Подари мне огня (СИ)

Его рука накрыла одно полушарие, палец прошелся по острию соска, и я дернулась. Еще ни разу в жизни никому я не позволяла подобного.
В голове мелькнула мысль: а зря! Как же это было приятно. Его губы становились настойчивее, а язык выписывал такие пируэты… Я сдалась.
Ответила ему со всем чувством, накопившимся во мне за эти годы сдерживания себя. За годы запретов и ограничений. Я живой человек, я хочу чувствовать!
Я рванула его за волосы, и он промычал что-то неразборчивое мне в зубы, смял меня. Вжал в свое тело так, что я почувствовала его эрекцию между своих ног. Стало невыносимо жарко.
Я подавила стон, когда он обеими руками накрыл мою грудь и сжал ее с силой. По идее, мне должно было быть больно, но я растаяла. Превратилась в желе, растекаясь по столу.
Из этого волшебного состояния меня вывел шум приближающихся шагов. Я пулей вылетела из объятий Олега. Одернула кофту, которая уже была задрана до самой груди.
В этот момент на кухню зашел его отец.
— Машенька, я там пару футболок Олега оставил на кровати и полотенчико. Душевая прямо по коридору. Пойдем провожу, а то этот шалопай как пить дать все позабудет.
Его внимательный взгляд увидел картину маслом. Брови поползли вверх. Я стала цвета спелой клубники. Должно быть, наш внешний вид не оставлял сомнений, чем мы тут занимались.
— Кхм, пойдем-ка, Машенька, утро вечером мудренее.
И я вышла вслед за ним из кухни, даже не обернувшись, чувствуя взгляд Олега, прожигавший меня насквозь.
  
Глава 12. Олег
 
Чтобы успокоиться, я поднялся в свою спальню и отправился в ледяной душ. Чертова девчонка! Какого хрена рядом с ней мне так сносит крышу! Снова и снова я теряю контроль.
Да подобного не было со времен школы и этой суки Карины. Что за наваждение? Я же сто раз обещал себе, что больше не полезу к ней. Она нужна для дела, и постель подождет.
Но мое тело подсказывало мне, что ждать оно не намерено. Ему подавай вздорную блондинку здесь и сейчас. И желательно побыстрее.
Когда она ответила на поцелуй, я поймал себя на мысли, что сейчас порву эти старые штаны и возьму ее прямо на родительской кухне. В святая святых моей матери!
Да ни одна женская задница не касалась этого стола, за которым собирается наша семья! Отец его собственноручно делал! А я усадил ее прямиком туда. Стыд и позор мне.
Если бы отец нас не прервал, я бы точно осквернил это место. Черт. Да что со мной?
Топорщащаяся ширинка красноречиво говорила, ЧТО. Я ее хочу. Я просто хочу трахнуть этого блондинистого злобного гнома. Особенно теперь, когда почувствовал брешь в ее обороне.
Все-таки девочки есть девочки, и еще ни одна не устояла против моих чар. Я в себе уверен. И эта пигалица тоже падет к моим ногам. Причем на колени.
При мысли о том, как она будет стоять передо мной и брать мой член своими пухлыми губами, в штанах началась буря. Да я так себе все достоинство отморожу рядом с ней. Надо срочно спустить пар.
Но не успел я даже поискать в контактах номер очередной дамы, живущей неподалеку, как экран высветил фото эксклюзивного черного внедорожника. Я удивленно ответил:
— Да, Герман? Что-то ты быстро. Неделя подошла к концу?
Он не стал парировать мой выпад, коротко сообщил:
— Есть разговор. Ты дома у родителей?
Черт. Вот и зачем, спрашивается, интересоваться тем, что и так знаешь? И что случилось, раз наш нарцисс собственной персоной решил порадовать меня новостями?
— Ты же прекрасно знаешь, что да. Что произошло? Ты так быстро достал информацию?
— Нет, просто хочу уточнить детали.
Сказано это было таким тоном, что я поежился. Если уж Гера в таком состоянии, то боюсь за то, какую реакцию выдам я.
— Жду.
Я нажал отбой и поднялся с кровати. Спасибо хоть, стояк прошел — хоть какой-то толк есть от звонка друга. Чтобы не тревожить домашних, решил поговорить с ним на улице.
Пробрался на кухню, набрал там пирожков и пару тарелок всякой снеди. Отнес все это в беседку. Подумал и вернулся за чаем. Все-таки алкоголь сейчас будет лишним.
 
