Друзья по падению (СИ)

 - Но это возможно? – уточнил Сидней, тем самым вынуждая Эмили ещё раз утвердительно кивнуть головой. – Два звонка. 
 Он показал в воздухе пальцами названную цифру, а затем встал с кресла и достал из внутреннего кармана телефон. 
 Эмили тяжело вздохнула, глядя на его спину. 
 - Только я думала, что теперь всё будет хорошо, как произошло это, - пробормотала Эмили, и я почувствовал на себе её взгляд. – Не вини себя. Здесь нет твоей вины. 
 «Возможно, он подсыпал Альфу мне в шампанское, хотел таким образом выманить меня, если я сама не выйду». 
 Эти слова пронеслись у меня в голове на огромной скорости, и я заговорил прежде, чем смог обдумать, что вообще должен сказать: 
 - Верно, Эмили. Потому что это твоя вина. 
 Её глаза округлились, а рот слегка приоткрылся. 
 Никогда бы не подумал, что Эмили может потерять дар речи. 
 - Прости? – переспросила она, чуть подаваясь вперёд, а её брови взлетели вверх. 
 - Ты сама сказала, что Йен подсыпал тебе в бокал Альфу, - напомнил я, и Эмили отрицательно покачала головой, словно отказывалась в это верить. 
 - В последнее время я не узнаю тебя, Артур, - прошептала она, а затем медленно поднялась со своего места. – Никто не просил её пить из моего бокала. Раз уж на то пошло – виновата лишь она сама. 
 С этими словами Эмили отошла от меня и заговорила с медсестрой, проходящей мимо. Судя по разговору, Эмили от неё что-то было нужно, а медсестра отказывалась это сделать. 
 Спор разрешил подошедший Сидней – он показал ей значок и ещё раз повторил просьбу. Лишь после этого медсестра кивнула головой. 
 Они с Эмили куда-то ушли, а Сидней направился прямо ко мне. 
 - Я договорился насчёт лаборатории для Эмили, - поделился он, присаживаясь на место, где сидел до этого. – Я сейчас отвезу её, а ты… 
 - Я побуду здесь, - пообещал я, хотя знал, что и так проторчу здесь до того момента, пока из дверей не выйдет лечащий врач и не скажет, что с Морган всё хорошо. 
 - Спасибо, - тихо поблагодарил меня Сидней и слабо похлопал по плечу, затем встал и подошёл к двери. 
 Я наблюдал за тем, как Эмили вышла из-за этой двери, держа в руках небольшую медицинскую коробку, они перекинулись парой фраз, прежде чем ушли. 
 Эмили выглядела очень странно в этом порванном платье, которое теперь практически ничего не прикрывало. Возможно, я должен был предложить ей хотя бы пиджак. Но уже поздно думать об этом. 
 Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем я увидел врача (на самом деле часы и правда показывали, что прошло уже около восемнадцати часов), который вышел и громко объявил: 
 - Морган Эванс! 
 Я тут же подорвался с места и за несколько размашистых шагов оказался рядом с мужчиной. Я узнал его. Этот же лечащий врач больше года назад лечил Эмили после того, как она попала в больницу из-за передозировки Альфы. 
 - Вы кто? – спросил он, внимательно оглядывая меня. Не думаю, что он помнил меня, ведь прошло так много времени. И так много изменилось. 
 - Я её парень, - не задумываясь ответил я, а потом понял, что с таким аргументом меня могут не пропустить. – И коллега по работе. Я консультант полиции. 
 Во взгляде мужчины совершенно ничего не изменилось, когда он кивнул головой и заговорил: 
 - Сейчас её состоянию ничего не угрожает. Мы наложили несколько швов на руку и промыли желудок. 
 - К ней можно? – задал я самый интересующий меня вопрос. 
 - Если только недолго, она многое перенесла, - сказал доктор и махнул рукой, приглашая следовать за ним. 
 Мы поднялись на лифте, и доктор Льюис (я всё же смог вспомнить, как его зовут) рукой указал мне на нужную дверь. 
 - Не больше пяти минут, ей нужен отдых, - напомнил доктор, и я кивнул головой, хотя все мои мысли были о том, что именно ждёт меня за этой дверью. 
 - Привет, Мо, - тихо поздоровался с ней я, входя в палату, и она медленно повернула голову в мою сторону. – Глупый вопрос, но как ты? 
