Сброс! Книга 2. Восход (СИ)

  
Глава 29
 
Бежать пришлось не так уж далеко.
В соседнем гнезде монстров, где должны были обитать не интересные мне медные глазороги (странный подвид сусликов с огромными зубами и странными выпирающими глазами, которыми они могут атаковать) оказался аншлаг.
Здесь, судя по всему, молодая, но крупная медная самка медвежьих муравьёв атаковала целое море гораздо менее габаритных зверьков с прицелом на эволюцию.
Её охраняло несколько «гвардейцев», однако медвежьи муравьи, похоже, проигрывали. Я видел минимум три десятка тел серебряных «гвардейцев».
Масса побеждала качество.
У матки не было ЖУ, а вот у нескольких трупов «гвардейцев» некоторое свечение я видел. Глазороги же были пусты, однако я заметил несколько особей, которые обладали более ярким свечением серебристого света.
Хотя особой пользы даже серебряные глазороги мне бы не принесли, я решил открыть чудошкат с хреном, который недавно соизволил стать серебряным и медным подорожником.
Оба растения были не против закусить млекопитающими монстрами.
Мне же было интересно похитить одного «гвардейца» и его «принцессу».
Учитывая то, что для размножения этого вида «солдаты» не подходили, то я мог получить минимум для выведения гнезда на новом месте.
Однако я не учёл того факта, что медных глазорогов было вот слишком много. Все прибежавшие солдаты медвежьих муравьёв очень быстро стали добычей. А пока я вместе с симбиозом пробивался к молодой самке, все гвардейцы уже померли.
— Лезь в чудошкат, невезучая, — крикнул я медвежьей муравьиной матке, пока расчищал пространство, топая по хребтам недосусликов, и направил на неё артефакт, но эта дура сопротивлялась, пока я её не вырубил. — Задолбала. Три раза вырвалась!
А вот дальше я сильно жалел, что хотел собрать все эти тушки. Пусть недорого, но их можно было продать.
Однако я потратил половину дня на это гнездо. Рад был только подорожник, бегающий за Балием-1, которая отбивала топориком рожки у монстров, а остальное отбрасывала в сторону.
Эта аптечка на лапках эволюционировала и теперь очень быстро переваривала мелкие тушки.
А вот хрен отправился в чудошкат, так как на мелких ему было плевать, а его световые ленты потихоньку пытались спереть тела монстров с ЖУ. Сначала я этого не замечал в пылу боя, но когда он утащил труп медвежьего муравья, который я заприметил чуть ранее, то эта тварь отправилась назад в артефакт сразу же.
При этом на ауру страха глазороги вообще не обращали особого внимания, просто быстрее пробегали около растительного монстра и всё.
Эх, тут живности на пару цепных молний, но рожки разрушатся от этого, а они имею цену в пару медяков за штуку. Это лишним точно не будет, учитывая количество.
К закату мы закончили.
Подорожник после эволюции размеров сразу не менял, однако к вечеру был уже размером не чуть крупнее овчарки, а три метра ввысь.
— Странно. По габаритам платина, расцветка не классическая. Что ж за тварью ты стал? — пробормотал я, осматривая смесь краба и подорожника, которая в ответ глядела на меня тысячами глазков.
Я не углублялся в подвиды этого монстра в библиотеках, так что был не способен даже к догадке, так как какие-либо стихии он к ауре не прибавил.
— Ну, в любом случае, вези, — заявил я и забрался на гладкий зелёный панцирь монстра. Моему примеру последовал симбиоз.
Монстр послушно двинулся в направлении дома, однако я покинул этот слишком неторопливый транспорт.
— Балий-1, довезёшь, оставишь эту шкатулку на столе. Подорожник, а ты останешься около дома, — отдал я приказы и побежал к стоянке карет.
С тел медвежьих муравьёв я так же собрал всё чего-то стоящее. Однако ЖУ были исключительно из серии нимф.
Следующие четыре дня были для меня наполнены скукой, а вот после первого библиотечного я со всем приглушением эмоций сначала не смог скрыть удивление, а затем смеха, благо подавление положительных эмоций у меня было не всепоглощающим.
 
