Не причиняя зла (СИ)
Небо быстро темнело, город зажигал огни. Где-то далеко слышались гудки паромов. Свежий морской ветер трепал флаги, выстроенные в ряд перед каким-то важным зданием.
Я бежала к очередной дороге. Голова разрывалась, лёгкие не справлялись, и кислород не поступал в нужном количестве. Казалось, я вот-вот упаду и больше не подам признаков жизни.
«Ещё дальше!»
Показался строительный забор. Увидев дыру, я пролезла туда. Место было примерзкое. Земля перерыта. В одной яме стояла вода. Недостроенное здание выглядело бесхозным и опасным.
Когда я услышала крики и знакомую мне турецкую речь, прыгнула в одну из ям. Вода была по колено, но это лучше, чем быть пойманной.
— Bu tarafa!* (тур.: В эту сторону!)
— Kız o tarafa gittiğini zan etmiyorum. Az önce buralardaydı* (тур.: Не думаю, что девчонка побежала туда. Только что она была здесь).
— O zaman nerede?* (тур.: Тогда где она?)
Спиной вжалась в сырую землю, глотая ртом воздух, по щекам побежали слёзы. Я ещё ничего не понимала. Как всё это могло произойти? Я не чувствовала опасности. Днём мы с Семёном провели две экскурсии, валились с ног, но были довольны наплывом туристов. Мы пообедали в кафе, что находилось недалеко от нашего офиса, практически на берегу моря. На ближайшую неделю у нас были грандиозные планы. Семён сам лично излагал свои мысли по поводу того, что нам предстоит изменить. Я же с энтузиазмом ему поддакивала.
Часам к шести позвонила Лада и пригласила меня на котлеты. Слюни потекли рекой от одного только слова «котлета», и я, конечно же, согласилась.
Дома быстро переоделась в чистые джинсовые шорты и серую футболку, надела кепку, взяла рюкзак и отправилась к дому, где жили Лада с Семёном.
Я замедлила шаг, заметив во дворе две чёрные машины. Никогда раньше не видела здесь таких машин. Я ко всему относилась с подозрением, но тут попыталась успокоить себя. Возможно, в одной из квартир живёт шишка местная.
И только когда створки лифта открылись на шестом этаже, я поняла, что у меня отличная интуиция. Меня встретил Махмуд. Старина Махмуд, от которого я когда-то сбежала в городе Энгельс.
Что ж, Денис, плохая была идея свести меня с русскими.
До сознания быстро дошло, что к этому руку приложила Лада. Я, наивная, думала, что она больше не ревнует меня к мужу. Как же я ошибалась. И она сумела выяснить, кто меня ищет. Я имени не скрывала, в интернете информации хоть отбавляй. Делов то…
Где-то рядом заквакала лягушка. Холодало. Я сидела в грязной жиже уже больше часа. Голосов я не слышала, но боялась пошевелиться. А вдруг они не ушли и караулят меня у той дыры.
Над головой в траве запели сверчки. Отлично! Меня развлекает хор земноводных, а подпевает им стрекотун из отряда прямокрылых.
Ноги потонули в слякоти. Я схватилась за корень дерева и подтянулась. Вокруг ни души. Темнота окутывала каркас дома, отчего он выглядел зловеще. Но я все равно пошла туда, выбравшись из ямы. Я старалась идти бесшумно. Грязь на ногах моментально подсохла, стало неприятно. Чувствуя дрожь во всём теле, то ли от холода, то ли от страха, я забралась на платформу, уселась между двумя большими досками и стала ждать. Я выйду отсюда только глубокой ночью.
Устроившись, я задумалась.
С тех пор, как я сбежала от Махмуда, прошло два года. Больше я Махмуда и других людей отца не видела. Тем не менее, Денис постоянно сообщал мне о том, что власти до сих пор озабочены исчезновением дочери уже знаменитого посла. Иногда СМИ рассказывали, какой путь прокладывает Эдиз Демирель, чтобы найти меня. Он и не догадывался, что я об этом тут же узнавала. Ден прокладывал маршрут так, чтобы увезти меня подальше от «нюхачей» (так он называл всех, кто пытался разыскать меня). Да, бывали проколы, случайности, но до сих пор я не попадалась ни Махмуду, ни кому-либо ещё на глаза. Напав на след, они быстро его теряли.
