Спасительница волшебных книг (СИ)

– Эван! – позвала я.
Он не откликнулся. Я достала книгу, в которой был спрятан Эван, постучала по обложке.
– Эван!
Нет ответа.
Сердце кольнула тревога. Что если он замолчал навсегда? Что если магия Бармалана вступила в полную силу, и я лишилась единственного союзника и друга? Теперь он будет безмолвной книгой, пока я его не расколдую!
Я положила книгу на стол и посмотрела на нее с отчаянием.
Вот что теперь делать? Срочно найти деньги – купить артефакт! Найти толкового и сговорчивого колдуна. Уговорить его или, черт побери, пытать, пока не скажет, как превратить книги обратно в людей!
Может, что-нибудь продать? Вещи в доме мне трогать запрещено. Вынесу, а потом проверяющий найдет недостачу, и здравствуйте, тактичный палач Клюг.
Я подперла голову рукой и поморщилась. Ладонь придавила ухо, сережка больно врезалась в щеку.
Но я обрадовалась этой боли. Даже подпрыгнула от радости!
Золотые серьги с крохотными бриллиантами! Подарок родителей на восемнадцатилетие. Я носила их, не снимая, и даже забыла, что они у меня есть!
Есть в Лиллидоре ювелир или ростовщик? Продам серьги, хватит и на артефакт, и на покупку товара для лавки.
Я сняла серьги и задумчиво покачала на ладони. Вспомнила, как получила их от родителей, как радовалась тому, что начинается взрослая жизнь...
И уже не первый раз душу мучительно скрутила тоска по дому. Как там моя семья? Тревожится, переживает? Я не могу с ними связаться; для этого надо ехать в столицу, а мне запрещено.
Дверь лавки с шумом распахнулась, внутрь вошел, грохоча тяжелыми ботинками, управляющий Хюльс.
– Доброго вечерочка вам! – прогудел он. – Вот и я. На урок!
– Пожалуйста, проходите!
Я вскочила и вытерла вспотевшие руки о юбку. Перед своим первым уроком я здорово волновалась. Хотя у меня был богатый опыт репетиторства. Когда я не могла найти на Земле работу, брала учеников. Преподавала английский, русский для иностранцев. Но сегодня впервые буду рассказывать о Земле человеку из другого мира, с другими понятиями и складом ума.
– Сюда, что ли, садиться? – спросил Хюльс и густо покраснел. Он плюхнулся на стул, поворочался, сморщился. Положил руки на прилавок, потом передумал и сложил их на коленях.
Хамоватый управляющий тоже робел.
– Смотрите, что я принес. Это земная книга. Ее кто-то госпоже Селене подарил. Она мне дала ее картинки посмотреть, да так и не забрала.
Хюльс вздохнул.
Я с любопытством взяла принесенную книгу. Это был изрядно потрепанный томик в бумажной обложке под названием «Поверь в себя и создай свой бизнес с нуля!». Неизвестно, где взяла его госпожа Селена. Власти Эленвейла не приветствовали проникновение земной культуры в их мир. Наверное кто-то из землян привез ее сюда контрабандой. Собственно, книга была настольным пособием инфоцыган. Там было полно мотивирующих призывов «быть позитивным» и «делать лимонад из лимонов».
– Вы мне расскажете, о чем там написано? – с надеждой поинтересовался Хюльс.
– Я вас научу основам русского, сами прочитаете, – успокоила я его. – Начнем?
Час спустя я была мокрой как мышь. Никогда раньше деньги не доставались мне с таким трудом. Более непонятливого ученика надо было поискать.
Выяснилось, что Хюльс и на родном вейле-то еле-еле читать умеет. А к иностранным языкам у него была врожденная идиосинкразия.
Хотя он вовсе не был дураком: в уме считал как компьютер!
К концу урока Хюльс с трудом выучил три буквы русского алфавита и произнес «Прывьет! Как дьела?»
Но своим успехом он остался ужасно доволен.
– А теперь расскажи о Земле, – потребовал он, переходя на фамильярный тон.
– Что вас больше всего интересует?
Выяснилось, что его больше всего интересует, как у нас организована розничная торговля.
Я рассказала все, что знала. Хюльс был потрясен тем, что любые товары у нас можно заказать прямо на дом. В Эленвейле разносчики не прижились, лишь молочник не гнушался развозить бутылки по покупателям.