 Морган с трудом подняла вверх перебинтованную руку. 
 - Я почти ничего не помню, - скрипучим голосом начала она, а я присел рядом с ней на больничную койку и взялся за её неповреждённую руку. Я начал медленно массировать её костяшки пальцев, ожидая продолжения её рассказа. – Последнее, что помню: мы разговариваем насчёт того, что ты должен рассказать о нас Эмили, а следом врачи уже промывают мне желудок. Надеюсь, в жизни больше этого не почувствую. 
 Я тихо рассмеялся, наклонился к ней и оставил слабый поцелуй на щеке. 
 Не сумев сдержаться, я аккуратно положил её руку обратно на белоснежные простыни и закопался руками в её короткие шоколадные волосы. Может, есть смысл предложить Эмили подстричься так же? 
 И тогда больше не буду вечно находить её волосы по всей квартире. 
 В последнее время они жутко бесили: когда мы спали, они были всюду вокруг меня, я исправно находил несколько светлых волос на чёрных простынях, в ванной я порой находил их в сливе, а один раз вытащил изо рта, пока ел лапшу. 
 Меня бесили длинные волосы Эмили. 
 А у Морган… они такие мягкие, гладкие, с ними удобно играться пальцами. И выглядят они чрезвычайно сексуально. 
 Я поцеловал Морган, и она тут же ответила мне на поцелуй, здоровой рукой притягивая меня к себе. 
 Кардиомонитор тут же запищал, сообщая, что у Морган участилось сердцебиение, и я вновь тихо рассмеялся ей в самые губы. 
 - Аккуратнее, Спиди, сейчас сюда прибегут все врачи, - предостерёг её я, но Морган чуть поднялась и вновь поцеловала меня. 
 Её губы… что творили со мной эти губы. 
 Она была не так опытна в поцелуях, как Эмили, и меня чертовски притягивало это. 
 Сама Морган стала для меня сильнейшим магнитом. 
 И я ничего не мог поделать с этим. 
 - Мо, - застонал я и отстранился, когда её рука медленно начала спускаться вниз по моей груди. – Я не спал уже больше суток, поэтому не думаю, что смогу сейчас сделать что-то хорошо. Но я обещаю, что когда тебя выпишут, я устрою тебе незабываемую ночь. 
 Она лукаво улыбнулась и медленно кивнула головой. 
 - Вот это я понимаю – стимул для выздоровления, - рассмеялась она, и мне ничего не оставалось, кроме как улыбнуться. 
 Мне хотелось её прямо сейчас на этой самой койке с потёкшей тушью для ресниц в мешковатом больничном халате. Для меня она стала самым главным предметом вожделения, а образы того, как я трахаю её на этом самом месте и в кабинет влетают врачи настолько явно создал мой мозг, что мне пришлось немного отсесть от Морган, чтобы не попытаться претворить их в жизнь. 
 Я должен поговорить с Эмили. 
 Рассказать ей обо всём. 
 И сказать прощай. 
 Мне не нравилось врать ей о том, что происходит между мной и Морган. 
 Я уже не любил Эмили. 
 - Мне надо съездить домой, но я скоро вернусь, хорошо? – спросил я, и Морган медленно кивнула головой. В её глазах я заметил мучающий её вопрос. – Да, я поговорю с Эмили сейчас же. 
 Я поцеловал Морган на прощание и вышел из её палаты. 
 Добрался до дома практически без пробок, и, прежде чем вставить ключ в замочную скважину, я несколько раз вдохнул и выдохнул, чтобы собраться с мыслями. 
 Я скажу ей. 
 В квартире было тихо. 
 Её нет? 
 Я разулся и кинул ключи в небольшую коробочку, которую Эмили поставила специально для того, чтобы я не искал их по всему дому. 
 Медленно прошёл в нашу спальню, и именно там обнаружил её. 
 Но почему-то не обнаружил ни единой идеи о том, что собирался ей рассказать. 
 Эмили, свернувшись калачиком в своём кресле для чтения и закутавшись одеялом так, что был виден только нос и то, что выше, спала, под её глазами залегли большие круги. Она наверняка работала в лаборатории, пока не перестала видеть от усталости, а вернувшись домой, пыталась дождаться меня. 
 Боже, какой же я мудак. 
 Я ненавидел себя за то, что и правда собираюсь разбить ей сердце.