Леди Валентайн (СИ)
На короткий миг мне показалось, что капитана что-то сильно развеселило, но он постарался не выдать своих эмоций, хотя кусочку всё-таки вырваться удалось — уголок губ Эллингтона дернулся. Впрочем, в следующий миг он уже был серьезным и собранным, снова сверля меня долгим изучающим взглядом.
— Вы правы, я многое увидел, но для начала я хотел бы спросить вас кое-что.
— Спрашивайте, — разрешила я, но потом всё-таки уточнила: — Если ваш вопрос не будет слишком личным или неуместным, то я с радостью отвечу.
— Ничего слишком личного, я надеюсь. Просто хотел уточнить: не происходило ли с вами в детстве чего-нибудь необычного?
— Вроде ничего такого, — ответила после некоторых раздумий.
— Вот как, — капитан качнул головой, на короткий миг глянув в сторону окна. — На самом деле я вижу на вас остаточные следы от очень мощного проклятия. И это очень интересно и необычно.
На это я лишь растерянно моргнула. Тут еще и проклятия бывают? Впрочем, чему я удивляюсь, раз есть магия, значит, возможно и все остальное. Наверное у них тут и единорогов можно встретить, кто знает.
— Я подозреваю, что ваше столь сильное истощение как раз из-за того, что магия боролась с последствиями от проклятия, бросая на это все силы. Понимаете, магия для одаренного — это его важная часть. Такая же как кровь или сердце. Маги с ней неразрывно связаны. И если все магические силы длительное время направлены лишь на борьбу с проклятием, то страдает весь организм. Представьте, что однажды большая часть вашей крови перестанет циркулировать по венам. Думаю, это будет крайне неприятно. Так и здесь.
— И как обычно снимаются проклятия? — поинтересовалась я, размышляя над тем, возможно ли, что проклятие слетело после смерти Брианы? Хотя нет, вряд ли, он ведь сказал что что-то случилось еще в детстве.
— На самом деле проклятия больше напоминают болезни, которые простой маг лекарь исцелить не может, — Эллингтон выпрямился чуть сильнее и повел, наверняка, уставшими плечами. — Чаще всего их стараются вытянуть и перенести на какой-нибудь предмет, который потом либо уничтожается, либо убирается куда-нибудь подальше. Но бывают такие проклятия, которые можно перекинуть только на другого человека. Обычно к такому типу относятся родовые. И еще кое-что. Проклятый человек, как и заболевший должен тщательно следить за своим здоровьем.
— Как хорошее здоровье может помочь в борьбе с проклятием? — спросила заинтересованно. Кажется, в семье Брианы было больше скелетов, чем я могу себе представить. Может быть, именно поэтому и Джоселин была такой болезненной?
Эллингтон ненадолго замолчал, а потом, видимо, все обдумав, снова заговорил:
— Убить мага не так просто, мисс. Наша магия защищает нас. В случае ранения сила концентрируется в этом месте и поддерживает организм, заставляя работать его, как положено. Конечно, мгновенно исцеляться мало кто может, но даже так раны мага заживают гораздо быстрее, чем у обычных людей. И желательно, чтобы в этот момент магии не приходилось заботиться еще о чем-либо. В такие периоды маг обязан спать, сколько потребуется, не напрягаться слишком сильно, есть столько, чтобы не переедать, но и не голодать, и так далее. Понятно, что он так же должен избегать новых ран.
— Хорошо, я поняла, — кивнула, пытаясь собрать весь всю мозаику в одно целое. — Итак, мистер Эллингтон, вы хотите сказать, что на мне лежало какое-то мощное проклятие, вероятнее всего родовое? И снято оно было еще в детстве, но с последствиями моя магия борется до сих пор. Я все правильно понимаю?
— Все верно, — ответил капитан. — Вот только она еще не закончила. Правда, — Теодор снова прищурился, глядя так, будто смотреть сквозь меня, — в последнее время, насколько я вижу, процесс ускорился. Что-то в вашей жизни изменилось?
Если не считать того, что Бриана умерла, то нет, ничего такого не случилось. Конечно, об этом я только подумала, а произнесла нечто другое.
— Я поменяла питание. Добавила в свой рацион мясо, каши и супы.
Эллингтон моргнул и сфокусировал взгляд на моем лице.
— А раньше вы чем питались? — спросил он со странными интонациями в голосе.
