Повелительница каменных монстров (СИ)

— Всё может быть, драго Ревьер. Пока сложно судить. Мы ничего о ней не знаем, как и она о нас. Возможно, она просто полукровка. Быть может, в ней течёт кровь ведьмы и оборотня полной луны… Мы давно не встречали представителей последней расы, но они не вымерли, а просто ушли… Они могли вернуться.
Ведьма с кровью волка? Об этом я даже не думал, но если учитывать то, что она умело скрывалась от бритоголовых немало времени, то всякое могло быть.
Пока ректор с моим братом обсуждали варианты, я пытался разобраться с информацией, которая хранилась в моей голове.
— Ведьма пришла сюда из другого мира — это факт, — уверенно произнёс я.
— Почему ты так убеждён в этом Кайлан? — вздрогнул ректор.
Две пары глаз уставились на меня, полностью обнажая истинную сущность своих обладателей: вертикальные зрачки драго Ревьера подсвечивались красным, а у Рихтера желтоватым. Интересно, а у меня каким цветом они светились? Захотелось вдруг посмотреть на себя со стороны в процессе обращения.
— Старая ведьма, у которой я и отыскал Эйвери, дала мне это…
Я достал из кармана медальон, который должен был отдать ведьме, но так и не успел, потому что разговор у нас с ней, мягко говоря, не складывался.
— Цепь покрыта тонким слоем магической пыли от портала миров… Я не сразу понял это, лишь когда вспомнил о легенде. Сначала я думал, что это ржавчина, но на неё совсем не похоже.
Рихтер взял медальон из моих рук и приблизился к ректору. Они вместе принялись рассматривать вещицу, а я на мгновение почувствовал себя виноватым — это не моя находка, я должен был отдать его владелице. Я ведь пообещал старухе, что передам медальон.
— Это вполне может оказаться магическая пыль портала миров. Нужно дать эту вещицу профессору Сьюррету, — заключил ректор после тщательно осмотра.
В том, что нашего алхимика медальон непременно заинтересует, я даже не сомневался, вот только я обещал отдать его Дикарке.
— Возможно, для начала следует спросить разрешение у владелицы. Ведьма просила отдать его Дикарке…
— Эйвери, — поправил меня ректор с нескрываемым раздражением в голосе.
Время от времени моё поведение злило его, но что поделать с этим?! Вероятно, такая у меня особенность — быть раздражителем для окружающих и питаться их эмоциональной энергией.
— Пусть будет так, — развёл я руками.
Я подошёл к столу, чтобы забрать медальон, но непонятно откуда появился мелкий ушастый шейод. Он запрыгнул на стол, схватил цепочку своими цепкими лапами и быстро забрался на шкаф за спиной драго Ревьера. Его ловкости можно было только позавидовать. И как он остался здесь незамеченным? Наверное, пытался выведать наши секреты, чтобы защитить свою ведьму. С таким фамильяром Дикарка точно не пропадёт.
Обдумав свои мысли, я постарался вспомнить, не говорили ли мы о чём-то запретном? Ну, а вдруг в нашей речи промелькнули слова о пытках над ведьмами во времена инквизиторов? Ничего подобного однозначно не было, и я смог спокойно выдохнуть.
— Ушастый, верни, пожалуйста, эту штучку! — вежливо попросил я. — Малышам нельзя баловаться неизвестной магией.
Глаза мелкого налилилсь кровью. Он выглядел очень злым и готов был наброситься на меня в любую секунду, если попробую отнять медальон.
— А это у нас?.. — поинтересовался Рихтер.
— Фамильяр ведьмы. Тоже удивлён? — негромко хохотнул я.
Брат широко распахнул глаза и перевёл внимание на шейода.
— Я считал, что только один представитель этой расы выжил.
— Не ты один! — покачал головой я.
В дверь кабинета постучали, и драго Ревьер позволил войти нежданному гостю. Как оказалось «гостьям».
— Мейс пропал! — влетела в кабинет Дикарка, словно взбешённая фурия, а следом за ней вошла Ариэлла, снова бередя воспоминания о том, что у нас могло бы быть, выбери она меня.
Я отвернулся от чужой жены и посмотрел на Дикарку. Так и поднывало спросить — не сама ли она желала избавиться от навязанного судьбой фамильяра, но я промолчал, а мелкий гуманоид спустился, приблизился к своей хозяйке и протянул её медальон.
 