Странным образом власти не смогли вычислить, что я передвигалась по миру под фальшивыми паспортами. Неужели нельзя было восстановить цепочку и дать работникам аэропортов наводку? Фотографии на паспортах мало чем отличались друг от друга. Меня могли вычислить. Но до сих пор этого не произошло.
***
Южная Корея, г. Чеджу
2022 год
Кто бы мог подумать, что всё моё приключение обернётся именно так. Я лежала на смятой постели, едва прикрытая простынёй, и смотрела на ночное небо Чеджу через большое окно. Сильные руки прижимали меня к себе. Спиной я чувствовала тепло его тела и боялась пошевелиться. Боялась спугнуть сладкое мгновение.
Снова непрошеные слёзы обжигали щёки. Лиам мой. От него я не откажусь теперь ни за что на свете. Когда он поцеловал меня там, на улице, Денис, Леандро и Су вмиг рассеялись в моём сознании, как будто их никогда не было в моей жизни. Их лица потеряли очертания. Когда Лиам обнимал меня, когда снимал с меня одежду, когда шептал нежные слова, мое прошлое переставало существовать.
«Я не оставлю тебя и, если надо, буду бегать вместе с тобой. Вместе, Эла», — снова и снова крутились его слова в голове. Мы можем стать единым целым. Лиам знает моё истинное имя. Он знает абсолютно всё. Я открыта перед ним.
Я улыбнулась, вспоминая то, что произошло всего пару часов назад. Сначала слёзы, уговоры верить ему, а потом он взял меня за подбородок, наклонился и поцеловал. Я вздрогнула, но, почувствовав твердость его намерений, поддалась. Он ещё несколько раз прошептал: «Верь мне, Эла. Я люблю тебя». И больше я не в силах была владеть собой.
Лиам — мужчина, о котором я мечтала с момента нашей первой встречи. С того момента, когда он принёс мне мохито. Я любила его даже тогда, когда он держал нож у моего горла. Я верила ему. Верила, что он не убьёт меня. Моё сердце не выдержало, когда он попал под колёса моего автомобиля. Я помню, как ревела, думая, что не спасла его. А сколько искр разом вспыхнули, когда он поцеловал меня в Стамбуле около больницы…
Я взяла его за руку и потянула в сторону дома. В ту минуту я ничего не боялась. Мы целовались, как сумасшедшие, пожирая друг друга губами. Потом срывали одежду, не задумываясь о пуговицах и заклепках. И не было ни одного случая, чтобы меня так быстро охватывала страсть, чтобы так бросало в жар, чтобы я настолько теряла над собой контроль. Моё тело было словно наэлектризовано и, казалось, больше мне не принадлежало. Его руки путались в моих волосах, а губы прижимались к шее.
— Эла, — сладко шептал он. — О, Эла!
Это было безумное столкновение тел, сплетение рук и ног и содрогание от внутреннего взрыва.
Во второй раз всё происходило медленнее и нежнее, мы не сводили друг с друга глаз, наслаждались ощущениями. И нам было хорошо вместе.
— Ты чувствуешь, Эла? — спросил он, находясь во мне.
— Да, Лиам, я чувствую.
— Тебе хорошо? Я хочу, чтобы тебе было хорошо.
— Мне очень хорошо, — ответила я срывающимся голосом. Не сдержавшись, я заплакала.
— Девочка моя, — ласково произнёс он и начал покрывать моё лицо поцелуями. — Я знаю, что ты ещё не до конца веришь мне. — Лиам слизывал мои слёзы. — Клянусь, я не оставлю тебя. Клянусь, что люблю тебя.
Неожиданно я схватила его лицо и заставила смотреть в глаза. Мы тяжело дышали, он всё ещё был во мне, но не двигался.
— Я хочу признаться, Лиам… Я, правда, хочу.
— Что же мешает?
— Что-то мешает… внутри.
Он улыбнулся самой нежной улыбкой.
— Не спеши. У тебя будет время это сказать…
Я долго ещё так лежала и вспоминала, а потом веки стали тяжёлыми. Крепче прижавшись к Лиаму, я уснула.
Каким будет наше утро, я не знала. Я счастлива сейчас. Впервые меня не волновал завтрашний день.
***
Папуа — Новая Гвинея, г. Порт-Морсби
2019 год
Я дрожала не от холода, а от страха. Моё худое тело тряслось и вздрагивало, но надо было взять себя в руки и думать, что делать дальше.