В постели с врагом (СИ)

— Кстати, чуть не забыл, — ожил первым Андрей и достал из внутреннего кармана джинсовой куртки мини-упаковку моих любимых конфет. — Надеюсь, тебе их можно?
— Конечно, можно, — я с благодарностью забрала презент, предвкушая, с каким удовольствием выпью перед сном чай.
Он смотрел на меня внимательно, даже пристально и с каким-то обожанием. Я поймала себя на мысли, что Ринат никогда на меня так не смотрел. Его взгляды дерзкие, раздевающие, а Андрей… он смотрит так, как смотрит мужчина, который… влюблён.
Не знаю, что это — гормоны или что-то ещё, но я вдруг обратила внимание, что смущаюсь рядом с ним. Не потому, что знаю о его чувствах ко мне, а потому что… сложно это объяснить. Меня тянуло к нему просто как к человеку. С которым мне запрещено общаться.
— Кажется, ты солгала мне, сказав, что у тебя всё в порядке, — чуть склонив голову набок, Андрей посмотрел мне в глаза.
— Я не вру — опасность миновала.
— Я не о здоровье.
Разве я скажу ему, что нет, не всё в порядке, ты прав? Мне постоянно кажется, что отец моего будущего ребёнка что-то от меня скрывает, что я не верю ему так безусловно, как должна верить женщина своей половине. Не скажу. Ринат — моя новая семья, а выносить сор из избы никогда не входило в перечень моих привычек. Хотя поделиться очень хотелось, особенно с Андреем. Но… это точно будет лишним.
— Всё отлично, — обтекаемо ответила я, выжав, как мне показалось, искреннюю улыбку. Но Андрей мне не поверил, я поняла это по его тревожному взгляду.
— Я могу что-то сделать для тебя? — он отчего-то понизил тон и подошёл ещё чуть ближе. — Что угодно, только попроси.
— Спасибо, но нет.
— Я волнуюсь за тебя.
— Пожалуйста, Андрей, не нужно. Я правда в порядке, Ринат относится ко мне очень хорошо.
— Я понимаю, что ты не обязана слушать меня, но… присмотрись к нему. Он не тот, кем хочет казаться.
— Ты что-то знаешь? — я прищурила глаза. Сердце забилось чаще. Отчего-то вспомнила и те таблетки, и дурацкую Веру, и несчастную Жанну. — Скажи мне, если да.
Он молчал, и я не знала, как это расценивать.
— Пожалуйста, Андрей, мы же друзья, — я тоже сделала шаг к нему, и теперь мы стояли слишком близко друг к другу, почти вплотную.
— Друзья… — он горько усмехнулся и, бросив быстрый взгляд на мои губы, вернул внимание глазам: — Что ты знаешь о его жене?
— Бывшей жене, — надавила я. — Если ты о том, что она психически больна — я знаю.
— Она психически больна?
Это явно стало для него открытием.
— Да, у неё есть некие проблемы… незначительные, — я решила не продолжать, вдруг это секрет, а я разболтала. Хотя я знала, что Андрею можно доверять. — А что имел в виду ты?
— Ты знаешь, чья она дочь?
— По-моему, её отец какой-то врач.
— Не какой-то врач, а очень известный в северной столице хирург. Около полугода назад он умер. А чуть раньше ушла из жизни её мать.
— Прискорбно, — ну а что я ещё должна была сказать?
Я не понимала, что такого важного в этой информации, но что-то подсознательно меня зацепило, только вот никак не могла понять, что конкретно…
— Я узнал, что именно он поспособствовал продвижению Каримова по карьерной лестнице. Можно сказать, что отец жены сделал ему имя в мире медицины.
Ах вот он к чему клонит…
— То есть ты хочешь сказать, что когда-то он женился на Жанне из-за корыстных мотивов?
— А думаешь, нет? Насколько успел понять я, любовью там и не пахло.
— Между мной и Игорем в последние годы ею тоже не пахло, но это не значит, что мы сочетались браком не по любви, — отрезала я чуть резче, чем того требовала ситуация.
Я понимала, что его желание выставить Рината не в лучшем свете вполне объяснимо, но слушать плохое о своём мужчине не хотела.
А если быть точнее, не хотела добавлять в копилку и так ставших ненавистными подозрений ещё одно.
— Не буду делать вид, что мне нравится твой выбор, Стелла, я не верю ему.
