Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

А что касается латинской литературы… — Усмехнуться, тяня время. Ибо нас слушают, а я — именно что боец информационного фронта. Нельзя отсебятину пороть. Любое моё слово имеет колоссальный вес. — А что касается «испанки», то это расследование её наследного высочества. Именно что с целью зачистки. На сей раз угрозы со стороны пятого управления. Да, любимый и красивый я вновь покривлялся в роли клоуна, но Себастьян, проснись! На дворе война! И в рамках этой войны, в рамках утверждения Веласкесами на завоёванных позициях, им кровно необходимо закрепиться, выгнав из тылов разную продажную шушеру. И даже то, что «кротов» в управлении не выявили — тоже результат. Она и её мама теперь знают, что «кротов» там — нет! — последнее я выплеснул на мажорной ноте.
— Твоя ставка, клоун, — фыркнул Себастьян. — Сам себя таким назвал, — как бы извиняясь развёл руками Дереку.
— Так я и не претендую на серьёзность. — Я улыбнулся в ответ. — Я — лидер общественного мнения, а не серьёзный политик. Певец ртом. Мне — можно. Миллион.
Оп-па, а после этих слов Себастьян присел на очко, заволновался. Я про себя торжествовал, но старался это скрыть. У него что-то есть, и я проморгал, что. Самому интересно.
— А давай! — не стал ререйзать он. — Колл.
Шоудаун…
По паре. У меня две дамы, у него… Две семёрки.
Торжества не было, даже морального. Я понимал, что это только начало вечера. Разминочные миллионы. Феррейра пришёл играть не на эти жалкие суммы. Не удивлюсь, если он вытащит из под стола миллиард, а то и не один. «Не расслабляйся, Шимановский! А ну не расслабляйся! Вселенная не любит этого. Одна ошибка — и ты просто труп, в прямом смысле слова. Не выберешься. Падать всё равно с какой высоты…»
* * *
Игра продолжалась. Шла своим ходом, медленно. Я начал понимать по мимике Себастьяна, что у него, хотя иногда случались и сбои. К тому моменту он трижды пополнил стек, в целом с его стороны было влито тридцать миллионов, плюс/минус. Мне, после его «ин-ола», то есть когда идёшь ва-банк, не хватило денег для победы (получил вместо всего его стека только четверть, ибо партию взял я) пришлось распечатать кубышку Гор.
— Вы принимаете чеки имперских банков? — протянул я крупье заначку из внутреннего кармана.
— Да, разумеется, — кивнул Дерек. Взял, внимательно посмотрел. — О, какой банк! — уважительно причмокнул. — Я всего несколько раз видел такие, — пояснил на недоумение на моём лице. — Эти ребята не работают на общем кредитном поле Империи. Финансируют только очень избранных людей и ключевые инфраструктурные проекты.
— Угу, а также в нём счета императорской семьи, — понял, о чём речь, Себастьян. — Как понимаю, «Банк Маргариты»? Мерседес помогла? Или Гортензия? Ну никуда без своих юбок, Шимановский! — залился он наигранным смехом.
— Сеньор Феррейра, завидовать нехорошо. — А это его осадил крупье, положив чек на поднос помощнику. Я такой поддержки не ожидал, втянул голову в плечи. Что он его окоротит — да, ждал, но артистическое «завидовать нехорошо» на публику… Кажется, Дерек отличный парень! И в душе на моей стороне, хотя, конечно, как профессионал, будет держать нейтралитет.
В зале раздались смешки, далеко не в пользу Феррейра, а Себастьян покраснел и заскрежетал зубами.
— Смена колоды! — фыркнул он, чтобы не молчать.
Итак, в сумме на столе более сорока миллионов, причём более половины у меня. И я… Начал экспериментировать. Ибо мало понимать противника, чтобы выиграть. Больше скажу, если тот поймёт, что ты его читаешь, он «перезагрузится», сменит тактику, начнёт лучше следить за мимикой, и самое страшное, начнёт «кривляться» под заказ, выдавая на прочтение нужную ему эмоцию. И я… Начал сливать выигранное. Чтобы «прикормить» на свои эмоции, как рыболовы в клубах рыбной ловли прикармливают в определённых местах рыбу. Наберу лямов пять на хорошей руке, бац! И с десяток проиграю. Тактика дала плоды, сукин сын повеселел, стал хуже следить за собственной мимикой. Не знаю, насколько дольше удастся его удерживать на поводке, но одно скажу, это удержание — дорогой процесс. Мне нужно срочно менять что-то в стратегии. А ещё как же сильно эта игра зависит от случайностей!
