Лицей. Венценосный дуэт (СИ)

— Хотите осуществить мечту средневековых алхимиков и превращать свинец в золото? — кажется, папочка нас дразнит.
— Почему только свинец? — упираюсь в папочку ясным взором. Пистимеев с облегчением вздыхает, он не один на баррикадах.
— Хорошо-хорошо, сдаюсь, — папахен поднимает руки.
— То-то же, — покровительственно говорю я, — будущее и последнее слово за нами, молодыми.
— А что ты там о Юлином ухажёре говорила? — резко меняет тему Вика. Это она вовремя, надо сделать паузу. Как раз Юля с Эльвирой из кухни бисквиты к чаю несут.
— Да что там говорить? — делаю вид, что не замечаю подружку, — тискает нашу Юлю какой-то маломерок…
— Дана! — это она с Эльвирой хором. Папахен с Пистимеевым дружно ржут.
15 апреля, вторник, время 09:15
Особняк в районе Измайлово.
Комната-кабинет сына хозяина.
Алекс Прохоров.
Неприязненно смотрит на телефонную трубку. Оттуда только что прозвучала, после дежурных приветствий, несуразная просьба.
— Алексей Александрович, нам бы авансик тысячи в две. Иначе никак…
Совсем обнаглели! Работать, считай, не начинали, а аванс положи?
— Вы поймите, — убеждал занудный голос бригадира, — ребята только что подъехали, на дорогу поиздержались, за жильё платить надо…
Брехло! На бригаде из семи человек две квартиры, ещё одна намечается. Хозяева съехали на время ремонта, живи — не хочу, за всё уплачено. Вода, удобства, кухня — всё доступно. В таких случаях ремонтируют первым делом коммунальное оснащение, чтобы самим пользоваться. А в конце наводят лоск и сдают работу.
Алекс не перебивает, молчать можно по-разному. Сейчас его молчание неодобрительное и раздражённое. Никак до этого Кравченко самое банальное не доходит. Второй год он рулит фирмой однокашника Тимофея Новикова и никак эту заразу, — неистребимую страсть хапнуть больше, чем в рот влезает, — извести не может.
Поразительно! Так он думал больше года назад, выслушивая в ресторане жалобы бывшего однокурсника по архитектурно-строительному высшему училищу. Тимофей, отличие которого от типичного заучки только в габаритах. Рыхловатый парень и в очках, но не мелкий. Ещё во время учёбы отличился тем, что пытался чего-то запатентовать. Первый раз не получилось, что его не смутило. Неизвестно широкой публике, которая по счёту попытка удалась, но на выпускном курсе успех пришёл. Фонтанировал идеями в каком-то тресте несколько лет, затем решил уйти на вольные хлеба.
— Ну, думаю, развернусь, когда никто не мешает, — делился жизнеописанием Тимофей, расправляясь с гигантским антрекотом.
— Развернулся? — у Алекса уже зарождались смутные подозрения. Тимофей, смелый только на экзаменах, в армии не служивший, младших братьев-сестёр не имевший, дворовых компаний избегающий, откуда у него навыки управления людьми?
Новиков посмурнел, отодвинул тарелку. Испортил ему аппетит Алекс своим вопросом.
— Не понимаю, почему никто не понимает? — тоскливо глядит в глаза, — с моими примочками качество работ на голову выше среднего, при той же скорости. Цена для заказчика та же самая. Стоит наработать репутацию, от заказов отбоя не будет.
На очереди у парня есть целый ряд задумок, упрощающих и ускоряющих многие операции. Руки не доходят, всё съедают текущие хлопоты.
— От меня ты чего хочешь? — задал центральный вопрос Алекс.
— Ты не мог бы… — Новиков помялся, но нашёл силы озвучить просьбу, — мне всего тысяч пятьдесят надо, закрыть текущие заказы. Деньги будут… потом.
Ничего не ответила золотая рыбка, только рукой махнул Алекс и свернул разговор. Затем неделю пасся в конторе Новикова. Непримечательный уголок он снимал на базе стройматериалов. Надо признать, не самый худший вариант расположения, далеко не самый худший. Все поставщики под боком.
Весь самопальный аудит можно свести к одному короткому впечатлению. Всё остальное крутилось вокруг, так или иначе. Оброненное ненароком Новиковым замечание о тех же самых ценах при заоблачном качестве при таких обстоятельствах мелочь. Возможность задрать цены раза в полтора — мелочь, подумать только!
 