— Мейс вернул то, что принадлежало Хранительнице, — прошипел он, озираясь на меня и ректора и поджимая уши.
— Хранительнице? — в один голос спросили все присутствующие в кабинете и уставились на шейода.
— Мейс не знает, Хранительницей чего является хозяйка, но это знак хранителей старейшего племени ведьм, в памяти Мейса заложена такая история.
Мы с ректором переглянулись. Дикарка сжала медальон в руке и посмотрела на меня с какой-то затаённой обидой. Я закатил глаза и немного покачал головой.
— Да ладно! — взмахнул рукой я. — Можно подумать, что ты дала мне хоть малейший шанс поговорить с тобой нормально и передать эту вещицу… — пробормотал я себе под нос, не понимая, какого чёрта вообще пытался оправдаться перед ней.
— Ваш амулет, Эйвери… Есть предположение, что вы прибыли сюда из другого мира. В таком случае вы можете находиться в ещё большей опасности, чем мы могли предполагать изначально, — решил поговорить начистоту драго Ревьер.
— Это не мой амулет, — отрицательно помотала головой Дикарка. — С чего вы взяли, что он мой?
— Старуха попросила передать его тебе, когда ты продумывала в своей маленькой головке план очередного побега. Она сказала, что когда нашла тебя раненой в лесу, эта вещь была у тебя. Почему она скрывала это от тебя и не отдала его тебе раньше, я не знаю. Она не успела сообщить, потому что предчувствовала, что ты решишь сбежать.
Я выдал всё как на духу и тяжело вздохнул. Хотелось уже покончить с этим и убраться куда-нибудь подальше. А лучше всего пойти на лётную площадку, распахнуть крылья и почувствовать свою вторую ипостась, по которой я уже успел соскучиться.
— Если вы позволите, то наш алхимик изучит его внимательнее… — попросил драго Ревьер, а Дикарка сжала медальон своими тонкими пальчиками.
Она посмотрела на него несколько секунд, словно пыталась вспомнить, поджала губы и отрицательно помотала головой.
— Скорее всего, его мне кто-то подкинул. Это не моя вещь. Я неуверена, что стоит изучать его, но если хотите…
Дикарка приблизилась к столу ректора, положила медальон перед ним и вернулась к своему мелкому фамильяру. Присев перед ним на корточки, она улыбнулась.
— Ты прости меня и не пропадай больше. Ладно?
— Мейс больше не исчезнет, Мейс хотел защитить тебя!
Я посмотрел на ректора, и он будто бы прочёл мои мысли.
— Нам следует пригласить в гости Найела, чтобы познакомился с Мейсом. Возможно, королевский шейод знает чуть больше о Хранителях и сможет помочь нам начать думать в правильном направлении.
Дикарка выпрямилась и кивнула. Она на мгновение прикрыла глаза, и я понял, что она ужасно устала.
— Позволите проводить Ди… — я на секунду оборвался, — Эйвери в спальню? Она наверняка устала с дороги…
— Конечно, Кайлан. Так будет правильнее. Вам следует отдохнуть, Эйвери, а затем мы продолжим разговор.
Дикарка кивнула. Рихтер начал говорить ректору что-то о новой защите, которую хотел установить в ближайшее время, а Ариэлла посмотрела на меня и выдавила виноватую улыбку. Она вела себя так, словно чувствовала вину за то, что выбрала моего брата. Но она была счастлива с ним, поэтому я пытался убедить её, что никогда не чувствовал к ней ничего большего, чем просто дружескую заботу.
Дикарка с шейодом вышли из кабинета, и проходя мимо Ари, я шепнул ей:
— Кто знает, быть может, это и есть моя ведьма из предсказания?!
Она улыбнулась… Ну ещё бы сказала, что так всё и есть. В предсказания мадам Жаннер я не особо верил, потому что сбывались они через раз, но не смог сдержаться и не сказать Ари хоть что-то.
 
Выйдя в коридор следом за Дикаркой, я постарался натянуть на лицо маску безразличия.
— Ты влюблён в неё? — с состраданием в голосе поинтересовалась Дикарка.
— Что? — я не сразу сообразил, о ком она. — Ари? Она жена моего брата…
— Но это не мешает тебе быть влюблённым в неё… Впрочем, это твоё дело, я не советчик в любви. Не знаю, любила ли я когда-то…