Яростные одержимости (ЛП)

— Не вся любовь неравна и со зависима.
— Нет, не вся. Но мысль о том, что где-то там есть моя пара, которая надеется, что я — её принц, пугает до чёртиков. Как я могу кого-то дополнить, Райли? Я законченный кретин. Жёсткий, эгоистичный, бестактный. Этот список можно продолжать.
— Ты не кретин, Тао. Ты можешь производить впечатление кретина, но это не так.
— Конечно, кретин. Я хотел Тарин совсем по другим причинам. И быстро всё понял, так что прекратил её хотеть ещё до того, как они с Треем образовали связь. — И это истинная правда. Он обнял её за шею. — Я, правда, не держал это от тебя в секрете. Понимаю, что это не мелочь для тебя, но для меня да, потому что это не было ключевым моментом моей жизни. Сейчас это уже давно в прошлом, и я об этом забыл, поэтому и не подумал рассказать. — Он притянул её к себе и уткнулся носом в шею. — Прости меня, детка. Уже второй раз за прошедшую неделю я тебя обидел. Нечестно, что я делаю тебя несчастной, а ты делаешь меня счастливым.
— Как это я делаю тебя счастливым?
— Тебе не нужно делать что-то, чтобы я был счастлив. Так происходит когда ты просто рядом.
Она немного улыбнулась. Он это сказал, не чтобы польстить, а констатировал свои чувства, как факт. Вся эта история с его желанием запечатлеться с Тарин ещё жалила, но теперь Райли была менее расстроена, зная, что он не принял сознательного решения не говорить ей. Её ворон немного расслабился, хотя и оставался встревоженным.
— Ты не делаешь меня несчастной.
Тао опустил руки ей на плечи.
— Я повторю ещё раз, потому что, будь я на твоём месте, прокручивал это снова и снова в голове. Я не хочу Тарин. Я люблю её, как и остальных членов моей стаи, но это всё. Ни больше, ни меньше. И не сожалею о том, что мы с ней не запечатлелись. Ни в коем случае.
Теперь, когда ревность немного ослабла, Райли могла взглянуть на всё рациональнее. Она была уверена, что ни разу не видела, чтобы Тао смотрел на Тарин с вожделением.
— Грета сказала, что я на втором месте.
— Чёртова Грета. Она знает, что это враньё. Ты никому не уступаешь. Ты для меня на первом месте. Поняла?
Она кивнула.
— Хорошо.
— Хорошо. — Он нежно её поцеловал и успокаивающе погладил по волосам, ощущая облегчение от того, что она больше не напряжена. Его волк, ещё немного беспокойный, потёрся об неё.
— Мне нужно хорошенько поговорить с Гретой.
Райли вздрогнула от смертельной ноты в рычании, которое покалывало, когда Тао проявлял чрезмерную заботу, но не показала ему этого.
— Она того не стоит.
— Она специально сделала тебе больно.
— Эй, я большая девочка, знаешь.
— Но ты — моя девочка. И я не хочу, чтобы кто-то обижал мою девочку. — Он потёрся своим носом об её. — И особенно не хочу быть причиной её страданий.
— Я в порядке, правда.
Он погладил след от укуса, который оставил на её пульсе.
— Я никогда никого раньше не отмечал. Даже случайно. — Ему нравился грубый секс, и некоторые могли так увлечься, что оставляли след. Но сам он никогда этого не делал.
— Ты нечаянно оставил на мне метку, когда мы впервые переспали, — заметила она. — Но ты был пьян.
— Да, но оставил на тебе метку не случайно. Я чётко понимал, что делал. — Даже будучи пьяным, он полностью осознавал, что оставляет на ней метку. Это он хотел сделать уже очень давно.
Он резко вскинул голову при стуке в дверь. Такой лёгкий стук, что мог исходить только от одного из детей.
— Я открою. — Райли сильно ущипнула его за губу, когда он не хотел её отпускать. Игриво рыча, он отступил, чтобы она могла открыть дверь. Она не удивилась, когда увидела Саванну. — Привет, милая.
Маленькая гадюка вошла в комнату, внимательно осматривая Райли, будто проверяла, не обидел ли её Тао, когда поволок из столовой.
— А теперь я могу укусить злую старуху?
Райли захихикала. Ей так хотелось сказать «Да».
— Боюсь, что нет. Декстер закончил кушать? — Саванна кивнула. — Тогда пойди и спроси его и остальных, хотят ли они немного поиграть снаружи.