— Едрит мою Люсю, — так он тогда высказался.
Выяснилось, что бригады Новикова, тогда их было две, урывали от него аванс от четверти до трети суммы работ, практически не приступая к работе. Не считать же за работу ободранные стены и полы. Ломать не строить, за одну рабочую смену мужички, не напрягаясь и лениво перекуривая, выносили квартиру полностью. Если большой особняк, три дня. Но большие объекты с полным ремонтом попадались настолько редко, что и учитывать не стоит.
По итогу, Новиков систематически поднимал смету работ до упора, не только лишаясь прибыли, но нередко и собственной зарплаты.
Встретились ровно через неделю в том же ресторане.
— Что скажешь, Алекс? — надежда продолжала светиться в глазах Новикова.
— Денег я тебе могу дать, Тима, — зря он так заблестел глазами, зря, — и даже не пятьдесят тысяч, а больше. Раза в два. Но при одном условии.
— При каком? — Тимофей почти не насторожился.
— Я становлюсь совладельцем твоей фирмы. Основным совладельцем, на семьдесят пять процентов. Соответственно, твоя прибыль — четверть.
— Слишком резко забираешь, Алекс, — блеск в глазах затух, — это моя фирма…
— Твоя фирма практически умерла, Тимоша. Наша, возможно, выживет.
Всё-таки он его уговорил. Хоть и не сразу.
— Чего ты ерепенишься? — лениво ронял Алекс, — ты ж не руководитель, ты — изобретатель. Ну, так изобретай себе на здоровье. Дьявол с тобой, запишем отдельную статью расходов. Пять процентов прибыли пустим на твои игрушки.
— Десять, — мгновенно выдал Новиков. Алекс задумался. И после того, как прикончил суп харчо, отреагировал:
— Пять, Тима, пять. И если твоя приблуда пролезет, могу пообещать премию в размере расходов. Но не гарантирую, мало ли, сколько ты там истратишь.
После такого торга уже понятно, что клиент созрел, но официально Новиков тогда всё-таки не согласился.
— Четверть это мало, Алекс.
— При твоих объёмах может и мало. Но они увеличатся, когда дело наладиться. И вообще, чего ты суетишься. Тебе какие выплаты полагаются по твоим патентам?
— До пяти процентов от экономического эффекта, — Новиков уже понял, куда разговор свернул, не дурак.
— А тут тебе двадцать пять, — забил ожидаемый гол Алекс, — плюс зарплата главного инженера. Или главного технолога, любую табличку себе вешай. Плюс премия…
Тут он на секунду задумался, не слишком ли Новикову жирно будет? И тот что-то заметил и резко прекратил торговаться.
Окончательно согласился он на следующий день, по телефону позвонил. Неделю оформляли передачу прав, директором и основным владельцем фирмы «Строй-Сервис» стал Алекс.
Выкрутился он тогда из кризиса легко и быстро. Смету обе бригады выбрали с избытком, а работы выполнили чуть больше половины. Алекс пообещал им премию в размере пятидесяти процентов, если работнички не сорвут сроки и не нагадят с качеством. Ухари, которые горлом работали намного лучше, чем руками, вдохновились. Хотя по своей поганой привычке попытались выторговать восемьдесят. Алекс упёрся, ссылаясь на исчерпанную кассу фирмы. Чем только окончательно убедил в серьёзности намерений.
И вот настал день его торжества, а также победы разума и Всеобщего равновесия.
— Что значит «нет денег в кассе»?! — орал Замятин Николай, дюжий длиннорукий мужик со слегка выпирающим пузом. Орал на бухгалтершу, кассиршу и сметчицу в одном лице. Только опытную Татьяну Васильевну криком не проймёшь, сама, кого хочешь, переорёт. Непробиваемая дама, оценил её тогда Алекс по достоинству.
 
— Командир! Ты же обещал! Гони бабки! — наехал и на Алекса, когда тот пришёл в контору.
— А, да, обещал, — легко согласился Алекс, — только выйдем отсюда, Татьяне Васильевне работать надо, а вы тут расшумелись.
Пять разгорячённых рыл вывалились в предбанник, небольшой холл, куда выходили всего две двери, бухгалтерия и начальство в его лице плюс Тимофей, который там за дверью сейчас и прятался.