Не зарекайся (СИ)

Меня больно схватили за руку и дёрнули в толпу, захват явно мужской, но мой крик возмущения тут же потонул в шуме толпы, а взгляд устремился в напряжённую мускулистую спину, удаляющуюся к выходу. Упираться каблуками в пол не видела смысла, просто споткнусь и встречусь носом с твёрдым полом.
«И, как только нашёл в такой заварушке?».
И вновь удивилась своему спокойствию и даже веселью. Видимо, действие алкоголя давало о себе знать.
— Эй! Куда ты меня тащишь? — перекрикивала музыку, но вскоре мы оказались на улице, и смысл в повышенных тонах пропал.
И так было понятно, что Луциан на взводе, но я сейчас словно не чувствовала опасности, а мужчина выглядел до смешного забавным.
— Не хмурься, а то морщинки появятся, — мягко улыбнулась, сама прикасаясь к мужскому лбу, разглаживая пальчиками едва заметную морщинку.
«Хм, а он ведь намного старше меня, а выглядит очень даже молодо и…привлекательно».
Тут же дала себе мысленный подзатыльник, вновь планируя побег.
Стружинский всё это время молча наблюдал за мной, пышел гневом, а из груди словно вырывались приглушённые рычания.
— Давай с подругами познакомлю? Ты, кстати, приглянулся Марине.
Несла откровенный бред, но мужчина словно не слышал меня.
В один момент так злобно зыркнул на каких-то парней у входа в клуб, откровенно разглядывающих мои ноги, что мне страшно стало. Словно хищник перед охотой.
— А вы с братом думали, что я, аки принцесса в башне, буду распивать сегодня чаи и слушать сказки? — фыркнула, наконец-то вырывая руку из цепкого захвата и потирая кисть. — Мне двадцать один, и я по всем меркам со-вер-ше-но-ле-тняя, — пропела по слогам.
Кажется, последние слова стали для Луциана что-то вроде зелёного света. Не успела сообразить, как оказалась закинута на мужское плечо, и низ юбки мужчина стремительно тянул ниже, пытаясь прикрыть мою пятую точку.
— Эй! Что за варварские замашки?! — вскоре вскрикнула, ударяя кулачком по мужской спине, но получилось весьма жалко.
Хоп, и я уже закинута на заднее сидение мощного внедорожника, а через секунду за руль сел и сам хозяин авто, и раздался щелчок блокировки дверей.
— Выпусти меня! — заверещала, что есть мочи, дергая за дверную ручку, а после начала открывать окно, надеясь через него выползти, но машина стартанула с места, и я по инерции отлетела назад, ударяясь спиной в спинку сидения.
— Лучше молчи, Ева. Я и так себя едва сдерживаю, — низким угрожающим голосом пророкотал Луциан.
Не будь я пьяна, обязательно бы прислушалась к инстинкту самосохранения, но сейчас адреналин бурлил в крови вперемешку со злостью. Мне в очередной раз не дали провести время так, как хочу сама, а не так, как нужно или правильно.
— Да пошёл ты! — едко выплюнула, вновь дёргая дверную ручку, находясь в таком состоянии, когда могла выпрыгнуть и на бешеной скорости. — Как же меня достала эта проклятая опека! — в сердцах выкрикнула, что есть сил ударяя ладонью по сидению. — Наверняка радуешься, что испортил мне веселье, — не могла замолчать, совершенно не слыша дикого ора инстинкта самосохранения. — Чего молчишь? — и уже стукнула по водительскому сидению.
— Надавать бы тебе ремнём по заднице за длинный язык, — рыкнул, сильнее сжимая руль.
— Ну и фантазёр же ты, — хмыкнула, складывая руки на груди и бросая взгляд за окно.
Ехали мы явно не за город. Дорога другая. Да и квартира Дамиана в противоположной стороне. Но спросить конечный пункт у мужчины лично не желала чисто из вредности.
«Больно много чести! Пусть думает, что я обиделась, может проснётся капля совести».
Но ехали мы не долго, и вскоре заехали на закрытую территорию многоквартирного жилого дома. Сразу видно, что здесь живут исключительно очень богатые люди. А стоило Луциану разблокировать двери, я быстро выскочила на свободу, планируя дать дёру, но также резко меня перехватили поперёк тела, и брыкающуюся потащили к одному единственному подъезду.
— Я давал достаточно время, — вновь рыкнул мужчина, затаскивая меня в лифт и неожиданно целуя в шею, точно клеймя.
 
