Правил Нет (СИ)
— Нэйт, твою мать, открой дверь! — прогремел Трэвис, стуча по несчастной двери.
Видимо он меня и разбудил сейчас своим вторжением. Вчера он заехал, чтобы собрать вещи в их новый съёмный дом и увидел меня в абсолютно невменяемом состоянии. Пытался поговорить и отобрать бутылку, но я закрылся у себя и уже шесть часов не выходил. Он каждый час стучал и пытался воззвать к моему разуму. Не работало.
— Иди в задницу, — вежливо ответил, сев на кровати.
Включил песню Fire Water Burn группы Bloodhound Gang и сполз на пол, прислонившись к постели.
— Брат, я сейчас выломаю к чертям эту грёбаную дверь! У тебя сутки на восстановление перед гонкой! Сутки, мать твою! Открой дверь и отдай мне бутылку, — рычал он с той стороны жизни.
А я был в аду. Я умирал. Притом я не понимал какого хрена это делал. Но факт таков: я медленно и мучительно подыхал.
— Братишка, я люблю тебя, но иди к чёрту, — тихо ответил.
— Нэйт, — подключился Диего. Ха! Он, что, всех позвал, чтобы вызволить меня отсюда?! — Будь благоразумным и открой дверь. Ты же понимаешь, что мне не составит труда снять её с петель.
— Отвалите от меня, серьёзно, — проворчал, запрокинув голову и жадно присосавшись к горлышку.
В животе заурчало. Я, кажется, не ел уже… короче вчера на ужин была вода. Потом секс, сон и понеслась…
— Что тут у вас?! — послышался взволнованный голос Джастина.
— У нас тут треш и угар. Нэйт уже выжрал две бутылки вискаря, а сейчас закрылся с третьей. В перерывах было пиво. Я его вырублю, ей-богу, — зарычал Трэвис.
О, он всё посчитал, бухгалтер хренов! Третья, значит.
— Чёрт. А поговорить с ним не пробовали?! — опять голос Джастина.
Покачал головой, пока слушал их беседу. Дебилы, чёрт их дери. Вырубить меня?! Отобрать бутылку?! Попробуйте.
— Да тут, как бы, правда вырубить его хочется. Чтобы наверняка пить перестал, — проворчал Диего.
— Выруби, мать твою! — выкрикнул я, усмехаясь. — Выруби, чтобы я больше не проснулся! Только сначала я допью!
За дверью послышался отборный мат от Диего и Трэвиса.
— Пистон, впусти меня, а?! — жалостливо протянул Бибер.
— Ни хрена! Ты бутылку отберёшь. А я с недавних пор стал очень жадным! Не хочу делиться своим… — ухмыльнулся, но голос предательски сел.
— Пистон, я тебе закуски принёс. Ты оценишь, — напирал Джастин.
Покосился на дверь.
— Ебобо, а меня отпустит от твоих закусок?! — нервно хохотнул я.
— Тебя время отпустит. Открой дверь, я один зайду, — примирительно ответил он.
Задумавшись на минуту, всё же подполз и повергнул ключ в замке. Джастин тут же вошёл и прикрыл за собой дверь.
— Если что, они сидят в коридоре. На полу. Ждут, когда ты их тоже впустишь, — оповестил он, сев рядом со мной и прислонившись к стене рядом с кроватью. Поставил на пол банки Pringle’s с солью и Nutella. Джастин решил поделиться своим любимым лакомством! Какие классные у меня друзья и совсем не жадные! Открыл обе банки и, достав из кармана ложку, дал мне. — Попробуй. И дай мне бутылку, — протянул вторую руку ко мне. Скептически изогнув бровь, уставился на него. — Да я тоже хочу бухнуть! Три часа ночи самое то, чтобы нажраться, — пояснил он.
Ах вот оно что! Не верю.
— Ты просто хочешь, чтобы мне меньше досталось, — фыркнул я, но бутылку ему протянул.
— Ты очень проницательный, — улыбнулся он и, запрокинув голову, сделал большой глоток. На секунду зажмурился и потряс головой. — Но сейчас я и впрямь не прочь надраться, — выдохнул он и сделал ещё один глоток.
Пока он пытался выжрать побольше, зачерпнул ложкой пасту и намазал на чипсы. Закинул в рот и охренел от вкуса. То ли мои бухие рецепторы ни хрена не понимали, то ли это и впрямь неплохо.
— Ебобо, а это вкусно! Особенно когда тебе этого нельзя, но я и так уже нарушил свой режим… Да… Нарушил… — опять перед глазами появилась Пиранья в красном платье, когда я увидел её в баре.
