1910-я параллель: Охотники на попаданцев (СИ)
— Я победитель дракона! У меня его сила! — все ещё голосил потеряшка осипшим голосом.
— Саша, сходи в лавку. Купи колбасы, хлеба, сыра и вина, — произнёс я, засунув руку во внутренний карман и достав ассигнации.
Никитин взял бумажные деньги и побрёл вдоль улицы, а я снова обратил внимание на горемыку.
— И так всегда? — с небольшим скепсисом в голосе спросил штабс-капитан. Он явно разочаровался в увиденном.
— Уж поверьте, лучше так, чем недавний случай.
— А что произошло?
— Погибло пять человек. Трое из которых — подготовленные кирасиры.
Штабс-капитан прищурился и ещё раз посмотрел на пришлого.
— Может вырубить?
— Нет, я мирно хочу.
Мы с минуту стояли и смотрели, как Ольга сделала ещё несколько фото. Спешить было некуда, до обеда далеко, а навестить кладбищенского сторожа я хотел вечером. Приборы от Бодрикова тоже ещё не привезли.
— Вашество! — раздался голос Сашки, — Вот!
Я обернулся. Никитин держал в руках корзинку с указанными продуктами.
— Только это, я без сдачи, — продолжил парень, — я ещё за дверь отдал.
— За какую?
— Ну, я дверь не в ту сторону открыл в магазине. Ну и, в общем, косяку тоже северный полярный лис пришёл.
— Не понял, — произнёс я, нахмурившись.
— Ну, сломал я его.
Я вздохнул и взял корзину.
— Ольга, приступай. Ты же у нас приветливая дама.
Моя жена положила фотоаппарат в лежащий на телеге чемоданчик и приняла еду. На всякий случай я достал из-за внутреннего кармана наган и убрал за спину. Штабс-капитан поглядел на меня и тоже подготовил маузер.
А Ольга осторожно подошла обратно к забору и, разок обернувшись на нас, начала вести беседу.
— Здравствуй… путник… ты, верно, голоден.
— Я могучий чародей всех стихий! — дрогнувшим голосом продолжил свою речь оборванец.
Ольга тяжело вздохнула, посмотрела на меня и положила корзину на чахлую траву, растущую у дроги.
— Я так не могу, — развела она руками, а потом пошла вперёд. От толчка механической кирасы хлипкий заборчик с треском разлетелся на штакетины, а под ногами жены захрустела грядка с морковью. Сразу же истерично заголосил потреяшка, тряся дохлой собакой перед собой.
— Рауль! Фас! Убить их всех!
Ольга быстро преодолела расстояние между забором и зарослями и попросту схватила попаданца за руку. Тот заорал от боли, выронил труп несчастного животного и вцепился свободной рукой в колючий стебель малины. От этого он заорал ещё громче, а Ольга поволокла его к нам.
Потеряшка упал на землю и стал волочиться, словно привязанный к трактору тюк сена.
— Раульчик! Мой Рауль!
Ольга подтащила верещащего бедолагу к телеге и приподняла над землёй.
— Давай, у нас Сашка будет приветливой дамой, — пробурчала она. — У меня терпения не хватит.
— Сударыня, вы меня удивляете, — протянул штабс-капитан.
— Предлагаю без комплементов, — с толикой ревности произнёс я. — Саша, корзинку прихвати.
Через пять минут трактор попыхтел обратно. Всю дорогу Ольга придавливала не замолкающего сумасшедшего рукой ко дну телеги. Тот истерично верещал проклятия, и поэтому путь до психушки профессора Крылкина показался очень долгим.
Там мы вручили бедолагу двум могучим санитарам и поскорее покинули обитель светила науки и последователя доктора Фрейда.
Время уже подходило к обеду и потому мы поспешили на вокзал. Одноэтажное деревянное здание, стоящее у железнодорожного пути было заполнено людьми. Разного чина люди ждали прибывающий паровоз. Одни чтоб покинуть город, другие — встретить гостей. На нас косились с любопытством, но без страха. Мещане, служивые и прочий народ больше беспокоились за свои вещи, нежели ожидали зла от нас. Тем более, что с нами был полицейский офицер. Во время ожидания он построил пятёрку городовых и долго их инструктировал, что и как делать, после чего те разошлись по разным входам.
Наконец, появился поезд. И если раньше столб дыма был виден издалека, то паровозы с теплородными котлами кроме чистого пара ничего в воздух не выбрасывали.
