В постели с врагом (СИ)

— А ты?..
— Я не псих, если ты об этом! — резко, даже обиженно отрезал он. — Просто… просто у меня случаются в голове некоторые вещи, это сложно объяснить. Я будто… теряю себя. Становлюсь кем-то другим. Я всё понимаю, даже осознаю последствия, но всё равно творю неведомую хрень. Это тяжело поддаётся контролю, но я научился держать себя в руках. Правда научился! Я даже не пью никаких препаратов.
Даже?
Но я промолчала.​​​
— Мне удалось вырваться оттуда, начать абсолютно новую жизнь.
— Вырваться — то есть сбежать?
— Вырваться — это вырваться. Ты не жила в том кошмаре, тебе не понять. Поэтому я был счастлив оказаться здесь и перечеркнуть прошлое. Забыть о Жанне и о том, что у нас было в той клинике.
— У тебя были к ней чувства?
— Нет! — без промедления ответил он. — Я никогда не любил её, и она никогда не была мне нужна. Но я ей… она просто помешалась. Как-то отыскала меня, начала писать, вспоминать прошлое. Даже умудрилась перебраться в пригород с помощью связей своего отца, когда наступила ремиссия. Чтобы не дать мне спокойной жизни. Она преследовала меня! А узнав, что я влюблён в тебя, словно взбесилась.
— И как же она об этом узнала?
— Мне казалось, что это всегда было очевидным. Разве нет? — он улыбнулся. — Другие женщины давно перестали вызывать во мне хоть какой-то интерес.
— Но Жанна… Вы же с ней…
— Плевать я хотел на неё! — он повысил тон и нахмурился. — Она всегда была просто помехой. Назойливой мухой, которая мешала мне прокладывать дорогу к тебе. Ещё этот её муж, который не упускал ни единого случая забраться под чью-то юбку… — была бы такая возможность, он бы непременно сплюнул. — Ты сильно разочаровала меня, Стелла. Ладно Лола, которая не может держать своё взбесившееся либидо в узде. Но ты. Ты!
— Пожалуйста, не надо… — это была опасная дорога. Нужно было срочно с неё сворачивать. — Ты же сам всё знаешь. Всё это произошло от безысходности! Я просто хотела быть хоть кому-то нужной!
— Знаю, — со вздохом ответил он. — Я хорошо усвоил уроки смирения. И терпения. Я знал, что рано или поздно всё равно получу тебя. Я мог бы взять тебя силой, заставить, даже украсть при желании, но я не хотел. Я хотел, чтобы ты тоже полюбила меня. Сама! Без какого-либо насилия! — он приблизил ко мне своё лицо и пристально посмотрел в глаза. — Я хотел, чтобы всё было по-настоящему. Я, ты, наша девочка…
“Она только МОЯ!” — чуть не прокричала я, но снова заставила себя вовремя заткнуться.
— Зачем ты придумал своего сына? Гриша… его же никогда не существовало?
— Ах, это, — он махнул рукой, словно это было чем-то совсем несущественным. — Мне показалось, что это сработает. И сработало же.
Сработало. Гениальный сумасшедший. Врал он очень убедительно. Но кажется, он совсем не задумывался о том, куда потом бы "дел" своего сына, которого никогда не существовало, в случае наших начавшихся вдруг отношений.
— В какой-то момент Жанна стала большой помехой, — неожиданно он переключил тему. — Стала мне докучать, требовать встречи. Предлагать какие-то безумные идеи нашего совместного побега. Её ремиссия оказалась дотошно стойкой, и пришлось слегка подкорректировать её лечение. Это было необходимостью. Достать нужные препараты не составило никакого труда.
— Бывших психов не бывает, как и бывших наркоманов… — грустно вырвалось у меня.
Андрей, который всё-таки, наверное, не Андрей, по-доброму улыбнулся.
— Верно… Но я здоров. Полностью. Ты же мне веришь?
Конечно, я ему не верила. Но оказалась не такой глупой, чтобы озвучить и это. В стрессовой ситуации учишься принимать решения невероятно быстро.
А ещё я поняла, что только здесь и сейчас я узнаю всю правду. Он открыт, и нужно этим воспользоваться. До того как… для него всё закончится.
— Это ведь ты отравил Бонго, да?
