Король умер, да здравствует король! (СИ)
Удачи тебе с этим подруга, чтобы добраться до моей настоящей матери, тебе придётся ОЧЕНЬ постараться.
И пока где-то там, позади бесновалась бывшая владелица кастомного байка, я уже выезжал на объездную и взглядом искал указатель на Токио.
Путь предстоял неблизкий, чуть больше пятисот километров. Но я и не думал падать духом, с таким зверем под седлом я быстро домчу до столицы. Часа за четыре.
В Токио въезжал поздней ночью. Как оказалось, я сильно переоценил свои водительские умения и не учёл фактор мокрого асфальта. По его вине я несколько раз чуть было не улетел в кювет. А ещё, где-то на полпути закончилось топливо и мне пришлось знатно попотеть, чтобы пополнить бензобак. Мне несказанно повезло, что байк заглох неподалёку от заправки, а работник АЗС оказался славным малым, да к тому же отлично понимал угрозы. В общем, дорога далась нелегко, поэтому к особняку Акихико я подъезжал не в лучшем расположении духа. Мокрый по пояс, уставший и злой, как чёрт.
Заглушив мотор неподалёку от железной калитки, я выщелкнул ногой подставку и сполз с сидушки. Чувство было такое, будто я гребанный монгол, который всю жизнь не покидал седла. Ноги ни в какую не хотели сводиться вместе, словно между ними вставили невидимую пружину.
Доковыляв до калитки, я вжал кнопку звонка на селекторе. С первой попытки никто не ответил, да и со второй тоже и только после третьего захода мне улыбнулась удача. Из динамика донёсся сиплый голос:
— Кто?
— Я, надо поговорить, — слова давались с трудом.
Динамик издал неприятный звук и магнитные замки ослабли. Я отодвинул металлическое ограждение в сторону, после чего сразу же направился к входной двери. К моему удивлению, она оказалась не заперта и я без всяких преград ступил на гэнкан. У порога меня тоже никто не встретил, поэтому я скинул мокрую обувь, натянул тапочки и направился в зал.
— Чтоб ты сдох! — стоило мне переступить порог, как мимо головы просвистела початая бутылка. За спиной раздался звон стекла.
И только в этот момент я осознал, что голос девушки был сиплым и бессвязным не о того, что я её разбудил. Акико была попросту пьяна.
— Он…
— Да знаю я! Или ты настолько тупой, что думал, будто я так отрываюсь?! — она обвела руками журнальный столик, кучно заставленный бутылками.
— Мне очень жаль…
— Хахаха, жаль? Ему жаль! Ками, как же я тебя ненавижу! Синки ведь всё просчитала…перед ритуалом я изучила тебя как облупленного! — девушка забилась в истерическом припадке и принялась изливать всё, как на духу. — Никчёмный маменькин сынок, который только и делал, что сидел дома и дрочил на свою драгоценную мангу. Мы ведь соблюли все условия…После наших подачек ты должен был стать послушным щенком…И всегда прикрывать Аки. Мы делали ВСЕ по инструкции, по этой сранной инструкции! — неверной рукой она швырнула в мою сторону измятую тетрадь.
Подобрав измочаленный огрызок, я вчитался в текст на первой странице.
Двадцатое июля: нужна небольшая потасовка с банчо, чтобы организовать компромат на хафу. Напугай его посильнее…Двадцать четвёртое июля: устрой разборки с Мацуба-кай. Необходимо, чтобы сопляк тоже замазался, пускай кого-нибудь убьёт. Первое сентября: тебе это не понравится, но придется распустить банду и основать новую вместе с хафу, пусть малыш порадуется… Второе сентября: подсади пацана на знания о боевых искусствах. Подсласти пилюлю, с его любовью к манге это будет легко… Третье сентября: отдай хафу Кавасаки, пусть почувствует себя нужным… Четвёртое сентября: через дядю Фунакоси организуй клуб Дай Ниппон Бутокукай в средней Тосэн и затащи туда хафу. Страх перед государственной изменой сделает его зависимым. Шестое сентября: ещё сильнее втяни мальчишку в разборки с Мацуба-кай. Побольше трупов. Отрежь ему все пути к отступлению. И никаких средств конспирации, пусть сопляка запомнят в лицо. Седьмое сентября…
Забавное пособие по моему приручению. Чередование кнута и пряника во всей красе. По задумке я должен был стать верным миньоном юных интриганов. Ребятки всеми силами старались привязать меня к Акихико. В ход шло всё, от компромата, общей крови на руках и участия в госизмене до банального задабривания.
