В постели с врагом (СИ)

— О, Господи! — я даже слегка отпрянула.
Конечно, не могу сказать, что это стало для меня огромной неожиданностью — его жена всегда вела себя подозрительно странно, было видно, что что-то с ней "не то". Лола вообще предполагала, что она сидит на тяжёлых наркотиках. Но то домыслы, а то — услышать это от Рината лично…
Стало очень не по себе.
— А что именно с психикой? Она… Это шизофрения?
— Нет, к счастью, всё не настолько плохо. Но у неё есть некие отклонения, которые практически не поддаются лечению. Весной и осенью всё особенно обостряется. Она начинает плохо себя чувствовать, приходят сильнейшие мигрени, бессонница, навязчивые суицидальные мысли, затяжная депрессия. Иногда даже галлюцинации. Она нуждается в постоянном наблюдении специалиста. Я… — он тяжело вздохнул и сдавил подушечками пальцев переносицу. — Я не могу оставить её. Пока — не могу. Прости.
Теперь всё встало на свои места. Её замкнутость, вечная отстранённость. Её "инопланетность".
Она серьёзно больна.
Мне было жаль бедную Жанну, жаль Рината, которому выпала такая сложная доля. Но и себя мне было жаль тоже!
Да, это эгоистично, но я на самом деле была готова поменять свою жизнь, думала, что, может быть, есть хоть какой-то шанс… Но сейчас поняла, что шанса нет и никогда не будет.
Он не оставит её, не сможет. Он взял за неё ответственность. Как мужчина, как врач, в конце концов.
Он — единственная её опора.
Теперь стало понятно, почему он закрутил роман со мной — ему нужна была отдушина. Просто женщина, чтобы выпустить пар. Как бы цинично и горько для меня это ни звучало.
— Когда мне предложили должность заведующего отделением здесь, я согласился не раздумывая: отдалённость от цивилизации, свежий воздух, минимум контактов с социумом — идеально для неё. Я думал, что здесь ей станет лучше, но нет, к сожалению, заболевание по каким-то причинам начало прогрессировать сильнее.
И он не врёт. Даже я заметила, что когда они только переехали, Жанна была как будто более живая, она хотя бы изредка, но выбиралась из дома, возилась на лужайке со своими цветами. А теперь её если и можно было увидеть, то исключительно только в окне. Бледную и как будто замученную.
А если… если это я виновата в том, что её приступы, или что у неё там, стали чаще? Может, она что-то почувствовала, но ввиду своей болезни не могла или не знала, как выразить тревогу? Ведь каждая женщина чувствует, когда её муж отдаляется.
Или вообще увидела что-то…
Боже, что я натворила!
Мне стало дико стыдно. Я ощутила себя распущенной и грязной. И в мыслях появилась странная аналогия, как будто я отняла конфету у умственно-отсталого ребёнка.
Я как будто воспользовалась ситуацией и захапала в свою постель чужого мужа!
Да, я не знала о её проблемах, да, Ринат соблазнил меня первый, видит Бог, я пыталась бороться со своей к нему тягой. Но всё равно я должна была это предотвратить! Должна была!
Но если раньше я этого не сделала, то…
— Эй, что с тобой? — Ринат приподнял большим пальцем мой подбородок и с тревогой посмотрел в глаза. — Ты сама не своя стала.
— Нет, всё… всё нормально. Я, наверное, пойду, хорошо? — выскользнув из кольца его рук, я не глядя отыскала на софе свою сумочку. — Извини, что отвлекла.
— Подожди, мы ещё не договорили.
— Нет, я всё поняла, правда. Прости, мне правда пора.
Он говорил мне ещё что-то вслед, но я уже не слушала, просто выбежала пулей из кабинета и даже не стала дожидаться лифта, просто свернула в сторону указателя "ЕXIT".
Я спускалась по многочисленным ступенькам многочисленных этажей, размышляя о том, во что превратилась моя жизнь. Я изменяю своему мужу, изменяю с женатым мужчиной, супруга которого психически больна. Тем самым разрушая не только свою семью, но и семью Рината тоже.
Хорошо — от моей семьи и до появления Рината уже осталось подобие дрожащих на ветру руин, но его брак наверняка был нормальным, если можно так сказать о союзе, где один из супругов слегка сумасшедший…
Но ведь это не я начала кадрить его первая! Не я! Я бы ни за что никогда даже и не посмотрела в его сторону, если бы он первым не проявил такой многозначительный интерес.
