Мрачный Жнец (сборник)
– Он вывалился прямо из воздуха!
– Он что, наемный убийца? Или это дурацкая шутка студентов?
– И почему он держит в руке меч без клинка?
– Он мертв?
– Кажется, да!
– А я так и не успел попробовать этот лососевый мусс! Вы только посмотрите! Он попал в него ногой! Все разбрызгал! Ты свой будешь доедать?
Думминг Тупс с трудом пробился к столу. Он знал, чем обычно все заканчивается, если старшие волшебники пытаются кому-то помочь. С равным успехом можно предлагать утопающему стакан воды.
– Ему нужен воздух! – крикнул он.
– А откуда мы знаем, что он ему действительно нужен? – осведомился декан.
Думминг приложил ухо к груди упавшего человека.
– Он не дышит!
– Заклинание для дыхания, заклинание для дыхания, – пробормотал заведующий кафедрой беспредметных изысканий. – Э-э… может, использовать Прямой Респиратор Спольда? У меня он где-то записан…
Протянув руку сквозь толпу, Чудакулли без особого труда поднял одетого во все черное мужчину за ногу и сильно ударил чуть пониже спины.
Волшебники с удивлением посмотрели на него.
– Научился этому на ферме, – пояснил Чудакулли. – Приводил в чувство новорожденных козлят.
– Послушай, – покачал головой декан. – По-моему, это вряд ли…
Труп издал некий звук, отдаленно похожий на кашель.
– Разойтись! – взревел аркканцлер и одним взмахом свободной руки очистил стол.
– Эй, я же так и не успел попробовать эскаффе из креветок! – завопил профессор современного руносложения.
– А я и не знал, что оно у нас есть, – удивился заведующий кафедрой беспредметных изысканий. – Кто-то – не будем показывать пальцем – спрятал его за мягкопанцирными крабами, чтобы сожрать в одно лицо. Лично я считаю это подлостью.
Чайчай открыл глаза. Нервы у него были крепкими, потому что он пережил крупный план похожего на большую розовую планету носа Чудакулли, который в данный момент заполнял всю вселенную.
– Сейчас, сейчас… – пробормотал Думминг, открывая блокнот. – Это жизненно необходимо для развития натуральной философии. Ты видел яркий свет? А сверкающий тоннель? Покойные родственники не пытались общаться с тобой? Каким словом лучше всего описать то, что…
Чудакулли бесцеремонно оттолкнул его в сторону.
– В чем дело, господин Тупс?
– Я обязательно должен поговорить с ним, сэр. Он пережил предсмертное состояние!
– Мы все его переживаем. Оно называется жизнью, – фыркнул Чудакулли. – Убери свой карандаш. Лучше налей бедняге выпить.
– Гм… должно быть, это Незримый Университет? – спросил Чайчай. – А вы все – волшебники?
– Лежи спокойно, – посоветовал Чудакулли, но Чайчай уже поднялся на локти.
– У меня был меч, – пробормотал он.
– Он упал на пол, – жизнерадостно объявил декан и наклонился. – Но он выглядит так, словно… Ой, это я сделал?
Волшебники зачарованно смотрели, как от стола отваливается огромный кусок. Каким-то образом было разрезано абсолютно все: дерево, ткань, тарелки, столовые приборы. Декан готов был поклясться, что от оказавшегося на пути невидимого лезвия пламени свечи тоже осталась только половинка, но потом фитиль вдруг опомнился и исправил ситуацию.
Декан поднял руку. Все волшебники бросились врассыпную.
– Похоже на тонкую голубую линию в воздухе, – озадаченно произнес он.
– Прошу прощения, сэр, – вежливо произнес Чайчай, забирая у него меч, – но мне пора.
И с этими словами он выскочил из зала.
– Далеко не убежит, – сказал профессор современного руносложения. – Главные двери запечатаны Правилами Аркканцлера Спода.
– Думаешь, не убежит? – спросил Чудакулли. Издалека донесся грохот падающих дверей. – Даже если у него в руке меч, способный резать что угодно?
– Интересно, откуда он вывалился? – покачал головой заведующий кафедрой беспредметных изысканий и посмотрел на остатки Страшдественского пира. – Нет, вы только посмотрите, какой аккуратный разрез…
– Бу-бу-бу…
Все обернулись. Казначей выставил вперед руку, направив на волшебников острые зубчики вилки.
– Как приятно дарить подарки, которыми человек будет пользоваться, – довольно произнес декан. – Главное – забота, забота и еще раз забота. Люди это очень ценят.
Прятавшаяся под столом синяя курица счастья нагадила казначею на башмак.
– ВИДИШЬ ЛИ, ВСЕГДА ЕСТЬ… ВРАГИ, – промолвил Смерть, пока Бинки галопом скакала над заснеженными вершинами.
– Но ведь все они мертвы…
– ДРУГИЕ ВРАГИ. ВОТ, К ПРИМЕРУ. В МОРСКОМ ЦАРСТВЕ НА ОГРОМНОЙ ГЛУБИНЕ ЖИВЕТ СУЩЕСТВО, У КОТОРОГО НЕТ МОЗГА, НЕТ ГЛАЗ И НЕТ РТА. ОНО НЕ ДЕЛАЕТ НИЧЕГО, ПРОСТО ЖИВЕТ И РАСПУСКАЕТ КРАСИВЕЙШИЕ ЛЕПЕСТКИ ТЕМНО-КРАСНОГО ЦВЕТА, ХОТЯ НИКТО ИХ ТАМ НЕ ВИДИТ. СУЩЕСТВО НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ НИЧЕГО, КРОМЕ КРОШЕЧНОГО «ДА» В НОЧИ. И ТЕМ НЕ МЕНЕЕ… ТЕМ НЕ МЕНЕЕ… ДАЖЕ У НЕГО ЕСТЬ ВРАГИ, ПИТАЮЩИЕ К НЕМУ ПОРОЧНУЮ НЕУТОЛИМУЮ НЕНАВИСТЬ, КОТОРЫЕ ХОТЯТ ЛИШИТЬ ЕГО НЕ ТОЛЬКО ЖИЗНИ, НО И САМОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ. ТЫ МЕНЯ ПОКА ПОНИМАЕШЬ?
