Ночная магия (ЛП)

Одно становилось яснее ясного — её катана была рубящим оружием. У неё не было ни досягаемости, ни точности, как у его рапиры. Если она будет сражаться на его условиях, то проиграет.
Заострённый кончик рапиры Бернаджу сверкнул в жемчужном свете. И всё же грани лезвия были тупыми.
Адреналин разлился по её телу, воспламеняя мышцы. «Мне нужно убраться подальше от него». Ей нужно было побежать тенью. Может быть, ей удастся подобраться достаточно близко, чтобы ударить катаной, избегая при этом рапиры.
Урсула сосредоточилась на точке рядом с ним, позволяя теням собраться внутри неё. Оседлав ветер, она помчалась вперёд — и оказалась прямо на острие рапиры.
Это походило на удар кулаком под дых, но посмотрев вниз, она увидела, что лезвие насквозь пронзило её живот. Ужас разрывал её разум на части.
Бернаджу облизнул губы.
— Он приятно тебя наполняет? Хочешь ещё немного?
Боль пронзила её внутренности, перехватывая дыхание. Урсула попыталась вздохнуть. «Я даже не успела атаковать». Это настоящая резня.
Она крепче сжала свою катану, замахиваясь на Бернаджу. Она сильно ударила его в бок, чуть ниже рёбер. Он закричал, выронив свой меч, и отшатнулся.
Его меч всё ещё пронзал её живот, а Бернаджу что-то бормотал на ангельском, пытаясь остановить кровотечение из своего бока.
Она должна была напасть, пока он ещё ослаблен. Но сначала ей нужно вытащить это проклятое лезвие из своего живота.
Отбросив катану, Урсула схватила рапиру двумя руками, рассекая себе пальцы. Стиснув зубы, она дёрнула рукоять от себя. Боль разрывала её на куски.
Со слезами, катящимися из глаз, она снова потянула за оружие. С последним, мучительным криком она вырвала рапиру из себя. Как только Бернаджу закончил последние слова исцеляющего заклинания, она отбросила клинок в сторону. Тот описал в воздухе дугу из крови и металла.
«Как жаль, что у него не осталось оружия».
— Мой клинок! — закричал Бернаджу.
Горячая кровь хлестала из её живота, но она продолжала смотреть на него.
— Тебе это нравится? — прорычала она. — Хочешь, чтобы я не торопилась с тобой?
Лицо Бернаджу исказилось от ярости, и он прыгнул на неё. Урсула подхватила катану и взмахнула ей, вонзая клинок в его горло. Атака пронзила ствол его мозга.
Бернаджу Непобедимый больше не оправдывал своего имени.
Его тело обмякло, содрогнувшись в конвульсиях, и упало на землю. Урсула вытащила свой меч из его шеи.
Агония пробежала рябью по её телу, и она посмотрела вниз на рану у себя в животе. При виде хлещущей крови у неё начало темнеть в глазах. Неистовые возгласы толпы звучали как будто за миллион миль отсюда.
Холод пробирал её до костей, и это была не магия теней.
Урсула упала спиной на холодную грязь, уставившись на ярко-синюю и зелёную Землю. В следующее мгновение появилось лицо Баэла, затмившее Землю. Он поднял её на руки, и она почувствовала аромат сандалового дерева.
Глава 45
Баэл провёл пальцами по её щеке.
— Урсула? Мне нужно, чтобы ты очнулась.
Она открыла глаза, моргая от звёздного света. Земля, почти полная, ярко сияла в небе.
В горле у неё пересохло, разум затуманился. Толпа вокруг взревела.
Голос Хотгара перебил ревущую толпу, как сигнал сирены.
«Я всё ещё здесь. На Лакус Мортис».
Урсула облизнула губы, затем сглотнула. «Мне нужна вода».
— Что случилось?
— Ты убила Бернаджу, но он серьёзно ранил тебя. Я исцелил тебя, но ты пропустила целый раунд.
— Кто сражался?
— Серый Призрак и Чакс из Азимета.
Она была почти уверена, что уже знает ответ, но всё равно спросила.
— Кто победил?
— Серый призрак, — Баэл нахмурился. — Я буду драться следующим. Не думаю, что это продлится долго. Будешь ли ты готова к бою после этого?
«Ни за что, чёрт возьми».
— Конечно.
— Хорошо. Ты сражаешься с Серым Призраком…
Его прервал голос Хотгара, объявивший его имя.
