Спасенные (СИ)

Когда обед был готов, Сёма пришёл в рубку, и застали там Ваню весьма озадаченным. 
— Что случилось? — спросил Сёма.
— Пока толком и сам не пойму, — честно признался Ваня, — вот смотрите: остров, вход в бухту, а вот тут, сбоку от него, на берег выбросило большой корабль. Видишь? — теперь он увидел, — дело в том, что он там не очень давно. Это видно. И он сильно обгоревший, на нём был пожар. 
— Большой корабль? Насколько я знаю, а должен сказать, что знаю я не много, но большие корабли вроде здесь не плавают? — спросил Сёма.
— Да, в том-то и дело, — сказал Ваня, — не плавают, потому что сверху, — он поднял глаза к потолку, — их легко отслеживают и наказывают владельцев. Чаще всего просто уничтожают и всё. Плавать на таких штуках себе позволяют только одни люди… забыл, как они себя называют, но они периодически наведываются в тюрьму, мы с ними торгуем. Они меняют золото на оборудование. Мы им золото, они нам всякие технические штуки. Чаще всего простые, но бывало даже роботов привозили. Папаша хотел дальше этот обмен развивать, но в последнее время они что-то пропали.
— Выходит, доплавались и их всё-таки наказали? — сказал Сёма.
— Может так, а может и ещё с кем схлестнулись. А может, вообще, просто пожар на судне возник и они с ним не справились, всякое ведь бывает. Это же бывшая нефтеналивная баржа, только переделанная. Они в основном на таких плавают. Часть отсеков переоборудуют под склады и жилые помещения, а в оставшихся топливо возят. Тут же заправляться негде, если ты на ископаемом горючем ездишь, нужно его с собой возить. Вот они и возят, — сказал Ваня.
— Ты много о них знаешь, — удивился Сёма.
— Мы с ними давно торгуем, собирали потихоньку информацию. А в последнее время Папаша особенно ими озадачился, подключил все связи, роет про них любые сведения, которые может найти, — сказал Ваня.
— А ты-то откуда об этом знаешь? — удивился Сёма.
— Я же один из ведущих техников… был. Хранение и сортировка информации, одно из направлений моей деятельности. У нас, конечно, многое на бумаге, но и электроника тоже кое-какая есть, — сказал Ваня.
— Получается, что Папаша отпустил очень осведомлённого человека? — удивился Сёма.
— Получается, что так. Я и сам удивился, когда ты сказал, что он сам за меня просил. Но ему виднее. Выходит, он мне очень доверяет, раз не боится, что я выболтаю лишнее…
— А ты пока не выболтал? — спросил Сёма.
— Пока нет, — улыбнулся Ваня, — это не особо секретная информация.
— Не особо секретная? — удивился Сёма, — это что за градация такая?
— Секретность тоже бывает разных уровней, — серьёзно сказал Ваня, — но ты, кстати, довольно близок с Папашей, можно сказать — доверенное лицо. Тебе можно не особо бояться выболтать лишнего.
— Лучше не надо, — сказал Сёма серьёзно, — а вдруг меня пытать будут? Вдруг я всё выболтаю?
— Кто тебя будет пытать? — удивился Ваня.
— Ну, мало ли, как жизнь обернётся. Я иногда себе кажусь слепым котёнком, который ходит везде и на стены натыкается. Трудно ничего не помнить, поэтому живу на догадках и предположениях. И боюсь по незнанию подвести кого-нибудь. Так что лучше в меня секретные данные не складывай.
— Да уж, Сём, — задумчиво сказал Ваня, — я всё время забываю, что ты не в себе. Странно это. Ты рассуждаешь, как совершенно нормальный человек. Фразы и понятия используешь сложные. Так что даже странно, что чего-то ты не помнишь…
— Я себя не помню. Ни до, ни после прилёта сюда. Мир помню, а себя в нём не помню, — сказал Сёма и вздохнул.
— Моё мнение, — сказал Ваня, — что это психология чистой воды. Мозг у тебя не повреждён, иначе бы это по-другому работало. Я, конечно, не врач, но думаю, что всё находится у тебя там, — Ваня постучал указательным пальцем себе по голове, — но ты, по какой-то причине, потерял к этому доступ. А раз так, то нужно просто найти ключ, или пароль, и доступ появится.
— Где же этот пароль найти? — вздохнул Сёма, — ну так что будем делать? — решил он сменить тему и кивнул на монитор.
— Это произошло недавно, по планетарным меркам, но явно не вчера, — сказал Ваня, — предлагаю пристать и обследовать местность. С большей осторожностью. Я один могу пойти на разведку, на всякий случай. Но думаю, что опасности нет.
 