– Ну-ка, ну-ка… – он выудил из кармана замусоленный карандаш, смятую бумажку и стал записывать корявыми печатными буквами: – Как, говоришь, делают заказ? Через этот. Ен-тер-ньет?
 
– Да, но у вас такого нет.
– У нас есть восковые таблички-самописки. Их зачаровывают маги-ремесленники. Такую табличку разламываешь на два куска, и на втором куске видно все, что пишешь на первом! – в порыве воодушевления Хюльс так махнул красной ручищей, что сбил на пол вазу с мелочью – я едва успела подхватить ее. – Вот я и думаю… – продолжал он. – Надо закупить таких табличек и предлагать их покупателем. Они будут на ней товары из дома заказывать, а мы читать, что им надо, и разносить! Стоимость таблички раскидаем по цене товара.
Он нахмурился и забормотал, подсчитывая расходы и прибыль.
– Мне кажется, вы не пропадете ни в Эленвейле, ни на Земле, – сказала я одобрительно. – Видела вас вчера на представлении... Как оно вам понравилось? Много товару продали?
– Продали-то много, но я этих актеришек на дух не переношу, – проворчал Хюльс. – С тех пор как госпожа Селена с одним из этих вертопрахов уехала.
И он принялся изливать печаль влюбленного, у которого рухнули все надежды.
– Какая девушка была госпожа Селена! Столько читала. Каждый день в эту лавку приходила за книгами.
Он сердито топнул ногой.
– И в тот день тоже. Сказала родителям, что пошла в лавку Бармалана, а сама фьюить – и усвистала! Кто бы мог подумать?
– А как узнали, что она с актерами сбежала?
– Ну, так в тот день как раз их караван от нас уехал. И Бармалан сказал, что видел, как она в одном из фургонов ехала в обнимку с актеришкой этим. Ну попадись он мне! Я бы ему натянул его шутовской колпак по самые бубенцы.
– Вот как? – нахмурилась я. – Бармалан сказал?
Странно. Такое впечатление, что все жители в Лиллидоре так или иначе связаны с Бармаланом и его лавкой. Даже семейство Лакморов, к которым я ехала, да не доехала!
Как только Хюльс ушел, честно заплатив за урок, я тут же вытащила книгу с Эваном и опять начала ее трясти.
– Эван! Откликнись!
– А? Чего? – прозвучало у меня в голове глухо.
Я чуть не расплакалась от облегчения.
– С тобой все в порядке?
– Зоя, ты идиотка? Как может быть в порядке человек, у которого вместо рук и ног – бумажные страницы!
– Почему не отзывался? Целый день молчишь.
Эван помолчал.
– Спал... – откликнулся он наконец. – Был в мире книжных грез.
Он тяжко вздохнул.
– Да. Я теперь чуть больше не в порядке, чем раньше. Мне все сложней выходить на связь с внешним миром.
И он заорал так, что у меня даже в ушах изнутри завибрировало:
– Сделай что-нибудь! Придумай! Ты сможешь! Ищи записи Бармалана! Расколдуй меня!
– Нет никаких записей! А если и есть, то спрятаны надежно. Не могу же весь дом по кирпичикам разнести!
– А почему нет?
– По кочану!
– Ищи тогда толкового мага!
– Из толковых магов в Лиллидоре один Тахир. Погоди... я видела у него книгу... в которой описываются те самые ритуалы. Он ее читал.
Я рассказала Эвану об утренней встрече с колдуном и его странных словах о добре и зле.
– Значит, нужный нам колдун у нас под боком. У него есть и книга, и артефакты. Вопрос лишь в том, на чьей он стороне... – рассуждал Эван, а затем сурово потребовал:
– Иди к нему. Наведи его на разговор о заколдованных книгах. Предложи ему что-нибудь.
– Что я могу ему предложить, кроме тебя и твоих товарищей по несчастью?
– Нет-нет! Про нас не говори. Будь хитрой. Ты же женщина, в конце концов! Вы все хитрые. Хитрые и красивые... Слушай, – оживился Эван. – А может, ты Тахира в себя влюбишь? Тогда он сделает все, что ты захочешь. Вы же все мечтаете замуж за колдуна выйти!
– Совсем сбрендил? Тахир уже старый! Ему лет шестьдесят. Он мне совсем не нравится. Даже если бы нравился – влюблять в себя я не умею. В меня никто никогда не влюблялся.