Кошки-мышки (СИ)
— Что ты несёшь? — Голос Ланга проскрипел. Дементьев безразлично пожал плечами.
— Неужто не ел?.. — Неверяще прищурился. — А я пригоршнями жрал. — Осторожная улыбка вышла с ностальгическим оттенком.
— Могу лишь посочувствовать твоему голозадому детству. — Фыркнул Ланг и нервно дёрнул ладонью. Дементьев языком прищёлкнул.
— Да брось! — Рукой махнул. — Забудь. Это я так… к слову. — В лице изменился, теряя и намёк на улыбку. — И её забудь. Нет больше. Для тебя — так точно. — Проговорил Дементьев внушительным тоном, чуть подавшись вперёд. Тотчас же сдавленно рассмеялся перекошенному лицу напротив.
— Где Нина?!
— А знаешь…
Захотелось выпить, и отказывать себе Дементьев не стал, отошёл в сторону небольшого стеллажа и достал початую бутылку виски. Плеснул в бокал и лишь мысленно, с сожалением отметил отсутствие льда. Недокуренную сигарету бросил в пепельницу, стоящую рядом. Сделал короткий глоток, процедил обжигающую жидкость сквозь зубы, скривился, и лишь Ланг, который молча наблюдал со стороны, заставлял широко разводить губы, демонстрируя улыбку.
— Тебе не предлагаю. Знаю, что не пьёшь. — Махнул он рукой, в которой сжимал бокал. — Так вот, что я сказать хотел… Иногда кажется, в моём роду были люди востока.
— В каком роду? Ты безродный!
Дементьев лишь усмехнулся, отрицательно покачивая головой.
— Да? А в Священных Писаниях говорится, что все люди братья. Ты так не считаешь?
— Бог уберёг от таких родственников, как ты. — Буркнул Ланг и отвернулся.
— Ну да, ну да… Так вот, о востоке. О том востоке, где женщины до сих пор остались женщинами. Понимаешь, о чём я? Ты, кстати, на немца тоже не особо похож. — Махнул Дементьев рукой, забавляясь его реакцией. — Помнишь из истории? Истинные арийцы: светлые волосы, голубые глаза… — Он втянул запах гнева и мстительно прищурился. — Так о чём это я?… О восточных женщинах. — Сам себе напомнил. — Платок этот на голове, — жестами руки изобразил нужный образ, — или чадра, а под ней платье в пол… Мне всегда хотелось иметь покорную жену. Характер… чёрт его раздери. — Произнёс он задумчиво и мизинцем над бровью почесал. — Люблю командовать и ничего не могу с собой поделать. Или не хочу… — Проговорил на выдохе и снова задумался. Ланг странно напрягся, ловя каждое слово. — Нина и покорность понятия слабо совместимые, но несколько уроков учтивости и вежливости даже из неё…
— Если ты её хоть пальцем тронешь!.. — Взревел Ланг, приподнимаясь, опираясь кулаками о стол.
Дементьев смолк и на того, как на зверька диковинного поглядывал. Потом перевёл взгляд на свою свободную ладонь, на пальцы, и дерзко улыбнулся, сквозь эти самые пальцы на Ланга поглядывая.
— Пальцем? — Уточнил он насмешливо, заново ладонь разглядывая. — Пальцем — это да. Такие забавы периодически входят в нашу утреннюю разминку. Только обычно девочка предпочитает более существенный аргумент. Тебе ли не знать. — Сказал и дыхание задержал, за Лангом наблюдая. Багровое лицо и округлившиеся глаза, сцепленные зубы и желваки на скулах. — Или всё-таки не знаешь? Не дала… — Проговорил Дементьев шёпотом, не лишённым сочувствия, сдавленно рассмеялся и, наконец, отставил бокал в сторону. Выпивка не пришлась по вкусу. — Тогда просто позавидуй мне. Молча.
— Удавлю, ублюдка!
Ланг, было, бросился нападать, но тут же остановился, будто от какого-то внутреннего толчка.
— Послушай, ты…
Дементьев насмешливо хмыкнул:
— Могу даже записать.
— Запишешь. Ты обязательно запишешь… — Нервно кивал Ланг, прогоняя набежавшую слюну. — Только учти: если я не увижу её в ближайшее время… ты… ты труп. Понял?
— Страшно. Боюсь, трясусь. — Проговорил Дементьев, изображая панику, даже опасливо обернулся, правда, тут же рассмеялся в голос. — Ты о себе сейчас, Жор? Не смеши.
— О себе, да не только. Почему Нина не отвечает на телефонные звонки?
Тут Дементьев удивлённо приподнял брови.
— Не отвечает? Хм… Давай-ка, давай-ка… набирай. Самому интересно стало. — Подначивал он, округлив глаза, и выждал, пока растерянный Ланг извлёк из кармана телефон, пока набрал номер.
Он резко обернулся, когда телефонная трель отозвалась в ящике рабочего стола. На Ланга посмотрел и плечами пожал, выражая недоумение, а трель всё не прекращалась. Через несколько мгновений Дементьев сжимал в ладони аккуратный телефонный аппарат, явно принадлежащий женщине, понимающая улыбка коснулась губ, а частые соглашающиеся кивки головы говорили о скором прояснении.
— Совершенно забыл… — Сверкнул глазами Дементьев, пытаясь не выдать звериный оскал. — Да, да, начинаю припоминать… — На Ланга глянул чуть ошарашенно. — Девочка мне настолько доверяет, что даже… даже секретарём приняла, представляешь? Да… Отдала телефон. — Осторожно повертел он рукой, сжимая аппарат чрезмерно крепко. — Я иногда разрешаю малышке им пользоваться. В моём, разумеется, присутствии. Видимо… видимо, ты позвонил не в самый удачный момент, и ответить Ниночка просто не смогла. — Глянул он и ещё несколько раз кивнул головой. — Да, да, да, да, да… вчера. Вчера звонил. — Мысленно отметил, что бледность Лангу не к лицу, но продолжил. — Было… было как-то не до тебя. Да. Точно, вспомнил. — Жёстко усмехнулся Дементьев, глядя будто сквозь мужчину и медленно продолжал. — Трудно, знаешь ли, разговаривать по телефону, когда руки пристёгнуты наручниками к изголовью кровати, во рту кляп, а задница торчит вверх. — Взгляд прояснился и неприятно резанул. — Моя любимая поза. Практически уверен, Нина очень скоро её тоже полюбит.
Высказал он и не стал отступать, когда Ланг не сдержался и бросился на него, хватая за грудки, сотрясая. Лишь нагло ухмыльнулся в ответ на такую реакцию. Мог бы, присвистнул, подбадривая.
— А где же ваша хвалёная выдержка, Георг Александрович? Где ваши манеры, где почтение к собеседнику?
— Какая же ты тварь!.. — Прорычал Ланг, не в силах сдерживать пробивающую насквозь злость.
— Такая же тварь, как и ты, Жорик. Не больше и не меньше. Не нравится? А мне кажется, мы очень похожи. И не только внешне…
Дементьев громко рассмеялся, когда Ланг со свистящим выдохом оттолкнул его от себя.
— Если это всё, что ты хотел сказать, то можешь идти. — Бросил Дементьев в спину, но Ланг не ушёл. Развернулся, заколотился от бешенства, вызывая лишь очередную насмешку:
— Ну что? Что ты там кулаки жмёшь, Жор? