Стая для ведьмы (СИ)

В глазах мужчины появился ужас.
Но я тут же разжала свой кулак, а мысленно приказала сердцу начать работать дальше. Полностью отпустила контроль над телом, и Саблев повалился на постель, пытаясь отдышаться.
Я же, ждала его реакцию.
Когда он перестал дышать, как паровоз, то почему-то его плечи начали содрогаться. Сначала я решила, что он плачет, но нет, вместо этого, Саблев смеялся.
Кажется, у него началась истерика.
Я не стала ему мешать. Пусть посмеется, посмотрим, что дальше будет.
А Саблев в этот момент, так и продолжая лежать скрючившись на краю постели, заговорил:
– Никогда не думал, что какая-то маленькая сучка сможет держать моё сердце в своих руках.
Он кое-как сел, потому что тело, находясь под контролем, немного подводило его, и посмотрев мне в глаза, сказал:
– Давай договоримся. Ты меня отпускаешь и не лезешь в мою жизнь, а я не лезу в твою.
Я опять не стесняясь залезла в его голову и нашла там гениальный план, поубивать всех моих близких, а потом и меня заодно, перед этим хорошенько помучав, а затем, хмыкнув, ответила:
– Я отпущу тебя лишь тогда, когда пойму, что ты для меня не опасен. Сейчас в твоей голове слишком много опасных мыслей, поэтому иди спать, и дай отдохнуть мне. Завтра с утра мне нужны будут твои услуги водителя.
Я опять взяла полностью под контроль его тело, и Саблев встав, ушел в другую комнату.
Проследив за тем, чтобы он крепко уснул, до тех пор, пока я его не разбужу, проверила Игоря, и сама тоже уснула.
На следующий день, я чувствовала себя настолько уставшей, будто всю ночь ворочала мешки с землей.
Голова болела, как и все мышцы.
Проверив еще раз Игоря, я поняла, что он еще спит.
Приказав его организму быстрее и безболезненно восстанавливаться, я поняла, что мне стало еще хуже.
Кажется, я переусердствовала с контролем, и позавтракав, отправилась в постель.
К сожалению, рядом находился Саблев, и я боялась его выпускать.
Судя по всему, из-за этого уходили все мои силы.
Что с ним делать, я не представляла.
Единственное решение, которое пришло мне в голову – это запереть его где-то.
Но человек, который мог это сделать, был только один – Вадик.
Но и ему я не могла доверять.
Вадик был слишком опасен.
Меньше, чем Саблев, но всё же…
Я столько ошибок наделала, заварив всю эту кашу. Если бы не торопилась, а поговорила с Игорем, то возможно, мы нашли бы с ним идеальное решение вопроса.
Но я была так обижена на него за то, что он был с другой женщиной, когда мне было плохо, что чуть не погубила.
Боже, это насколько же я избалованная…
Ведь он-то, как раз не был виноват в том, что я доверилась Егору. И еще и предупреждал, что он мне не нужен.
Сейчас мне, как никогда хотелось поговорить с кем-то, кто мог бы выслушать меня, и дать хоть какой-то здравый совет.
Из-за собственной глупости, я столько бед натворила.
И тут я вспомнила про одного очень важного человека в своей жизни, о котором из-за всего произошедшего, совершенно позабыла.
Мама!
Взяв сотовый, я набрала с детства знакомый номер, молясь о том, чтобы она его не сменила.
Все же столько лет прошло…
Один сигнал, второй, третий…
Я уже отчаялась, и решила, что она не возьмет трубку, как услышала родной голос:
– Алло?
– Мамочка, – прошептала я, и разрыдалась.
– Тоня? Девочка моя, это ты? – начала задавать она в трубку вопросы, а я просто плакала, не в силах говорить. Ведь я даже не представляла, как сильно скучала по ней все эти годы. А всё потому, что совершенно не помнила.
Но пришлось брать себя в руки, и рассказывать, что случилось.
Мама слушала меня внимательно, не перебивая. И никак не комментируя мои не самые умные поступки. А я, пока говорила, поражалась размаху своей глупости.
Иногда, когда смотришь со стороны, понимаешь, как всё по-идиотски выглядит, а когда находишься внутри, то кажется, что план идеален.
Когда я закончила, то мама сказала:
– Тоня, сейчас ты сделаешь следующее. Зайдешь в подсознание ко всем, кто тебе помогал, и затрешь им все воспоминания о себе. Они о тебе забудут и никогда не побеспокоят, пока вновь не понадобятся. А вот с Игорем… решай сама. Он твой главный страж. И тебе необходимо ему всё рассказать. Остальные тебе не нужны.
 
