?
— Хорошо.
Он немного помолчал, а потом поинтересовался:
— У вас странный голос, Ксения. Что-нибудь случилось?
— Нет. Просто я думала, что больше вас… не услышу и не увижу. И тут вы звоните и предлагаете сходить в кино. Я в шоке.
Игорь Андреевич рассмеялся.
— Понимаю. И обещаю вести себя прилично. Вы, кстати, какой попкорн больше любите — сладкий или солёный? Настя спрашивает.
Ксюша фыркнула.
— Солёный, конечно.
— Отлично! Солёный, Настюш. Так что у нас совпадают вкусы и нам хватит одного большого ведёрка на троих. Что-что? Ты не уверена? Обжорка.
Трясясь от смеха, Ксюша закрыла лицо ладонью. Напряжение отступило, когда она расслышала невнятный голос Насти на заднем плане.
Может, не строить теории заговоров на пустом месте? В конце концов, это всего лишь кино.
— До завтра, Ксения, — попрощался Игорь Андреевич, а потом и Настя крикнула в трубку так, что у Ксюши заложило в ушах:
— Пока! До завтра!
— Ох. До завтра… и спокойной ночи.
— Спокойной.
Гудки. И глупая улыбка на губах.
«Господи, спасибо. Я опять его увижу».
— Дура, — прошептала Ксюша, качая головой и продолжая улыбаться. Злиться на себя почему-то не получалось…
***
Кто знает, почему мы любим что-то одно, но совершенно не любим что-то другое?
Иногда это непроизвольно — нам нравится или не нравится вкус, запах, цвет. Но иногда наша симпатия сформирована чем-то совершенно конкретным.
Почему именно альстромерии? Это были первые цветы, которые мне подарили. И не кто-нибудь, а папа. На двенадцатилетие.
Я не помню, что он мне тогда пожелал. Но я была очень счастлива и навсегда запомнила радостную улыбку, которая возникала на его лице каждый раз, когда я смотрела на букет и восторженно вздыхала.
А белые розы…
«Лепестками белых роз наше ложе застелю»…
Не хочу вспоминать, чтобы не погрязнуть в ненависти и обиде. Он того не стоит. По правде говоря, он вообще ничего не стоит… «даже фунта презрения», как говорил мой отец.
 
Папу тоже звали Игорем. Моё любимое имя…
  
9
 
***
Ксюша хотела помыться с утра, чтобы волосы выглядели свежими и особенно кудрявыми, как всегда бывало после мытья головы, но… жизнь преподнесла им с Инной Васильевной сюрприз в виде отключенной горячей воды.
— Хоть бы объявление вечером повесили, сволочи! — возмущалась хозяйка квартиры, пока Ксюша лихорадочно соображала, греть ей кастрюлю с водой или не греть, потому что иначе можно опоздать на работу. А лишний раз провоцировать Виктора не хотелось совершенно.
В итоге начальник победил. Игорь Андреевич и Настя потерпят Ксюшу с хвостиком, а вот Виктор за опоздание может вздрючить.
Взглянув на себя в зеркало перед выходом, девушка поморщилась — выглядела она не очень. Волосы у корней были заметно сальными, не спасал даже стянутый хвостик. Может, отменить к чертям это «свидание»? Стыдно же…
Но позвонить Игорю Андреевичу Ксюша не решилась. Рассказывать ему про отключённую горячую воду казалось ещё более стыдным, чем явиться на встречу с грязными волосами. Поэтому она весь день косилась на телефон и почти не могла работать.
Звонок раздался полшестого, и чтобы никто из редакции не слышал её разговор, Ксюша вышла в коридор.
— Добрый вечер, Ксения. У вас не изменились планы? Мы с Настей будем ждать вас десять минут седьмого в холле на первом этаже.
— Добрый вечер… Игорь Андреевич… Дело в том, что я, наверное, не смогу.
— Да? — В его голосе звучало сомнение, и Ксюша застыдилась. — На работе задерживают или срочные дела?
И врать не хотелось, но как тут скажешь правду?
— Нет. Просто… не смогу. По личным причинам.
Он чуть слышно вздохнул.
— Ксения. Скажите мне честно. Эти причины связаны со мной?
Она не поняла, о чём он говорит, поэтому переспросила:
— Что? В смысле?
— Быть может, вас смущает мой статус? Или доход? Или наличие дочери? Или возраст? Прошу, скажите откровенно.
Ксюша даже слегка растерялась. Какой статус, какой доход? Он разве её замуж позвал?! В кино ведь просто!
— Нет, Игорь Андреевич. Нет. Меня ничего не смущает.
Всё-таки соврала. На самом деле её всё смущало, но это не причина не идти в кино!
— Тогда в чём дело?
Нет, он не отстанет, видимо.
— Я… неважно выгляжу.
На том конце провода повисло недоуменное молчание.
— Не понял, — в конце концов признался Игорь Андреевич. — Неважно — это как? Вы заболели?
— Нет…
— Тем более непонятно. Ксения, давайте так. Я буду ждать вас внизу без Насти, объясните мне всё с глазу на глаз, может, так будет проще.
— Да не надо! — Ксюша не выдержала. Вот… деспот! — У меня просто воду горячую отключили. Волосы грязные. Мне стыдно перед вами в таком виде появляться, Игорь Андреевич. Давайте завтра? Я вечером кастрюлей помоюсь и завтра буду как огурец.
Он молчал несколько секунд, а потом негромко рассмеялся.
— Ничего смешного, — выдохнула Ксюша. — Я не знаю, знакомы ли вы с подобным явлением, как отключение горячей воды, но это довольно неприятно.
— Знаком, Ксения, — Игорь Андреевич всё смеялся. — Поэтому предлагаю вам сейчас завершить свой рабочий день и спуститься вниз, я вас встречу и отведу помыться.
— Куда?!
— К нам с Настей, конечно.
Она ошарашенно молчала, и он, смеясь, предположил:
— Стесняетесь?
Ксюша всё молчала, не зная, что ответить.
— Ксения, бога ради, вы же взрослая девушка. Зайдёте в ванную, помоетесь и выйдете оттуда в целости и сохранности, это я вам обещаю. А потом пойдём в кино. Там сеансы постоянные, успеем. Ну? Согласны?
Она вздохнула.
— Я могу сказать «нет»?