Проект 3 (СИ)
— Ну … давай вот эту кучку мусора, — распределяющая сгребает около себя небольшую кучку всяких мелких веточек и прочего мусора. Остальные двое смотрят на эту кучку как на активатор гиперпривода на собственной кровати. Ну ладно, навожу, нажимаю — получите. Теперь, все смотрят на огонь так, как будто, никогда не видели открытого огня. Понимаю их чувства.
— Эакх-кх, — примерно в этом духе все и выразились. Эмоции тоже понятны.
— Эээ… — наконец смогла произнести распределяющая, — где ты это взяла?
— Учитель сделал.
— Сделал?
— Да. Сделал.
— Из чего?
— Ну … сначала он долго делал что то маленькое и сложное а потом просто затолкал это в первую попавшуюся деревяшку. Проверил и мне подарил.
— А долго это сколько?
— Минут сорок (* время земное).
— И что? Это долго?
— Да. Вот видишь кинжал? — показывает кинжал, — вот эту заточку, вот эту оплётку и вот этот шарик он сделал пока я ходила к озеру умываться. А ходила я вдвое меньшее время.
— Ого! Это твоё? Как, ты говоришь, это называется?
— Кинжал! Это название я прочитала в свойствах этого предмета.
— Про свойства пока оставим, — тон разговора стал более суровым, — это им ты убивала краллов? Или их твой учитель убивал? — с некоторой надеждой добавила последнее.
— Нет, — как можно более безразлично начала исполняющая, только под конец, с этим самым безразличием несколько переборщила. Волнение от того, что затронута главная тема разговора, только нарастала. — я убивала их вот этим луком и вот этими стрелами. — смела рукой изрядно вонявший костерок из мусора и на освободившееся место выложила названные предметы. Вид этих предметов несколько выбил разговор из колеи. Для нормального осмотра требовалось время а игнорировать их тоже не получалось. Слишком уж они были необычными. Но и прикасаться к ним никто не спешил. Предметы, с помощью которых нарушался основной закон! Чудовищная мерзость! Наконец, разговор продолжился.
— Ты сознательно нарушала основной закон? — распределяющая смотрит сурово а Улыбка испуганно. Исполняющая сделала вид, что её обвиняют в чём то совершенно не существенном и на прямой вопрос стала отвечать издалека.
— Я получила очень важную информацию, которая изменит всю нашу жизнь. — сделала небольшую паузу, что бы слушатели побольше прониклись важностью. — основной закон, это НАШ закон, который помогал нам выживать до нашего переселения. Но теперь … НАШ закон вошёл в противоречие с законами того мира, в котором мы сейчас живём. Подумайте и решите, по каким законам вы будете жить. По тем, которые придумали вы или по тем, которые являются объективной реальностью этого мира? — как ушат холодной воды на головы всех троих. Даже указующий выпучил глаза, хотя, проявление каких либо эмоций у него давно уже никто не замечал. И ещё это демонстративное противопоставление себя остальным. Вы решите как Вы будете жить! Для самой исполняющей всё уже решено? Есть над чем задуматься. Ну а пока народ пытается придти в себя, исполняющая достаёт из ниоткуда шкуру неизвестного животного и, с помощью острой иглы на ручке и каких то нитей начинает мастерить … вроде бы сумку. Сидит, молчит, делом занимается. В глаза никому не смотрит. Думать не мешает.
— Ну и откуда ты могла получить такую информацию? — наконец отмерла распределяющая. Ей то хотелось сразу рвать и метать но, как говориться, должность обязывала и вопрос должен быть выяснен до конца.
— У меня есть глаза, — просто ответила исполняющая.
— Ты хочешь сказать, что ты сделала такой значительный вывод на основе собственных наблюдений?
— Да. На основе собственных наблюдений, на основе действий учителя и на основе сообщения управляющего.
— Управляющий тебе ещё что то сообщил?
