Путь Магии (СИ)

— И всё-таки, — возразил Фадж, — они здесь, чтобы защитить вас всех от кое-чего гораздо хуже… Мы все знаем, на что способен Блэк…
— Вы знаете, я до сих пор с трудом в это верю, — задумчиво сказала мадам Розмерта. — Никогда бы не подумала, что на Тёмную Сторону перейдёт не кто-нибудь, а именно Сириус Блэк… То есть, я же помню его ещё мальчишкой, когда он учился в Хогвартсе. Сказали бы вы мне тогда, кем он станет, я бы сказала, что вы выпили слишком много медовухи.
— Разве это странно? — спросил Рэйдж. — На «тёмную сторону» много кто переходил, кого там видеть было по меньшей мере странно.
— Вы и половины не знаете, Розмерта, — грубовато сказал Фадж. — Худшее, что он сделал, не является общеизвестным.
— Худшее? — сказала мадам Розмерта, не скрывая любопытства в голосе. — Вы хотите сказать — хуже, чем убить всех тех людей?
— Вот именно, — сказал Фадж.
— Не могу поверить. Что же может быть ещё хуже?
— Вы сказали, что помните его учеником Хогвартса, Розмерта, — прошептала профессор МакГонагалл. — А помните, кто был его лучшим другом?
— Естественно, — слегка усмехнулась мадам Розмерта. — Ни разу не видела их по отдельности, а вы? Сколько раз они у меня были — ох и смешили же они меня. Неразлучный дуэт Сириуса Блэка и Джеймса Поттера!
Гарри с громким звоном уронил свою кружку. Рон пнул его. Рэйдж покосился на ёлку.
— Именно, — сказала профессор МакГонагалл. — Блэк и Поттер. Главари своей маленькой банды. Оба, конечно, очень хорошо учились — исключительно хорошо, честно говоря — но не думаю, что у нас когда-либо была такая пара смутьянов…
— Ну не знаю, — хихикнул Хагрид. — Уж Фред и Джордж Уизли точно б с этим не согласились.
— Блэка и Поттера тоже можно было принять за братьев! — вставил профессор Флитвик. — Не разлей вода!
— Это уж точно, — сказал Фадж. — Из всех своих друзей Поттер доверял Блэку больше всего. После школы ничего не изменилось. Блэк был шафером, когда Джеймс женился на Лили. Потом они назначили его крёстным отцом Гарри. Гарри, конечно, понятия не имеет. Можете представить, какую боль ему бы причинила эта мысль.
— И он его предал? Александр, вы же тоже учились с ними, были однокурсником, только на Слизерине…
Повисло молчание. Рэйдж заговорил резко и довольно мрачно.
— О покойниках либо хорошо, либо ничего, но о Джеймсе Поттере я ничего хорошего вспомнить не могу. С первого курса и по, фактически, седьмой, он был той ещё мразью, бегал по всей школе, использовал всех, как мишень для заклинаний. Лично я от него слабо страдал, но спросите хотя бы Северуса… Ему от Поттера и Блэка доставалось поболее всех.
Гарри поперхнулся, опять. Александр Рэйдж учился с его родителями? Более того — странность представлялась в том, что Александр Рэйдж, будучи Слизеринцем — является героем войны, участвовавшим в боевых действиях! Слизеринцы, по заверению многих его знакомых, были редкостными трусами, и Гарри сам себе признался, что не считал кого бы то ни было из Слизерина способным воевать… Хоть и сам не знал, что такое война.
— Северус? Да… Помню он настрадался, хотя они отстали от него на курсе шестом, почему? — полюбопытствовала Розмерта.
— Всё, как всегда, из-за женщин, — философски заметил мистер Рэйдж. — Северус, несмотря на то, что поступил на Слизерин, всегда очень тесно общался со своей подругой детства, что поступила на Гриффиндор… С Лили Эванс, на тот момент она была Эванс, в будущем — она стала Лили Поттер, ну или миссис Поттер, если угодно…
— Не может быть! Так Северус... — не удержалась МакГонагалл.
— Что творится у него в голове, и я понять не могу, — сказал Рэйдж, — но Дамблдор верит в то, что тот перешёл на сторону света, предав Волдеморта, и постарается разрушить все планы Тёмного Лорда и его приспешников. В любом случае — чувства Северуса на данный момент не имеют значения, Поттеры мертвы, я сам видел их трупы, факт лишь в том, — холодно произнёс он, — что у нас тут рыскает преступник.
— И Блэк оказался в сговоре Сами-Знаете-С-Кем? — прошептала мадам Розмерта.