— Вместе пойдём, — сказал Сёма, — только Юну здесь оставим, от греха подальше.
— Это почему? — услышали они её голос из коридора, а затем и она сама вошла в рубку.
— Потому что ты ребёнок, — сказал Ваня, — я в автопилот загружу, на всякий случай, маршрут до тюрьмы. Ты это просто знай, может не сейчас, но в будущем пригодится. Если с нами что-то случится, ты сможешь туда вернуться, а там о тебе позаботятся. И не спорь, — предупредил он её возражения, увидев, что она набирает воздух в лёгкие, — как бы ты нами не вертела, ты ребёнок и твоя безопасность это наша основная задача.
Юна передумала спорить, поняв, что это бессмысленно и сказала:
— Вы есть-то будете? Остыло уже.
Они высадились в километре от обгоревшего корабля и решили обследовать сначала его, чтобы понять что произошло. Юна отвела лодку в море и погрузила. У неё это всё уже отлично получалось. Дети вообще быстро всему учатся. 
Высаживаясь, Сёма с Ваней сильно промокли. Лодки не было, никаких мостков тоже, близко к берегу подойти было нельзя из-за размеров. Отжав одежду, они решили, что нужно будет что-нибудь придумать, потому что каждый раз купаться, когда нужно сойти на берег, не очень хотелось.
Они только вошли в лес, как грохнул выстрел и рядом Сёмой из дерева брызнули щепки. Он вдруг понял, что такое уже было. Сёма обернулся, и увидел стоящую на бревне «амазонку». Видение сморгнулось, но он успел разглядеть лицо. На месте «амазонки» материализовался Ваня, который швырнул его на землю и рухнул рядом сам. Выстрелы затрещали один за другим. Это всё было очень знакомо. Сёма лежал с закрытыми глазами и пытался удержать в сознании её лицо. Оно постепенно таяло, но было ему, вне всяких сомнений, знакомо. 
Они находились под обстрелом, было неизвестно, смогут ли выжить, а ему было хорошо и спокойно. Он знал кто это.
  
Глава 20
 
Лиана пила только воду, а ела только тот «нектар», который выдавал ей Яр крохотными кусочками. Удивительно, но ей этого хватало. Она быстро восстановила силы после родов, часто кормила малыша, и только диву давалась, откуда в её организме что берётся.
Яр попытался ей объяснить, что организм идеальная фабрика и всё производит сам, ему нужны только базовые строительные материалы, роль которых выполняет вода и нектар, который является высокотехнологичным концентрированным питанием. Лиана воспринимала все эти разговоры как эзотерику, настолько они не соотносились с её представлениями о науке вообще и биологии в частности.
На расспросы Яр тоже не реагировал. Он предложил ей схему, что у них будет ещё несколько таких разговоров, когда он будет ей что-то рассказывать и отвечать на вопросы, но всегда дозировано. Мотивировал он это тем, что они проводят вместе много времени и если не поставить рамки, всё их общение сведётся к выпытыванию Лианой у него информации. Лиана нехотя согласилась, выбора не было. Яр мог разговориться и выболтать то, чего не собирался, по крайней мере, ей так казалось, но с другой стороны, если он упёрся и говорить не хочет, то сдвинуть его было невозможно. Из-за своей болтливости он, наверное, и хотел ограничить их разговоры.
Лиана уже не сомневалась, что всё происходит по-настоящему. Лишь иногда, на неё накатывало странное чувство, что это какой-то фильм. Слишком нереально было всё то, что случилось. На этой планете было много нереального, но её история последних недель казалась совсем фантастической. И удивительнее всего было присутствие здесь Яра, который называл себя аборигеном.
Они уже давно переехали в город. Там и правда было свободно. Никакой живности не было вообще. Яр нашёл более-менее целую комнату в одном из зданий, «вылизал» её, оборудовал, как мог, для жизни мамы с малышом, а сам поселился через стенку.