На кой чёрт я сейчас её вспомнил?!
— Допьём это и хватит, Пистон. Я серьёзно. У нас есть сутки, чтобы привести тебя в чувства и обмануть твоего тренера и анализы. Либо отказывайся от гонки и бухай сколько влезет, — покосился на меня, намазав себе сэндвич из шоколадно-ореховой пасты и чипсов.
— Ебобо, это она из-за видео, да? Я ведь ничего такого не сделал. Ну да, переспал на спор. Но видео не я записывал и распространял! Можешь мне просто сказать: за что?
Джастин перестал жевать и уставился на меня.
— Видео?! Какое ещё видео?! Ты про фото говорил! — сипло прохрипел он.
Ах да, я же никому не рассказывал.
— Ну… Тот мудак, с которым я поспорил, записал наше хоум видео и слил в сеть. Лесли из-за этого пришлось переехать в Лос-Анджелес, — выдал ему краткую версию.
— Сука, клянусь, я бы всёк по твоей роже, но тебя и так прилично переехали, судя по твоему виду. То ли ещё будет, когда осознанием прибьёт. Сейчас ты просто скулишь, дня через три-четыре посмотрю на тебя, — обречённо произнёс он, покачав головой и смотря в пол. А потом запрокинул голову и начал жадно пить виски.
Смотрел на него и думал: а что будет ещё хуже, чем сейчас?! Дайте пистолет тогда сразу!
— Ты реально не догоняешь, да?! За что?! Ты, мать твою, совсем мозги пропил?! — процедил он, прищурившись и вытирая рот. — Ты знал про видео?!
— Знал. Но забыл, — выставил вперёд указательный палец.
— Ты мог это остановить?! Ты мог не спать с ней вообще?! Мог отказаться именно от этого унизительного условия вашего дебильного спора?! Ты мог вообще не участвовать в том споре?! Ты мог хотя бы раз включить свою голову и подумать о другом человеке?! О той самой девушке, которой ты нахрен всю жизнь сломал своим болтом! Ты мог извиниться, нормально извиниться, за всё, что ей пришлось пережить из-за того, что два конченых мудака решили поспорить на неё, а потом ещё и видео записать?! Ты мог хоть раз в жизни подумать о ком-то, кроме себя?! И ты после этого ещё спрашиваешь: «За что»?! Серьёзно, мать твою?! Камон, чувак! Пора взрослеть! Ты реально не догоняешь, да?! Да она ещё мягко прошлась. Я бы за такое ухандокал тебя, — практически завопил Джастин.
— Бибер, ты был против мордобоя, — из-за стены послышался голос Диего.
— А вы в курсе про видео, где наш дорогой Пистон лишает невинности прекрасную девушку? — крикнул он им.
— Чёрт. Всеки ему хорошенько, а? — послышался голос Трэвиса.
— «Ooh, Ooh. C’mon, party people»[1], — мой мозг решил, что лучше петь, чем отвечать им что-то. Джастин лишь обречённо покачал головой и что-то пробормотал себе под нос.
Но слушая их перепалку через стену, до меня начал доходить весь масштаб произошедшего. Только не относительно себя, как я привык делать. А что пережила она за всё это время, пока я нихрена не помнил и не знал. И в моём, очевидно, реально крошечном мозгу появилась мысль, что я был виноват. Я мог не спорить, но сделал это. Мог остановить Чака, но не сделал этого. Мог не спать с ней, но и тут не остановился. Хотя она даже удовольствия не получила. А я почти ничего не помню. Какой тогда во всём этом смысл?! Чёрт вас всех дери, какой нахрен смысл был в том сексе?!
— Но почему она мне ничего не рассказывала?! Я всё узнал от общего знакомого, а она словно воды в рот набрала! — уставился на Джастина, отобрав бутылку.
— А ты сам спрашивал?! Ты проявил хоть малейший интерес к ней?! Помимо секса, тебя хоть что-то в ней волновало?! — с вызовом произнёс он.
Нет. Очевидно же, что я нихрена не сделал. Я просто кайфовал рядом с ней и всё. Она мне понравилась. А теперь…
— Может я и виноват, не спорю. Но получается, что она разработала целую стратегию, чтобы обвести меня вокруг пальца и кинуть! Я-то был пьяным, когда то дерьмо сотворил! А она с холодным рассудком всё специально просчитала! И ведь, стерва, не просчиталась! — повысил голос.
— А сейчас, когда ты был трезвым, общаясь с ней, то как себя вёл?! Ты дал ей повод изменить своё мнение о тебе?!
— Так она сама хотела секса!