– А с Настей как быть?
– Ей тоже сотри все воспоминания, и она восстановится.
– Всё так просто? – удивилась я.
– Не всё, – вздохнула мама. – На это у тебя уйдет очень много сил, и ты будешь болеть не меньше месяца, и не сможешь ходить по чужим снам и управлять людьми. Поэтому сначала отправь Саблева подальше, и только после этого сотри ему память.
– А как быть с Вадиком? Там ведь и другие свидетели были…
– Он же им не рассказывал, кто отдавал ему приказы?
– Нет, – покачала я головой.
– Вот и сотри свой образ из его головы. А ему внуши, что он сам решил так расправиться с очередным конкурентом, и всё. И постарайся больше никогда не призывать их на службу. Боюсь, что с такой стаей ты просто не справишься. Они слишком опасны для тебя.
– А что делать с Димой и Егором? – тихо спросила я.
– Хочешь, чтобы они и дальше тебя преследовали? – мама спросила это совершенно спокойным тоном, а я поняла, какую глупость сморозила.
– Конечно же нет, – открестилась я от обоих парней.
– Тогда и им смело стирай память о том, что было, а затем внуши, чтобы больше не искали встречи с тобой – никогда.
– Спасибо мам, – прошептала я.
– Тебе спасибо, что позвонила, я так скучала, – вздохнув, ответила она. – Звони чаще.
Мы еще поговорили с ней о её жизни. Оказалось, что мама совсем недавно вышла замуж, и смогла найти себе нового стража. И больше того, сейчас беременна, только мальчиком.
Оказывается, мы ведьмы, можем рожать еще и мальчиков. Но им наши способности уже не передаются. Девочек мы рожаем очень редко, и только лишь от тех, кого выбрали себе первым стражем.
– Я думала, что не смогу забыть твоего отца, но, – рассказывала мне мама.
– Не объясняйся, мам, – поспешила я её успокоить. – Ты имеешь право на счастье.
– Спасибо доченька.
  
Эпилог
 
Я сделала всё, что сказала мне мама, и наконец-то избавилась от Саблева, без сожаления стерев все его воспоминания о вчерашнем дне. И приказала не расследовать дело о гибели его начальства, чтобы он не вышел на меня, или Вадика.
Была у него когда-то мечта податься за границу, его даже там кто-то звал на работу, вот туда я его и отправила, чтобы больше никогда не возвращался и жил там.
И еще кое-что… больше никому не смог причинить вреда.
Да, я не могла позволить, чтобы он и дальше продолжал калечить, насиловать и убивать. Теперь Саблев это сделать не сможет. А если попробует, то его сердце остановится.
С Вадиком пришлось действовать тоньше, ведь убирать его воспоминания о том, как он затирал улики и уничтожал людей не получилось бы, поэтому я стерла только себя. А для него нашла обоснование, зачем он это сделал. Просто убрал одного из конкурентов.
И я справилась.
Следующими в списке были Дима с Егором. Им я воспоминания затерла лишь о прошедшем дне, и внушила, чтобы больше они никогда меня не искали и не думали обо мне.
Но перед этим я отправила Настю в больницу. Она оделась в одежду Егора и ушла из его квартиры на своих двоих.
Уже там она очнулась, совершенно не помнив всё, что с ней случилось.
И что случилось с её мужем.
К сожалению, для неё это должно остаться тайной навсегда. Тело её мужа закопано где-то в лесу, об этом я узнала из воспоминаний Саблева. И пусть там и лежит…
Девушка пробыла в больнице неделю. К ней приходили следователи, пытались её допрашивать, но она ничего не помнила. Лишь шрамы на её теле говорили о том, что она побывала в не самых лучших условиях, и врачи решили, что так её сознание спасает от плохих воспоминаний.