Малышка лучезарно улыбнулась.
— Хорошо! — Она начала уходить, но затем странно посмотрела на Тао и указала ему сесть на корточки. Тао улыбнулся. Казалось, защищая её и Райли от Греты, он заслужил немного доверия. Прогресс. Он присел. — Ближе, — прошептала она.
 
Он придвинулся и так же тихо спросил:
— Что?
Она улыбнулась.
— Если обидишь мою Райли, я откушу твой нос и дам Декстеру его съесть.
Ладно, он пока не совсем заслужил её доверие.
— Буду знать.
Она счастливая ускакала, и это было немного странно.
Нахмурившись, Райли спросила.
— Что она сказала?
Вставая, он повторил.
— Ну, если я тебя обижу, лишусь носа.
В её глазах плясали искорки веселья, когда она ахнула.
— Нет!
— И ещё она отдаст Декстеру его съесть.
Райли фыркнула.
— Зная этого ребёнка, он, как минимум, будет носить его у себя в кармане.
Тао думал так же.
Райли быстро поцеловала Тао.
— Надо бежать.
Он схватил её за руку, чтобы остановить.
— Мне не должно быть больно, наблюдать, когда ты уходишь из комнаты, так? — Ему не нравилось быть вдали от Райли. Ни на секунду. Её улыбка ударила его в самое сердце.
— Парень, ты иногда говоришь очень приятные вещи.
Он ухмыльнулся.
— Я хочу ещё один поцелуй.
Закатив глаза, она поцеловала его вновь.
— Увидимся позже.
— Держись поближе к основанию горы, — предупредил он. Никаких следов, что кто-то ошивался рядом с периметром, но Тао не хотел рисковать. Не её безопасностью.
— Как будто мне нужно об этом напоминать.
Он наблюдал за тем, как она вышла, затем достал телефон и набрал знакомый номер.
— Тарин, ты должна кое-что знать.
Райли развалилась на одном из стульев во внутреннем дворике, пока Кай гонялся за другими детьми вокруг старой берёзы. Их смех и визг почти заглушали крики птиц, жужжание насекомых и стрекотание белок. Её ворон, который ещё был раздражительным, хотел выйти наружу и поиграть с ними. Райли заверила его, что скоро так и будет. Сейчас она просто присматривала за детьми… один из которых только что вскарабкался на дерево так же умело, как любой перевёртыш-гадюка.
Кай нахмурился на гадюку.
— Саванна, спускайся!
Повиснув вниз головой на ветке, Саванна бросила в него жёлудь.
Наслаждаясь теплом, покалывающим кожу, Райли глубже уселась в кресло. Успокаивающие ароматы сосны, полевых цветов, нагретой солнцем земли и сладкого кедра помогли успокоить нервы ворона. Птица так до конца и не успокоилась. Она злилась не на Тао, а на Грету. Старый дракон специально пыталась сделать ей больно. Это не первый и точно не последний раз, но единственный, когда слова Греты, по-настоящему, произвели на неё впечатление. Тот факт, что Грета смогла обидеть её, раздражал ворона так же сильно, как и то, что она сказала.
Услышав шаги на траве, Райли обернулась и увидела Тарин, Джейми, Рони и Макенну, которые вышли из-за деревьев и направились к столику во внутреннем дворике.
Робко улыбаясь, Тарин спросила.
— Мы можем поговорить?
— Конечно, — ответила Райли. — Полагаю, Тао рассказал тебе.
— Он собирался, но Грета уже рассказала всё сама. Я зла на неё, но и на себя тоже. Стоило догадаться, что она так поступит.
— Могу представить, как ты разозлилась на нас за то, что не рассказали, — сказала Джейми. — Справедливо. Но прошу, не сердись на Макенну — она об этом не знала.
Рони жестом показала на них с Джейми.
— На тот момент, мы не были членами стаи, но знали немного об этом. Надо было тебе рассказать.
— Да, — согласилась Тарин. — Я не рассказала потому, что это ничего не значит. Звучит так, будто между нами была большая безответная любовь, но нет. Спроси любого из парней или даже Грейс, Лидию или Хоуп — они все скажут то же самое. Тао никогда не любил меня так, как парень любит свою пару. Я хотела, чтобы ты сама в этом убедилась до того, как расскажу. Надо было догадаться, что Грета сделает это первая, стерва. Она на самом деле, кажется, чувствует себя пристыженной.