 
Как теперь разобраться, что же им двигало? Желание разнообразить свою жизнь, как-то отвлечься от проблем, или на самом деле у него ко мне тоже начали появляться какие-то чувства?
Впрочем, какая теперь разница? Разорвать этот порочный круг должна именно я! Он не должен метаться между мной и больной женой. Я обязана самоустраниться.
От одной только мысли, что на этом всё, стало очень горько. Так, что по щекам потекли слёзы. Не будет наших встреч, я больше не увижу его улыбку, и он никогда меня не обнимет…
Я расцветала рядом с ним. Именно рядом с ним я начала принимать себя, чувствовать себя красивой и сексуальной. А ещё я наивно начала допускать мечты, что, может быть, когда-нибудь мы будем даже вместе, и нам не придётся ни от кого прятаться.
Я начала в него влюбляться, как последняя дура! А теперь я должна уйти.
Вытирая слёзы, я вышла на парковку и очень удивилась, когда увидела возле своего автомобиля ожидающего меня Рината.
Это очень меня удивило и… обрадовало. Несмотря на то, что внутри себя я уже практически приняла твёрдое решение, я всё равно была ужасно рада его видеть.
— Как ты здесь оказался?
— Спустился на лифте. Но тебя я там не заметил.
— Я спускалась по лестнице… — я воровато осмотрелась по сторонам. Нас же могут увидеть вместе! Но это, кажется, волновало только меня — Ринат выглядел довольно собранным и спокойным. Сложенные на груди руки, внимательный взгляд и подчёркнутая линия идеальных губ… Всё-таки он прекрасен. И он не мой.
— Почему ты убежала, Стелла? — вопрос прозвучал мягко, не обвиняюще, скорее немного взволнованно. — Что произошло?
Можно было бы что-то придумать, но я устала ходить вокруг да около.
— Твой рассказ… Я не знала, что Жанна больна.
— И что это меняет?
— Что это меняет? Да всё! — выкрикнула я громче положенного. И лишь осознав, что так я точно привлеку к нам лишние глаза и уши, понизила тон: — Это всё меняет, Ринат! Ты же не оставишь её — это очевидно, а я не смогу делить тебя с ней вечно. И встречаться украдкой годами я тоже не сумею! Мне тяжело так, понимаешь?
— А ты думаешь, мне приятно всё это? — тепло произнес он и провёл костяшками пальцев по моей щеке. — Я думаю о тебе каждую ночь, мне чертовски сложно разрываться между чувством и долгом.
— А если бы Жанна была здорова? — задала я волнующий, но определенно скользкий вопрос. — Если бы не было всех этих проблем, это бы что-то изменило? Между нами.
На секунду он замешкался, словно не зная, что именно ответить. Но действительно лишь на секунду.
— Зачем думать о том, чего нет? Так вышло, ничего уже не изменить.
— То есть ты никогда не разведёшься с ней, да? Предлагаешь нам и дальше просто оставаться любовниками без всяких обязательств?
Ещё мгновение на раздумье… И эта пауза сказала мне намного больше, чем все вместе взятые слова.
— Прости, мне нужно ехать, — я засуетилась, выискивая в сумочке ключи от машины, но Ринат твёрдо перехватил мою руку, заставив тем самым посмотреть ему в глаза.
— Тебе было плохо со мной всё это время? Мне так не казалось, — неожиданно его вторая рука заскользила по моему бедру, что сразу вызвало волну паники… и предательского удовольствия.
— Бога ради, не здесь… — я снова обернулась, потом подняла голову и пробежала взглядом по многочисленным этажам дорогой клиники. — Вдруг нас кто-то увидит!
— Ты слишком загоняешься, слишком всё драматизируешь, — широкая ладонь довольно крепко сжала мою ягодицу, заставив непроизвольно ойкнуть. — Тебе было хорошо все эти недели, — прошептал на ухо, припечатав моё тело к своему. — Ты наконец-то узнала, что такое оргазм. Видела бы ты себя в эти моменты — ты была прекрасна. Ты и сейчас прекрасна… — и в самое ухо: — Сейчас у тебя точно такое же лицо.