Жар костей не ломит (СИ)

— Василий Иванович, вам надо чаще бывать на свежем воздухе.
— Что же вы так о моем здоровье печетесь, разлюбезная Диана Ильязовна. Школьная врачиха науськала?
— Во-первых, у меня есть собственное мнение, а во-вторых, я вам не собачка какая, чтобы науськивать. Поэтому научитесь выбирать выражения, и думайте, прежде чем говорите.
Нет, точно между ними черная кошка пробежала. Вчера Василий Иванович задержался в капсуле, так ему без предупреждения питание отключили. Всегда спокойная и рассудительная Диана Ильязовна, вела себя, словно обиженная девчонка.
А хуже всего было то, что в качестве громоотвода противоборствующие стороны выбрали меня. По классу не бегать, на пол не крошить, в своих не стрелять, словно я не выпускник двенадцатого класса, а груша для битья. Но ничего, как только представится такая возможность, обязательно отыграюсь и снова в затылок выстрелю. Жалко только, второй раз на рикошет спишешь.
Выслушав положенную лекцию, я клятвенно пообещал Диане Ильязовне больше не бегать. Открыл дверь в подсобку и, привычно закинув портфель на диван, осмотрелся — Василий Иванович уже лежал в капсуле. Недолго думая, скинул пиджак и кроссовки, и залез в соседнюю. До чего же удобный ложемент — не то, что в «Санрайзе», компьютерном клубе, который открылся прошлым летом в доме напротив. В дешевых капсулах вечно воняло кислым потом, а еще там было грязно: заляпанные стекла, повсюду пыль и крошки, налепленные жёвки.
В отличии от клуба, в подсобке компьютерного класса за порядком следили: Диана Ильязовна лично протирала прозрачную поверхность, а Василий Иванович притащил маленький пылесос. Сам убирался и меня заставил… тоже мне, уборщик.
Я захлопнул крышку, поправил темный экран перед глазами и вперед — в долгожданную виртуальную реальность.
Мир наполнился яркими красками летней улицы, залитой солнечным светом. Вокруг гомонила толпа — в хабе ближе к вечеру всегда было оживленно. Не тратя времени на пустое, я сразу направился к капитану Кравцову и уже с порога заслышал знакомый девичий голос:
— … три упаковки стандартных винтовочных и пачку девять-девятнадцать.
— Свет очей моих, да где же я тебе столько достану, — сокрушался капитан. — У меня каждая товарная позиция на строгом учете, лишнего патрона не сыскать.
— А ты получше поройся Алексей, может что и сыщется.
Алексей?! С каких это пор капитан Кравцов стал Алексеем? Не веря собственным ушам, зашел в общую комнату и обомлел от увиденной картины. За столом привычно расположилась «непись» в виде холеного мужика в форме, а напротив него стоял… стояла девчушка. Обтягивающие шортики на лямках демонстрировали ноги идеальной пропорции длины. Белый топик подчеркивал грудь с торчащими под тканью сосками. А поза-то — поза, словно у модели эротических журналов. Если бы я не знал, что по ту сторону цифровой оболочки побитый жизнью мужик, непременно бы соблазнился, как соблазнилась и глупая «непись». Капитан Кравцов таки отыскал лишнюю пачку патронов Парабеллум, и выдал горькое, причитая:
— Под трибунал пойду, красавица. И все только ради вас, чтобы лишний раз насладиться…
Получив желаемое, красотка развернулась и зашагала на выход. Заметив меня, командным голоском произнесла:
— Малой, за мной.
Я и пошел следом, будучи не в силах оторвать взгляда от покачивающихся ягодиц — спасибо Диане Ильязовне, постаралась. В стандартных настройках было двадцать четыре варианта походки, а в премиум-доступе превиликое множество. Инструментарий позволял творить чудеса, играясь с векторами движений и центром тяжести.
Мы вышли на мощенную булыжником мостовую и зашагали в сторону ближайшей таверны — небольшой трехэтажной гостиницы. Несмотря на скромные размеры, заведение вмещало всех желающих, благодаря условностям игрового мира. Имелась своя комнатка и у нас, с положенным стендом для оружия и ящиками, где хранилось всякое-разное: начиная от патронов и гранат, и заканчивая болтами с катушками.
До таверны оставались считанные метры, когда дорогу нам перегородил здоровенный детина. Началось… Бугрящаяся мышцами рука вытянулась и толстый, словно сарделька палец ткнул в район девичьей груди.
 