— Отмена. Бельянка, что с тобой? — спросил я девочку, как только выпустил её из водной тюрьмы. Кудрявая с метра шестидесяти ужалась до метра тридцати. Ну, и немного стала пухлее, из-за сохранения массы.
— Хватит лыбиться, малявка! — почти пропищала эта «кроха». — да кто знал, что эти нимфы так сработают? А?
— Ты что, попробовала сделать себя временно взрослой, чтобы увидеть предполагаемую внешность, а затем отменила приём, и он вернул тебя не в форму акселератки, а к биологической норме?
Наступила пауза, когда я бы сгорел под этим взглядом исподлобья.
— Ты, *отборный мат на малознакомом мне языке* хренова всё знал и молчал? — выдала она через секунд тридцать. А затем её лицо скорчило детскую ехидную гримасу. — Всё, развод! Ой, нет, мы же пока только помолвлены. Я тебе этого никогда не забуду!
— Во-первых. Откуда мне было знать о твоих планах?
— Мысли читаешь, так читай заранее!
— Это догадка. Во-вторых, проделай весь приём в обратном порядке. А не через отмену.
— … — секунд пять она зависала, моргая на меня пушистыми ресницами, затем покрылась светом и приняла взрослую форму, которая была далека от идеалов девочки. После этого она мигнула, постепенно становясь ниже и младше, однако рост с метра шестидесяти не уменьшался. — Так, я снова выше тебя. Ты же, гад, специально не усыхал?
Я отрицательно помотал головой.
— Так, раз уж ты мне помог, то убивать за ту уничижительную улыбку не стану. Теперь к делу, — при этих словах она стала очень серьёзной, а затем раз моргнула. Два, моргнула, и из глаз полился град слёз. Затем она резко сделала шаг ко мне и уткнулась мне в плечо. — Пион умер.
— Не понял. Как? — уточнил я, немного её приобняв.
— Чанка сказала, что во время охоты клуба травников на них напал Золотой Лангуст на побережье. Они сбежали, но потом при пересчёте Пиона нигде не оказалось. А преподаватели и старшекурсники не смогли его найти. Так что официально он… уууумеееер…
— Название пляжа помнишь?
— Красная зона «Песчааа, *хнык*, замок».
— Песчаный замок. Запомнил.
— Не ходиии туда. У них в группе было две Вторых Ступени, рабы, маг и байдан. Ты на их фоне слабак.
— Понял, не пойду.
После разговора с девочкой пришлось трижды применить чистку. Умеет она изводить кучу соплей и слюней.
Однако мальчишку жаль, но пока тело не найдено, хоронить его рано.
Если бы он был внутри монстра, то того бы нашли и вскрыли. Собственно так было сделано с кротом, который съел мою рабыню.
Я не разыскивал в библиотеке информацию о подорожниках, так как в воскресенье ко мне должен был прийти монстровед.
Я поглощал все знания об антимагии и големах, наплевав на скрытность. Однако его-то особо полезного добыть не удалось, кроме слабости камня под названием «мрачняк». Он слаб к ударным волнам. Такого вывода не было, однако в одной из сказок было про то, что «… крик Вековой Птицы был столь силён, что обрушился столб из мрачного камня. И исчезла преграда для героя…»
Когда же я приближался к своему домику в деревне, то увидел странное зрелище.
Профессор Дуб с выражением лица, словно у Бельянки, приближающейся к пышногрудой девушке, медленно подкрадывался к подорожнику, а мой растительный монстр с испугом пятился с той же скоростью.
— А что вы тут вдвоём делаете? — уточнил я, при этом мужчина вздрогнул.
— Не спугни. Это грешный подорожник-обжора, они очень пугливы и осторожны. Не знаю, зачем он выбрался с луга сюда, но их глаза-семена могут ускорить регенерацию в тысячу раз. Только эта особь пока ещё не зрелая, но всё равно надо осмотреть его тыльную часть. Чтобы понять… — начал объяснять, не поворачиваясь ко мне, мой раб.
— Это мой монстр, — сказал я ему, а затем крикнул растению. — Эй, обжора, повернись к избушке задом, а к пляжу призраков передом.
Подорожник развернул своё тельце так, как ему было велено, но решил понемногу топать отсюда, еле заметными шажками.