– Да, но…
– ХОРОШО. ТОГДА ПОПРОБУЙ ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО ЗА ЧУВСТВА ОНИ МОГУТ ПИТАТЬ К ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ.
Сьюзен была поражена. Голос дедушки всегда был абсолютно спокойным и ровным, но сейчас каждое его слово резало как нож.
– И кто же эти враги?
– МЫ ДОЛЖНЫ ТОРОПИТЬСЯ. ВРЕМЕНИ СОВСЕМ МАЛО.
– Я думала, чего-чего, а времени у тебя всегда предостаточно. Как правило, если тебе нужно что-то исправить, ты просто возвращаешься во времени назад и…
– И ДЕЛАЮ ТАК, КАК СЧИТАЮ НУЖНЫМ?
– Ну, раньше ты поступал именно так…
– НО НА ЭТОТ РАЗ ТАК ПОСТУПАЮТ ДРУГИЕ. И ОНИ НЕ ИМЕЮТ НА ЭТО ПРАВА.
– Какие другие?
– У НИХ НЕТ ИМЕН. ЕСЛИ ХОЧЕШЬ, МОЖЕШЬ НАЗЫВАТЬ ИХ АУДИТОРАМИ. ОНИ УПРАВЛЯЮТ ВСЕЛЕННОЙ. СЛЕДЯТ ЗА ТЕМ, ЧТОБЫ РАБОТАЛА ГРАВИТАЦИЯ, А АТОМЫ ВРАЩАЛИСЬ – ИЛИ ЧТО ТАМ ДЕЛАЮТ АТОМЫ? А ЕЩЕ АУДИТОРЫ НЕНАВИДЯТ ЖИЗНЬ.
– Почему?
– ОНА… БЕСПОРЯДОЧНА. ОНА ВООБЩЕ НЕ ДОЛЖНА БЫЛА ВОЗНИКНУТЬ. ИМ НРАВЯТСЯ ДВИЖУЩИЕСЯ ПО КРИВОЙ КАМНИ, А БОЛЬШЕ ВСЕГО ОНИ НЕНАВИДЯТ ЛЮДЕЙ. – Смерть вздохнул. – КРОМЕ ТОГО, У НИХ ПОЛНОСТЬЮ ОТСУТСТВУЕТ ЧУВСТВО ЮМОРА.
– Но почему именно Санта…
– ЧЕЛОВЕКОМ ТЕБЯ ДЕЛАЕТ ТО, ВО ЧТО ТЫ ВЕРИШЬ. ХОРОШЕЕ, ПЛОХОЕ – НЕ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЯ.
Туман рассеялся. Их окружали горные пики, озаренные отражающимся от снега светом.
– Они похожи на горы, среди которых стоял Замок Костей, – заметила Сьюзен.
– ЭТО ОНИ И ЕСТЬ, – кивнул Смерть. – В НЕКОТОРОМ СМЫСЛЕ. ОН ВЕРНУЛСЯ В ЗНАКОМЫЕ ЕМУ МЕСТА. ТУДА, ГДЕ ЖИЛ РАНЬШЕ…
Бинки шла легким галопом прямо над снегом.
– А что мы ищем? – спросила Сьюзен.
– ПОЙМЕШЬ, КОГДА УВИДИШЬ.
– Снег? Деревья? Хотя бы намекни. Зачем мы здесь?
– Я УЖЕ ГОВОРИЛ: МЫ ЗДЕСЬ РАДИ СОЛНЦА. РАДИ ТОГО, ЧТОБЫ ОНО ВЗОШЛО.
– Но оно и так взойдет!
– НЕТ.
– Никакое волшебство не способно остановить солнце!
– ЖАЛЬ, Я НЕ ТАКОЙ УМНЫЙ, КАК ТЫ.
Сьюзен раздраженно опустила взгляд и тут же что-то заметила.
Темные силуэты двигались по нетронутой белизне, словно гнались за кем-то.
– Там… какая-то погоня… – показала она. – Я вижу каких-то животных, но не могу понять, кого они преследуют…
А потом она заметила движение на снегу. Некое существо, утопая в снегу, убегало от преследователей. Копыта Бинки едва не задевали макушки сосен, которые гнулись и качались, когда она пролетала мимо. Грохот разносился по лесу, ветер крутил сломанные ветви и поднимал клубы снега.
Наконец они снизились настолько, что Сьюзен смогла разглядеть охотников. Это были крупных размеров псы. А преследуемый зверь все еще не был виден, он петлял между сугробами, пытался спрятаться в припорошенных снегом кустах…
Вдруг один из сугробов словно бы взорвался изнутри. Что-то большое, длинное и сине-черное появилось из снега, как всплывающий кит.
– Это же свинья!
– КАБАН. ОНИ ГОНЯТ ЕГО К ОБРЫВУ. И НИ ЗА ЧТО НЕ ОТСТУПЯТ.
Она слышала тяжелое дыхание жертвы. Псы не издавали ни звука.