Громыхающая стальными колесами на стыках рельсов громада с мерным «чух-чух-чух» подкатилась ближе, а потом заскрипела тормозами. Пятёрка деревянных вагончиков с узкими окошками качалась всё медленнее, а на подножках уже стояли проводники.
Люди поспешили ближе к поезду. В воздухе поднялся шум и гам. Одни махали руками и кричали начавшим выходить приветствия, другие тащили вещи, будто не успеют, хотя поезд точно простоит полтора часа.
— Вот он, — подавшись ко мне, — господин в белой шляпе и с толстым саквояжем.
— Тут таких трое, — огрызнулся я.
— У него бакенбарды. Видите?
Я кивнул и пошёл ближе, проталкиваясь сквозь толпу. Моим подчинённым было проще, толпа сама расступалась перед бронированными барышнями, а уж перед Сашкой и подавно.
Когда подошли совсем близко, я заметил как какой-то паренёк бросил в толпу картонный цилиндрик и почти сразу грохотнуло.
— Попаданец! Попаданец! — заорал паренёк, указывая на мужчину в белой шляпе. — Кто-нибудь, позовите полицию!
Толпа шарахнулась в разные стороны. Мужчина хотел убежать, но брошенные людьми котомки и чемоданы попались ему под ноги, и он чуть не упал.
Он выпрямился, а заозиравшись, увидел выскочивших со свистком двух городовых. От этого он побежал в другую сторону. Прямо ко мне.
— С дороги! — прокричал он, но я подхватил его под локоть.
— Вы верно заблудились. Этот мир непривычен для вас, но я вам все расскажу.
— Отстаньте! — заорал человек, уронив шляпу на перрон. Он ещё раз дёрнулся, но тщетно.
— Не волнуйтесь, здесь вас не обидят.
— Вы меня не за того приняли!
— Вы не волнуйтесь, — мягко ответил я, — пришлые из других миров — наша специальность.
Пока он брыкался, со всех сторон его обступили городовые. Моя команда тоже встала рядом.
— Отцепитесь! — дёрнулся мужчина, — я подданный Швейцарии.
Он попытался вывернуться, и о кирпичи перрона звякнуло железом. Я сначала подумал, что это деньги. Взгляд машинально проследил предмет, и я замер. Прямо у моего ботинка лежал треугольный значок со змеёй.
Я быстро наклонился и, не выпуская человека, подобрал вещь. Внутри все заколотилось. В точности такой же значок я нашёл на кладбище, где на нас напал зомби. Ну, теперь точно не выпущу.
Я злорадно посмотрел на мужчину, а тот побледнел и замер, а потом вдруг выгнулся дугой, точно от эпилептического припадка.
— Единство все равно весь ваш мир… — прохрипел этот неведомый человек. Глаза его закатились, а тело начало трястись в припадке. Изо рта пошла пена. Судороги становились сильнее и сильнее, пока, наконец, он не дёрнулся и не обмяк. Я только и успел подхватить падающее тело.
— Что это с ним? — быстро спросил штабс-капитан, подскочив ко мне. Он сноровисто положил ладонь на шею, прощупывая пульс. — Мёртв.
Я осторожно опустил тело на перрон и сжал в руке значок. Теперь у меня их два, а мужчина оказался настоящим попаданцем. И это было совсем не к добру.
Глава 15
Наваждение первой ласточки
Барон глядел на меня, сверкая злым взглядом. Казалось, даже хотел испепелить. А я смотрел в ответ, подмечая на периферии восприятия притихшего адъютанта. Тот сгорбился и отошёл в самый дальний угол, стараясь не попадаться на глаза и не дышать лишний раз.
Пахло хлоркой и лекарствами. Пахло недавним обедом, который, видимо, приносили его превосходительству в палату, и особенно сильно пахло чесноком. От приоткрытого окна доносилось чириканье самых разных птиц.
— Тебе мало простой просьбы? — процедил Бодриков. Он тяжело дышал и держался рукой за бок. — Тогда я тебе приказываю! Не лезь никуда! Лови своих потеряшек, и ни во что другой не лезь! Мало тебе погибшей группы⁈
— Та группа погибла как раз-таки из-за потеряшек, — насколько возможно спокойно произнёс я в ответ.
— И ты хочешь ещё одну потерять?
— Нет.