— Разным, — я пожала плечами. — Салаты, творог, вода.
— Салаты? — переспросил он, отчего-то еще больше удивившись, а потом и вовсе скривился, словно попробовал на зуб лимон. Кажется, кое-кто у нас не любит салаты. — Вы знаете, в меню любого боевого мага просто обязательно должно быть мясо. Причем не простое, а хорошо пожаренное. Маги лекари не могут прожить без фруктов, которые поглощают в большом количестве. Мясо они, кстати, тоже едят, но только вареное. Менталисты считают, что день прожит зря, если на завтрак им не подадут рыбу и шоколад. К тому же, любой маг ест намного больше простого человека. Если вы ели одни салаты, то ничего удивительно, что ваша магия до сих пор не может справиться с последствиями проклятия, ей ведь приходится заботиться еще и о вашем истощенном организме.
Внимательно выслушав капитана, я задумалась. Все это очень интересно. Сразу вспомнилось, как Делора не хотела менять мое питание, а потом, когда я настояла, сразу же умчалась на почту, словно побежала кому-то докладывать.
Может ли быть такое, что она прекрасно знала и о проклятии, и о его снятие и о том, что моему телу нужен особый уход и питание? Не знаю, но все указывает именно на это.
Теперь понятно, почему Бриана была такой апатичной и слабой. Она ведь даже во время танцев несколько раз падала в обморок от бессилия.
Хорошо, ладно, буду думать, что Делора все знала и не кормила Бриану специально, но куда смотрели преподаватели в школе? Неужели никто не заинтересовался, почему Бриана падает в обморок? И почему ее тошнило от одного вида мяса? Этот вопрос меня сильно заинтересовал.
— Скажите, мистер Эллингтон, а есть способ отвратить человека от какого-либо продукта? Пусть даже если это и маг.
— Почему вы спрашиваете? — тут же задал вопрос капитан. Вообще-то, отвечать вопросом на вопрос не вежливо, ну да ладно.
— Меня еще недавно тошнило от одного вида мяса, — «призналась» я. — Но не так давно я заболела сильно, несколько дней пролежала без памяти, а когда очнулась, поняла, что отвращения во мне этот продукт больше не вызывает.
В этот раз капитан молчал дольше. Первые несколько секунд я смотрела на него, а потом отвернулась к окну, наблюдая за дождем. Постепенно становилось темнее, значит, мы скоро должны были добраться до постоялого двора. Скорее бы. От этих разговоров и новостей у меня начала шуметь голова. Хотелось лечь и поспать, чтобы вся информация уложилась и усвоилась.
— Я думаю, — заговорил Эллингтон, привлекая тем самым мое внимание, — что такое вполне возможно. Особенно, когда дело касается ребенка. Самый простой вариант — нанести психологическую травму, которая будет не давать ребенку есть какой-то продукт. Возьмем к примеру мясо. Думаю, достаточно будет убить домашнего питомца на его глазах, сварить или пожарить его, а потом насильно накормить ребенка. После такого у человека вполне возможно возникнет сильное отторжение.
Я в ужасе уставилась на Эллингтона, а потом накрыла рот рукой, словно хотела сдержать тошноту.
— Это жестоко, — пробормотала, стараясь не думать, что кто-то способен на что-то подобное.
— Несомненно, — согласился со мной капитан. — Вы в порядке, мисс? — встревожился он, явно решив, что цвет моего лица далек от идеального. — Прошу прощения, не подумал.
— Нет, нет, — я сглотнула и опустила руку, неловко улыбаясь. — Я поняла, что возможность подобного есть. Думаю, этого вполне достаточно, — вздохнув, решила сменить тему разговора. — Скажите, мистер Эллингтон, а все маги могут видеть так, как вы?
— Нет, не все, но всё-таки встречаются, — с охотой поддержал мое желание сменить тему Теодор. — Этот дар не только нужно получить по наследству, но еще и развить. То есть, в детстве я ничего такого не видел. Мне пришлось тренировать это умение.
Речь капитана тихо лилась, а я внимательно слушала его, ощущая себя странно. С одной стороны, я чувствовала некую защищенность. А с другой стороны, мне казалось, что мою спину сверлит недобрый взгляд. Кажется, сбежав из особняка, я решила лишь малую часть проблем. Остальные все еще впереди.