 
Сам себя перехвалил, и, имея флеш (аллилуйя, наконец хоть что-то интересное пришло!), взял только жалкие триста тысяч. Себастьян тоже учится, и опыт чтения противника за карточным столом у него куда больше моего.
«Собрался, Шимановский! А ну собрался!» — прикрикнул я на себя…
…И следующую партию блефанул, прочтя, что у Феррейра ничего нет. А у него был фулл-хаус. М-мать!
Пустой стол. Пустой стек. Триста тысяч, и всё. И почти пятьдесят лямов у Феррейра. Ему достаточно всегда, каждый кон идти ва-банк, и он по законам статистики, получив хорошую руку, меня «обует». Или придётся «сливать» на флопе… А как выиграть, «сливая» на флопе?
— Сеньор крупье, могу обратиться к вам? — голос из зала, знакомый. Я повернул голову. Ибо за залом совершенно не следил — было не до того. А там всё это время стояла подозрительная тишина — все кто стоял у сцены были очень внимательны, почти не переговаривались, следили за нами. И также, как мы друг друга, народ пытался читать нас обоих, получая от этого удовольствие.
— Да, сеньор Кампос, — разрешающе кивнул вопрошающему Дерек.
— Сеньор крупье, я хочу одолжить денег своему партнёру по бизнесу, — произнёс Виктор Кампос, а это был он. — Прямо сейчас. Ибо у меня такое чувство, что они ему очень нужны.
— Партнёру по бизнесу? — Дерек недоумённо сощурился.
— Да. Сеньор Шимановский — мой партнёр по бизнесу, — уверенно кивнул дон Виктор. — И очень хороший партнёр.
— Сеньор Кампос, вы же понимаете, что если сеньор Шимановский проиграется, ему нечего будет отдавать вам? — это Себастьян, с ироничной усмешкой. — У него просто нет ничего за душой, никаких активов.
— Сеньор Феррейра, зачем сеньору Шимановскому активы с его золотой головой? — Кампос расплылся в улыбке, и картинно, на публику, пыхнул сигарой, которую в тот момент курил. — Активы есть и у меня самого. А вот ПРОЕКТЫ, — выделил он это слово, — стоящие проекты, на этой планете может придумать далеко не каждый.
— Ну да, не каждый может логически и юридически обосновать присвоение к своей бизнес-империи имущества очередной банды… — проговорил мой противник.
— Зависть — плохое качество, молодой человек! И вам это недавно дважды говорили!
Теперь юморнул, поставив щенка Феррейра на место, Кампос. И юморнул так юморнул! Феррейра позеленел. По залу же пробежала уверенная волна смешков — так наследника могущественнейшего клана в дерьмо ещё не опускали. Мне же понравилось, что Кампос не защищался, не оправдывался, а пёр, как древний танк на доты. Бандитский хефе? Плевать! На всё плевать! «Да, я такой, и завидовать нехорошо».
— Сеньор Кампос, — потерял от злости Феррейра берега и решил выпендриться. Что мне в Себастьяне нравится, это его грандиозная вспыльчивость. — Сеньор Кампос, скажите, а «крышевание» банд — это прибыльный бизнес?
— Юный сеньор, разумеется, имеет в своём кармане удостоверение сотрудника прокуратуры? — Кампос ни на центаво не напрягся и продолжал издеваться. — И, конечно, у сеньора есть какие-либо доказательства, основание задавать подобные вопросы?
— Сеньор Феррейра, делаю вам второе предупреждение! — А это снова вмешался Дерек. — Источники дохода наших клиентов — дело самих клиентов и только их. И любые намёки на связь кого бы то ни было с незаконными операциями без обоснования, без официального обвинения со стороны властей, будут караться вплоть до пожизненного запрета посещения заведения.
— Понял, сеньор крупье! — Себастьяна словно из ледяного душа облили. — Виноват. Хотя на самом деле это правило довольно… Удобное, — нашёл он не обидное слово.
— Вовсе нет, — спокойно парировал Дерек. — Вы не представляете, сколько клоунов разбрасывается беспочвенными обвинениями в адрес солидных людей только ради создания вокруг СЕБЯ излишней шумихи. Может это вы — клоун, пытающийся привлечь к своей персоне хоть какое-то внимание?