— Тебе не понравился бы любой мой выбор, — мягко парировала я, намекая на его чувства. — Но он таков, и если ты меня уважаешь, то примешь его. Ладно, мне пора, — я сделала пару шагов назад и выдавила извиняющуюся улыбку. — Скоро полдник.
 
— Да, да, конечно. Можно я загляну к тебе ещё? Поболтаем.
Нет! Нельзя! Ринат не обрадуется!
Но Андрей единственный человек, которому я доверяю. Я не могу с ним так. Просто не могу.
— Я позвоню тебе, поболтаем по телефону, — и зачем-то осмотрелась по сторонам. Андрей понятливо кивнул.
Уже уходя к лифту, я услышала, как он окликнул меня по имени:
— Стелла!
Я обернулась.
— Можешь выбросить их, я не обижусь. Я всё понимаю, — и указал взглядом на цветы.
Нет, это невыносимо! Слишком тяжело.
— Я оставлю их, — улыбнулась я и зашла в лифт. А выйдя на своём этаже, с тяжёлым сердцем опустила чудесные пионы в урну.
Перекусывая у окна отбивной, я обдумывала наш разговор с Андреем, вспоминала его предостережения и старалась гнать от себя плохие мысли. Если я хочу быть с Ринатом, то должна верить ему. И только ему! Иначе ничего не получится.
Я беременна его ребенком, я должна быть мудрее. Ради нашей будущей семьи.
Да, история с Жанной мутновата, но всё прошлое пусть будет в прошлом. Сейчас он начинает новую жизнь со мной, разводится с женой. И он не бросил её, как сделали бы многие, отправил к любящим родителям…
Я даже жевать прекратила, когда до меня дошло. Прежде вкусная отбивная застряла поперек горла.
"Около полугода назад отец Жанны умер. А чуть раньше ушла из жизни её мать".
Нет, это какая-то ошибка, Ринат же сказал, что она у них… Андрей что-то путает. Не знаю, где он раскопал эту информацию, но это точно что-то не то.
Но как бы я ни пыталась себя убедить, червяк сомнений уже прогрыз дыру в душе, я не могла думать ни о чём другом. Даже возникла мысль подняться к нему в кабинет и спросить прямо: что это было?
Как она могла поехать к родителям, если они умерли?
Что за абсурд!
Я хорошо помнила тот наш разговор, он точно сказал, что Жанна будет жить с мамой и папой. Зачем он так сказал?!
Я понимала одно: один из двух мужчин — намеренно или нет — сказал мне неправду, и мне срочно нужно было выяснить, кто именно.
По логике, Андрей мог бы наговорить на Рината, но он не знал о том нашем разговоре и понятия не имел, что я думала, что они живы! Выходит…
До самого вечера я ходила туда-сюда по палате, сна не было ни в одном глазу. Я ждала Рината. Он обещал приехать и привезти мои вещи. Я так сильно накрутила себя, что, когда открылась дверь, едва не набросилась на него с расспросами прямо у порога.
— Ты долго.
— Прости, немного задержался, уезжая с работы, — он поцеловал меня в щеку и поставил пакет на кресло. — Надеюсь, ничего не забыл, список проверил дважды. Ты как?
— Хорошо… всё хорошо, — рассеянно кивнула я и нервно облизала губы. — Ринат, а… ты в курсе, как там сейчас Жанна?
Он одарил меня подозрительным взглядом.
— С ней всё нормально, а почему ты спрашиваешь?
— Ну, просто… Я сейчас в больнице и подумала о ней, её диагнозе. Должно быть, ужасно провести в казённых стенах несколько месяцев или даже лет.
— Странно, что ты о ней так печёшься, — подозрение из его взгляда так никуда и не ушло.
— А почему странно? И я не пекусь, просто несмотря на то, что она до сих пор твоя жена, я не желаю ей зла, только скорейшего выздоровления. Уверен, что родители дадут ей должный уход?
— Более чем. Слушай, да что с тобой, откуда столько интереса к жизни и здоровью моей уже практически бывшей жены?
Вдоль позвоночника прошёл холодок.
Он говорит так, словно они живы… Неужели Андрей меня обманул?
Узнать это я могла единственным способом — спросить прямо. И именно сейчас, иначе я настолько себя накручу, что не раскручусь целый год.
— Иди сюда, я соскучился, — Ринат протянул руки и заключил меня в объятия. И если раньше я от этого таяла, то сейчас была напряжена словно струна. Я прильнула к его груди, ни на секунду не прекращая думать о том, что следующим вопросом я могу всё испортить. Но молчать я тоже не могла.