 
— Даже хуже, чем это, дорогая моя… — Фадж понизил голос и продолжил тихим шёпотом. — Немногие в курсе, что Поттеры знали, что Сами-Знаете-Кто охотится за ними. У Дамблдора, который, конечно, неустанно боролся Сами-Знаете-Против-Кого, было несколько ценных шпионов. Один из них сообщил ему это, а он сразу предупредил Джеймса и Лили. Он посоветовал им скрыться. Ну, конечно, Сами-Знаете-От-Кого скрываться нелегко. Дамблдор сказал им, что лучше всего им подойдут чары Фиделиуса.
— А как они работают? — сказала мадам Розмерта, затаив дыхание от любопытства. Профессор Флитвик прокашлялся.
— Чрезвычайно сложное заклинание, — пропищал он, — заключающееся в магическом укрытии тайны в одной живой душе. Информация помещается внутрь выбранного человека, то есть Хранителя Тайны, и с этого момента её невозможно найти — если, конечно, Хранитель Тайны не раскроет её сам. Пока Хранитель Тайны отказывался говорить, Сами-Знаете-Кто мог годами обыскивать деревню, где поселились Лили и Джеймс, и не нашёл бы их, даже если бы прижался носом к окну их гостиной!
— Так Блэк был Хранителем Тайны Поттеров? — прошептала мадам Розмерта.
— Естественно, — сказала профессор МакГонагалл. — Джеймс Поттер сказал Дамблдору, что Блэк скорее умрёт, чем расскажет, где они, что Блэк и сам планирует скрыться… и всё же Дамблдор волновался. Помню, он предлагал Поттерам сделать его самого Хранителем Тайны.
— Он подозревал Блэка? — ахнула мадам Розмерта.
— Он был уверен, что кто-то из близких к Поттерам людей держит Сами-Знаете-Кого в курсе их перемещений, — мрачно сказала профессор МакГонагалл. — Вообще-то, он уже некоторое время подозревал, что один из наших стал предателем и поставляет информацию Сами-Знаете-Кому.
— Но Джеймс Поттер настоял на использовании Блэка?
— Это так, — протянул Фадж. — А потом, чуть ли не через неделю после применения чар Фиделиуса…
— Блэк их предал? — выдохнула мадам Розмерта.
— Именно так. Блэк устал от роли двойного агента, он был готов в открытую объявить, что поддерживает Сами-Знаете-Кого, и, похоже, планировал сделать это в момент смерти Поттеров. Но, как мы все знаем, Сами-Знаете-Кого сокрушил маленький Гарри Поттер. Потеряв силы, ужасно ослабев, он сбежал. И тут Блэк оказался в положении хуже некуда. Его хозяин пал в тот самый момент, когда он, Блэк, показал, на чьей он стороне. Ему оставалось только удирать…
— Грязный, вонючий изменник! — сказал Хагрид так громко, что половина бара затихла.
— Тс-с! — шикнула профессор МакГонагалл.
— Я его встречал! — прорычал Хагрид. — Я ж, наверно, последний видел его перед тем, как он тех людей замочил! Это ж я спас Гарри из дома Лили и Джеймса после того, как их убили! Вот только-только из руин его вытащил, бедного малыша со здоровенной раной на лбу, у которого родители умерли… и припёрся Сириус Блэк на этом своём летучем мотоцикле. Так я и не понял, чего он тут делает. Я ж не знал, что он у Лили и Джеймса Хранитель Тайны. Подумал, что он только что услышал новость Сами-Знаете-О-Чьём нападении и пришёл посмотреть, чем можно помочь. Белый такой весь, трясётся. И знаете, чего я стал делать? УТЕШАТЬ УБИЙЦУ И ПРЕДАТЕЛЯ! — проорал Хагрид.
— Хагрид, пожалуйста! — сказала профессор МакГонагалл. — Не кричите!
— Ну откуда ж мне было знать, что ему Лили и Джеймса не жаль ни чутьфига? Это он Сами-Знаете-За-Кого переживал! И тут он такой говорит: «Отдай Гарри мне, Хагрид, я его крёстный, я за ним присмотрю…» Ха! Но у меня ж был приказ от Дамблдора, и я говорю Блэку: "Нет, Дамблдор сказал — отдать Гарри его тёте и дяде". Блэк заспорил, но в конце концов сдался. Сказал — взять его мотоцикл, чтоб Гарри туда отвезти. «Мне он больше не нужен» говорит. Я ж должен был догадаться, что творится что-то подозрительное. Он же обожал свой мотоцикл, на фига ему его мне отдавать? Почему он ему уже не нужен? А дело в том, что так его было бы легче выследить. Дамблдор же знал, что он у Поттеров Хранитель Тайны. А Блэк знал, что этой ночью ему придётся драпать, знал, что ещё несколько часов — и Министерство начнёт за ним охоту. А если б я отдал ему Гарри, а? Держу пари, он бы его с мотоцикла прям в море куда-нибудь зашвырнул. Сына своего лучшего друга! Но когда колдун переходит на Тёмную Сторону, ему все и всё уже по барабану…