— Он сообщил всем нам. Давно уже. Помните? Он сказал, что в этом мире смерти нет. Мы ему сначала не поверили но потом пришлось. Только мы, почему-то, решили, что смерти нет только для нас. Это неверный вывод. Здесь смерти нет вообще ни для чего и ни для кого. Для птиц, животных, деревьев, даже для камней и мусора. Всё возвращается! Мы ничего не можем изменить в этом мире. Мы не можем никого убить. Наш основной закон касается запрета на убийства дарующим жизнь но «убийство», это тот термин, который в этом мире не применим. Мы не можем нарушить наш основной закон, как бы не пытались и что бы не делали. И, по этому, получается, что я пыталась нарушать закон, который невозможно нарушить. — тягостное молчание. Исполняющая вдевает нить в дырочки, проделанные в шкуре.
— Ты можешь это чем то подтвердить?
— Да. Это не сложно. Вам достаточно просто открыть глаза. Ищущая ищет плоды на одном и том же месте уже сколько времени? Плоды не кончаются. Рукастый срезает траву, которая не кончается, однобокая с Улыбкой собирают уркхов, которые не кончаются, дрова не кончаются, здесь вообще ничего не кончается. Вам не кажется это странным? Если вам мало, тогда другой пример. Учитель свалил сухое дерево и сделал из него вот этот настил. Прошло уже достаточно времени, что бы мёртвое дерево вернулось. Сходите и посмотрите. Оно стоит там же, где и стояло. Мне не верите — сами посмотрите. — теперь молчание было ещё дольше. Улыбка ушла к своему рабочему месту, что бы быстро выполнить свои обязанности и вернуться обратно. Теперь она себе может это позволить.
— Хочешь сказать, — видя, что распределяющая молчит, указующий решил задать свой вопрос, — что наши лежанки исчезают потому, что возвращаются а не потому, что это чья то глупая шутка? А почему тогда не исчез этот настил?
— Это только моё предположение. Лежанки исчезают потому, что теряют смысл. Пока на них кто то лежит, у них есть смысл и они никогда не исчезали из-под лежачего. В настиле есть смысл до сих пор. А вот в мусоре, который мы раскидали, смысла нет. Он вернётся на своё место через сутки или чуть больше.
— Почему именно через это время? — продолжает указующий.
— Не знаю. Наверное, таковы законы этого мира. Они тоже имеют какой то смысл.
— Ну и какой же в этом может быть смысл? — встревает распределяющая.
— Я думала над этим вопросом и у меня есть версия, зачем это нужно. Это нужно для того, что бы мы успели из бессмысленного сделать полезное. Нам даётся для этого время.
— Поясни, что то я не очень поняла.
— Ну вот, например, мы собираем дрова в кучу, что бы получить костёр. У нас должно быть на это время, что бы собрать, что бы получить огонь и тепло. Если бы у нас этого времени не было, то мы бы не смогли поднять ни одной палки и ни одной шишки. Они сразу возвращались бы и никакого костра у нас бы не было.
— Из этого следует, — делает вывод распределяющая, — что но то, что бы сделать из кучи палок, скажем, дом, то на это у нас есть всего лишь сутки?
— Может быть. Мы же никогда не пробовали строить дома.
— Значит, построить дом невозможно в принципе, — делает вывод указующий.
— Почему же? Я видела дом, построенный из толстенных брёвен с содранной корой. У него есть только стены и крыша и в нём никто не живёт. Даже внутрь заходила. Учитель взял из него металлический чемоданчик и мы оттуда ушли.
— Как? Ты уверена? Кто его построил? Зачем это сделано? — эти вопросы прозвучали одновременно.
— Я думаю, что его построил учитель. На брёвнах были следы когтей его зверя. Это он снимал кору. А зачем? Не знаю. Может затем, что бы научиться строить дома так, что бы они не разваливались. Брёвна там цепляются друг за друга и никакого другого крепежа там нет.
— Я так понимаю, что никто из нас этот дом увидеть не сможет? — спросила управляющая.
— Да. Он находится очень далеко. А я … ну вы знаете.
— Ты не научилась чувствовать направление на места вернувшихся? — удивился указующий.
— Я не знаю. Вроде и чувствую что то но никакого направления оно мне не показывает. Вот! Готово!
— Что готово?
— Инвентарь! — показывает пальцем на свою поделку.
— Для кого?
— Для тебя. Я же обещала решить проблему. Я её решила.