— А ты мне нравишься, — прорычал здоровяк, пытаясь изобразить радость. Бесплатной «физики» хватило лишь на подобие улыбки, остальные мышцы лица остались незадействованными.
В отличии от здоровяка мимика девушки оказалась куда более подвижной. Она нахмурила брови, стиснула губы в полоску, и звонко произнесла:
— А ты мне нет.
Детина от подобного ответа распалился еще больше.
— Дерзкая… люблю дерзких. Может сходим в рейд?
— Пошел нахер.
Подкачал синтезатор речи. Как бы Василий Иванович не пыжился, чего бы не говорил, все равно звучал сказочной принцессой.
— Слышь, чего ломаешься, я тебе ствол задарю. Знаешь какой у меня калибр? Когда увидишь, закачаешься.
— Челюсть сломаю, — все столь же звонко и по-детски мило, пообещала принцесса.
Не-а, не сломает. В хабе игроки были не способны навредить друг другу — таковы правила игры, разве что проход могут загородить, ну и наговорить всякого. Борзые встречались крайне редко, обыкновенно просто глазели или свистели в спину, но сегодня нам «повезло».
— А хочешь, я тебе деньжат подкину, — здоровяк все не унимался. Василий Иванович, нет чтобы обойти препятствие, и двигаться дальше своей дорогой, встал напротив и принялся таращится голубыми глазищами. Диснеевская принцесса, мать его…
Посмотришь со стороны, сплошной контраст: огромный бугай с уродливо раздутыми буграми мышц, и хрупкая девчушка, буквально дышащая ему в пупок. Это в игре, а в реальности напротив битого жизнью мужика замер прыщавый юнец, натирающий мозоли на виртуальных красоток. Может прямо сейчас этим и занимался, скинув контроллер с правой ладони. То-то так хрипит.
— Нам пора идти, — попытался я достучаться до разума Василия Ивановича, но тот даже не шелохнулся. Уверен, сейчас жмет подряд все сенсоры, пытаясь навалять стоящему напротив противнику. И ведь знает, что бесполезно, упертый…
Пришлось заходить с козырей.
— У нас времени, два часа.
— Как два? — моментально отреагировала девчушка. — Должно же четыре!
— Так сказала Валькирия.
— Какого хера?!
— Подробности в номере.
Здоровяк еще пытался заигрывать, но тщетно — девчушка обогнула преграду, и чуть-ли не вприпрыжку понеслась в сторону таверны, собирая восхищенные взгляды публики.
Для чего физику груди в игре сделали, непонятно.
Разумеется, по поводу двух часов я соврал. Ничего такого Валькирия, то бишь Диана Ильязовна, не говорила. Приходилось обманывать и идти на жертвы, потому как вразумить иначе Василия Ивановича не получалось.
Он бы до сих пор стоял и пререкался — честное слово, как баран на новые ворота. И ведь взрослый мужик, в реальности рассуждал здраво, а стоило погрузиться в вирт и начинал вести себя, словно избалованная девчонка: вечно всем дерзил и пререкался. Неужели цифровая оболочка способна повлиять на психику?
— Соврал значит, — заявила замершая напротив девчушка. — А ты не охренел ли часом, Малой?
Черт эти сиськи… не могу не смотреть.
— Василий Иванович, сами посудите, сколько я нам времени сэкономил.
— Это не тебе решать. Кто старший в команде?
Ну все, понеслась телега по кочкам, груженая дерьмом и навозом. Пришла пора выкладывать второй козырь.
— Три часа, сорок две минуты…
— Что?
— Уже сорок одна. Чем дольше пререкаемся, тем меньше времени на игру.
Девчушка постояла пару секунд, «поизучала» меня абсолютно пустым, ничего не выражающим взглядом. И вдруг начала раздеваться. Лямки шортиков соскользнули с плеч, на пол полетел топик, обнажая два шарика без ореола сосков. То, что под одеждой выглядело как грудь, без оной смотрелась безликой выпуклостью, способной вызвать возбуждение лишь у самого отъявленного фантазера.
 
— Василий Иванович, вы чего?