От алкоголя мысли плавно перетекли к тому, что так удачно отошло на второй план в этой кутерьме. О бесплодии.
Мне хотелось, чтобы Мария ошибалась, хотелось съездить в еще один центр и пересдать анализы там. Но я понимал, что вряд ли это что-то изменит. Я доверял ей как специалисту.
Но как такое возможно? Как могло произойти? Я же совсем молодой, мне нет еще и тридцати пяти лет! Не могу сказать, что я много пью. Я не курю и не употребляю наркотики.
Тогда как получилось, что я стал бесплодным?
Я решил отложить эти мысли на потом. Все-таки она сказала, что лечение есть, а значит, не все так плохо. Кстати о Маше.
Повинуясь странному порыву, я подкрался к маленькой гостевой спальне, где наша гостья должна была уснуть. Приоткрыл дверь. Лучше б я этого не делал.
На большой кровати калачиком лежал ребенок, а возле него пристроилась его сестра. Распущенные влажные волосы разметались по подушке, тонкая рука держала ладошку малыша. Моя футболка задралась, обнажая упругие ягодицы. Я сглотнул.
На мое плечо опустилась широкая ладонь.
— Подсматриваешь?
Я едва не подпрыгнул. Аккуратно прикрыл дверь и обернулся к отцу:
— Да ты мастер пугать. Хорошо еще, не разбудил этих двоих!
Высказывая это, я отвел глаза. Внутри все горело, а в штанах снова был пожар. Не самое гостеприимное поведение с моей стороны. Хотя она в гостях не у меня.
Отец не сводил с моего лица глаз. Смотрел долго и внимательно. А затем изрек:
— Не проворонь свое счастье, сынок. Праздная жизнь — это хорошо, но иногда стоит выйти из привычной зоны комфорта.
Произнеся эту глубокомысленную мысль, он развернулся и пошаркал старыми тапками в направлении собственной спальни. А я остался стоять у приоткрытой двери гостевой спальни. Бросил мимолетный взгляд на белокурую девушку, казавшуюся во сне подростком, и пошел встречать друга.
Звук подъезжающего автомобиля раздался минут через пятнадцать. Быстро он как! Небось снова гнал на полной скорости. Чокнулся уже с этой тачкой.
Я молча открыл калитку и впустил Геру внутрь. Он здесь ни разу не был, но рассматривать красоты приусадебного участка явно не собирался. Вопросительно посмотрел на меня и пошел в сторону беседки, на которую я кивнул.
Гера был зол. Нет, даже в бешенстве. Я знал его достаточно давно, чтобы понять это с первого взгляда.
На нем был черный костюм. Он вообще чаще всего ходил в черном. Я никогда не любил этот цвет, и в моем гардеробе можно было встретить все оттенки радуги. В пределах разумного, разумеется.
Мы разместились в беседке. Было прохладно, но в моем состоянии мне это было даже на руку, потому что мысли о пигалице воспламеняли все внутри как по щелчку пальца. Я все больше начинал задумываться над природой этих чувств.
— Скажи мне, Олежек, ты где откопал эту барышню? Вот прямо с самого начала.
Гера придирчиво понюхал чай в заварнике, не поднимая на меня глаз. У него вообще была дурная привычка общаться, не глядя на собеседника. Поначалу от подобного чувствуешь себя не в своей тарелке. Но со временем привыкаешь.
— Ты же знаешь про эту историю с братом Макса? — Герман, скривившись, кивнул. — Так вот. Он стал ошиваться в одной из клиник со специфической репутацией. Я вышел на ее главврача и на его правую руку. Так сказать, ту, кто занимается всей грязной работой. Этой девушкой и оказалась Маша.
Гера методично накладывал себе в тарелку остатки салата и шашлыка, резал ножом пирожок с капустой, словно это был деликатес в ресторане. Воспитание сказывается.
 
— Понятно. Вечно что тебя, что Макса тянет на приключения. — Он замолчал на несколько секунд. — И хрен его знает почему, но это каждый раз положительным образом сказывается на мне.
Я удивленно на него смотрел. Что значит положительным образом?
— Именно поэтому ты оторвал свою царственную задницу от своего новомодного кресла и решил сообщить мне об этом лично? Спасибо, что ль, сказать?