— Я должен идти, — взгляд его светлых глаз пронзил Урсулу, и она наблюдала, как Баэл встал, надевая свой серебряный шлем. — С тобой всё будет в порядке.
 
У неё не было возможности спросить Баэла, что именно он знал о Сером Призраке. Когда она приподнялась на локтях, он уже шёл к центру арены.
Урсула нетвёрдо поднялась, чтобы понаблюдать за сражением. Она бросила нервный взгляд на мужчину рядом с ней. Несмотря на то, что он уже участвовал в битве, одежда Серого Призрака по-прежнему отливала бледно-серым, как кожа трупа.
Дрожь пробежала по её спине, и Урсула снова обратила своё внимание на поединок. Интх — рыцарь — стоял напротив Баэла. Он держал новое, не сломанное копье. Его доспехи блестели в звёздном свете, как новенькие. «Думаю, я не единственная, кого тут исцелили».
Хотгар держал свой гонг.
— Следующий бой — Интх из Альбота против Баэла Падшего, — он с оглушительным лязгом ударил молотком в гонг.
Интх немедленно начал заряжать своё оружие, выписывая наконечником копья сложные узоры. Баэл стоял напротив него, и его тело было совершенно неподвижным, меч он держал небрежно.
Копье Интха вспыхнуло тёмной магией. Он взмахнул им по крутой дуге, выпуская магию из наконечника. Но Баэл без усилий отступил в сторону, свободно держа меч сбоку.
Интх выпустил ещё один разряд. И снова Баэл отступил в сторону. Не вспотел и не использовал магию теней. Даже не потрудился надеть доспехи. Самоуверенный ублюдок. Урсула начинала понимать, почему он был так уверен в себе перед битвой.
Хуже того, в её сознании расцвела растущая уверенность. Видение её самой, лежащей в грязи, с ножом Баэла, приставленным к её сердцу.
Это не просто страх. Это было предчувствие.
Копьё Интха раскалилось добела, и он сделал неуверенный шаг в сторону Баэла. Тем временем Баэл стоял неподвижно, как статуя Никсобаса.
Урсула начинала понимать, что чем неподвижнее тело Баэла, тем смертоноснее его мысли.
Когда рыцарь сделал выпад, наметившись своим клинком на грудь Баэла, тот подпрыгнул в воздух. Струйки теневой магии тянулись за ним, когда он увернулся от кончика копья. Он взмыл над головой Интха, сжимая свой меч и направив его остриём вниз. Одним яростным ударом он вонзил клинок в верхнюю часть рыцарского шлема.
Баэл грациозно приземлился на песок. Когда Интх рухнул, Баэл с тошнотворным хрустом кости выдернул свой клинок из черепа рыцаря.
Онейрои выбежали на кровавое поле, чтобы оттащить тело, и толпа недовольно засвистела. Ещё одна казнь.
Как и в случае с Зотом, весь бой длился всего несколько секунд. Баэл повернулся и зашагал обратно к своему месту на краю кровавого поля. И снова его ледяной взгляд на мгновение остановился на Урсуле, но на лице не было никаких эмоций.
У неё подкашивались колени. Вот и всё — ей нужно победить ещё двух демонов, и она сможет жить. Серого Призрака… ожившего трупа.
И Баэла.
— Поздравляю, Баэл, с выходом в финальную дуэль, — произнёс Хотгар дрожащим голосом. Был ли это страх? Если Баэл собирался вернуть себе титул Меча Никсобаса, у Хотгара были все основания бояться. Месть Баэла тем, кто причинил ему зло, будет быстрой и безжалостной.
— Шлюха Эмеразель теперь сразится на кровавом поле с Серым Призраком. Победитель этого раунда будет драться с Баэлом Падшим.
Сердце Урсулы колотилось, как боевой барабан, кровь бурлила в жилах, пока она выходила в центр арены.
Серый Призрак крался впереди, занимая своё место напротив.
Хотгар ударил в гонг, и её нервы полыхали от волнения.
Урсула сжала катану, не сводя взгляда со своего противника. Её живот пульсировал в том месте, где её пронзили рапирой, но в остальном тело, казалось, полностью зажило.
Она видела бой Серого Призрака, когда тот впервые объявил о своём участии в турнире. Она видела, как он убил пятерых демонов в рукопашной потасовке, и ни один из них не задел его.
И всё же она также видела, как Баэл оживил его в грибном лесу. Так что же, чёрт возьми, там произошло?