От такого поворота брыкаться перестала, а перед глазами яркими картинками заплясали все эротически сны с участием Стружинского. Окончательно потеряла дар речи с очередным рыком и весьма внушительным размером детородного органа, упирающегося мне в попу.
«Что происходит?», — лишь одна мысль крутилась в голове, а все мои догадки и предположения о том, что Луциан рассматривает меня, как женщину теперь орали «Мы были правы!».
Становиться игрушкой брата Виты совершенно не хотелось, радовало только, что Дамиан Стружинского прибьёт без объяснения причин. А я потом его прикрою, перекинув вину на дворецкого. Ведь всегда в детективах виноват дворецкий.
«Но у Луциана нет дворецкого», — напомнило подсознание.
Вскоре мы вышли из лифта в уютный небольшой мраморный холл, я быстро соображала, как сбежать, и пока это делала, Луциан открыл одну из дверей и легко затащил меня в темноту. Дверь позади закрылась с громким щелчком, и я поняла, что попала…
«Ловушка захлопнулась!».
  
4 ГЛАВА
 
Сразу же резко развернулась и, сделав быстрые шаги назад, врезалась спиной в стену. Пощупала ладонями по совершенно гладкой поверхности, понимая, что для самозащиты мне вряд ли что-то попадётся. Разглядеть что-то в кромешной темноте не могла, лишь видела очертания Луциана и улавливала тяжёлое дыхание, будто мужчина стометровку за секунду пробежал.
По стеночке, по стеночке, увиливала куда-то вбок, надеялась, хоть удастся в какой-нибудь комнате спрятаться, но куда там. Стружинский налетел на меня, вышибая весь воздух из лёгких и впечатывая в стену. Раздался мой тихий писк и всё. Боялась что-либо говорить, ведь мы на территории Луциана, хоть закричись, меня никто не услышит. Знала один странный пунктик о семье Стружинских, который передался и Дамиану: они каждую комнату звукоизолировали настолько качественно, что ни один звук не пролетит. Уверена, в этой квартире такой же принцип. Да и, если Луциан молчит, более действий не предпринимает, лишь смотрит, словно мечтает уничтожить, то можно переждать бурю. Всё равно отпустит.
— И чего замолчала, Ева? — искушающее мягко и ласково чуть ли не пропел, уже обжигая дыханием мои щёки.
«А чего я замолчала?», — мысленно спрашивала саму себя, ощущая, как в один момент схлынула вся спесь.
И тут же вспомнила правила поведения с хищниками: нельзя поворачиваться спиной, убегать и провоцировать. Понимала, Стружинский не какое-то там дикое животное, но замашки у него ничуть не отличались. Решила, небось, прокатит.
Мысленно быстро считала до ста, стараясь отвлечься, даже глаза закрыла, представляя себя в клубе и то, что мне всё это мерещится.
«Да! Точно! Я просто перебрала алкоголя, ещё тот коктейль зелёненький такой странный был по вкусу, наверняка что-то подмешали, а сейчас я просто ловлю глюки в окружении подруг».
Но «глюк» пропадать не желал и более того становился всё агрессивнее и реальней. Луциан даже не пытался скрыть своё возбуждение, но отчего-то ждал от меня ответа.
«Если буду так стоять с закрытыми глазами, может решит, что я заснула? От дикой усталости люди ведь могут заснуть стоя?».
— Что ж, так даже лучше, — весело хмыкнул, а затем…
Чувство дежавю.
Губы захватили в плен и терзали требовательным, клеймящим поцелуем, прямо, как в моих снах. Мужчина не спрашивал разрешения, а брал то, что хотел. Если в первые секунды растерялась, то потом меня заполнила волна негодования и я начала отпихивать от себя наглеца, била по плечам, спине, хватала за волосы, пытаясь от себя отлепить эту. пиявку. Но Стружинского все мои протесты распаляли ещё больше, он словно этого только и ждал, чтобы перейти к более активным действиям.
Меня оторвали от пола, закидывая ноги на мужские бёдра, а я уже обхватила машинально, боясь банального падения и ушибов конечностей. Но прекращать целовать Луциан даже не думал. Постепенно моё сопротивление сходило на «нет», но не пойму почему…