— Прости, но мне пришлось, — его сожаление звучало действительно искренне. — Пёс был славным, правда, и ничего против него я не имел, но я знал, что твой бывший его ненавидел… Ты же наверняка подумала на него, правда? Терзала себя сомнениями, обвиняла его — хотя бы мысленно. Глупая выходка, знаю. Ребячество какое-то, — он скромно улыбнулся, и я едва сдержалась, чтобы не влепить ему пощёчину.
 
Ребячество?! Я едва не потеряла в ту ночь своего ребёнка!
Лучше бы он этого не говорил… Лучше бы соврал.
Ненависть и злость огромными чёрными клубами заволокли моё сознание. Я едва сдерживалась, чтобы не выплеснуть всё, что на самом деле накипело в душе. А накипело там столько…
Но я понимала, что нельзя. Правосудие буду вершить не я. И у меня остались ещё вопросы, до того как захлопнется и его клетка тоже.
— А Игорь? За что его? Мы же уже шли к разводу, я не любила его, ты знал это! Зачем ты его убил?
— В смысле? — он подался вперёд и непонимающе округлил глаза. — Ты это серьёзно сейчас? Он ходил от тебя налево два с половиной года, хотел оставить ни с чем! По-твоему, это справедливо?! Всё досталось бы его похожей на шлюху бабе. А ты?! Всё его имущество должно принадлежать тебе. И я помог! Думаю, что ты должна быть мне за это благодарна, — произнёс он даже с какой-то обидой. — Теперь у тебя есть деньги, и ты можешь не волноваться о будущем. Хотя ты и так можешь о нём не волноваться, ведь теперь у тебя есть я. У Вас.
Уточнил он и опустил взгляд на мой живот. Взгляд, наполненный… нежностью. В сложившейся ситуации она казалась даже аморальной.
— Можно? — протянул руку, намереваясь коснуться.
В другой ситуации я бы никогда не позволила ему это сделать, но сейчас… Сейчас мой предыдущий план дополнился новыми деталями. Стал более чётким и выполнимым.
Да, он теперь знает, что я не спала и всё слышала, но ведь я могу и не быть столь категоричной. Могу начать подыгрывать ему, чтобы сохранить наши с дочерью жизни. Ведь у меня нет никакой уверенности в том, что он не избавится от меня как от ненужной свидетельницы. Теперь я знаю слишком много, и ему это не на руку.
Любовь ко мне? Да разве я знаю, как любят сумасшедшие? И любят ли они вообще?.. Судя по поступкам, это больше похоже на какую-то одержимость, но точно не на то самое чувство.
Я должна продолжать игру.
— Конечно, можно, — кивнула я, и он аккуратно положил ладонь на мой круглый живот. С придыханием погладил его и сделал то, от чего я вначале едва не пришла в ужас — прижался к нему щекой.
— Потрясающее ощущение, — улыбнулся он и прикрыл глаза. Я не двигалась и даже почти не дышала, изо всех сил стараясь привести сердцебиение в норму. — Настоящий человек, это чудо какое-то. Славная будет девчонка, я уверен.
То, что он говорил о моей дочери как о человеке, который точно родится и будет жить, вселило необычайный оптимизм. Стало быть, он не планирует сделать мне ничего плохого. Ведь если пострадаю я, то и она тоже!
Возможно, он на самом деле любит меня и мою ещё не родившуюся дочь. Да, любит — вот такой странной, даже страшной, покорёженной сумасшествием любовью. И он не желает нам зла. Всё, что он делал, делал во имя этого чувства. Не обращая внимания на то, что весь его путь залит чьей-то кровью.
Игорь, Бонго, теперь наверняка Жанна… И кто знает, что было в прошлом.
Я должна воспользоваться его слепой одержимостью и обыграть. Другого выхода просто нет.
— Я тоже думаю, что она будет славная, — согласилась я. — Я хочу назвать её Элис.
— Почему Элис? — Андрей поднял наконец голову, и я смогла уже дышать полной грудью.
— Моя бабушка родом из Эстонии.
— Хорошее имя, мне нравится, — он улыбнулся и снова погладил мой живот. — Я всегда хотел, чтобы у меня была дочь. Маленькая крошка, похожая на свою мать. Женщину, которую я непременно буду любить. И ты знаешь, ведь всё сбылось… практически.
— Практически?
Он посмотрел на меня. Тяжело. Пристально. В упор.
— Потому что ты сдашь меня, Стелла, увы. После услышанного и того, что я тебе рассказал…
Внутри всё покрылось льдом. Нет, нет, только не это! Самый ужасный исход в моей голове выглядел именно так!