— Почему, почему, почему?! Синки ведь изучила тебя и дала прогноз, я всё сделала правильно… — голос Акико начал утихать и до моих ушей донеслись первые всхлипывания.
Может и правильно, вот только ты кое-чего не учла. Синки анализировала не меня, а бывшего владельца тела, малыша Тон-тона. Если бы поросёнок до сих пор управлял этой тушкой, то всё бы прошло как по нотам. Он бы обязательно спас своего лучшего друга и благодетеля, даже ценой жизни малышки Раттаны. Я же поступил так, как поступил и вот к чему это привело.
Синки — всего лишь чёртов суперкомпьютер, а не знаток людских судеб и тем более не Бог. Какие же мы всё-таки болваны. Я вверил свою жизнь в руки ребёнка, а они свалили ответственность за собственное будущее на набор алгоритмов. Даже не знаю, кто из нас сглупил сильнее.
Но об этом я подумаю позже, а пока есть дела поважнее:
— Тебе надо спрятаться, твой брат уже ищет тебя.
Но моё предупреждение пропустили мимо ушей. Вместо ответа, заплаканная девушка начала напевать печальным голосом:
Почему летняя звезда красна?
Прошлой ночью мне привиделся он
Я плакала и говорила
С краснотой на глазах
Почему летняя звезда потеряла свой путь?
Я ищу брата, который ушёл,
Вот почему мне снится грустный сон
Рука, помимо воли, ухватила початую бутылку саке и я уселся рядом с Акико. Первый глоток оказался горьким, как эта песня, да и второй был не слаще. Я сам не заметил, как начал подпевать.
Одним Ками известно сколько времени мы так просидели. Внешний мир будто перестал существовать. В себя я пришёл оттого, что почувствовал странную тяжесть. Голова девушки покоилась на моём плече. Ещё несколько минут я продолжал напевать незамысловатую песню, а она в это время размеренно сопела, прикрыв глаза.
В какой-то момент тело Акико расслабилось настолько, что мне пришлось подхватить её на руки. Не замолкаю ни на секунду, я отнёс её в спальню и уложил на кровать. Но отойти так и не смог, цепкие пальчики вцепились в одежду и ни в какую не хотели меня отпускать.
— Останься…не уходи…ещё немного, — сквозь сон пролепетала Акико.
Мне ничего не оставалось, кроме как, лечь рядом. А дальше я и сам не заметил как алкоголь и тепло чужого тела разморили меня и погрузили в сон.
Интерлюдия— … как мы уже сообщали, сегодня в районе пятнадцати часов, в припортовых доках был обнаружен труп мужчины. По предварительным данным, за убийством Ито Иоши стоят представители Триады, которые не поделили с работником логистической компании перспективного клиента. На данный момент, это все, что нам известно…
Хоши, трясущимися руками отложила пульт от телевизора. Девушку потряхивало. О смерти отца она узнала ещё несколько часов назад и с тех пор просматривала все выпуски новостей, чтобы получить хоть какую-то информацию. Они с матерью несколько раз звонили в полицию, но так ничего и не добились от служителей правопорядка. Те ни в какую не желали делиться подробностями о громком деле.
Рядом с Хоши сидела её мать и в отличии от дочери она вела себя куда сдержаннее. Не плакала и не сетовала на судьбу. Казалось, потеря кормильца никак её не заботила. Но это лишь на первый взгляд. Сама Хоши сразу заметила перемены в поведении и во внешнем виде мамы. Обычно добродушное и мягкое лицо домохозяйки, затвердело и посуровело, а в глазах появились знакомые огоньки. Хоши не раз видела такие, когда, будучи в бешенстве, бросала взгляд на зеркало. Да и походка женщины враз изменилась, шаг ни с того ни с сего стал пружинистым. А ещё непонятно откуда появилась отточенная осанка, из-за которой мать словно прибавила в росте.
Эти перемены насторожили и так взведённую девушку, поэтому когда мать отправилась на второй этаж под предлогом прилечь, дочь решила её проведать. Каково же было удивление Хоши, когда она подошла к дверям родительской спальни и услышала голос, который ну никак не мог принадлежать её мягкой и всепонимающей матери.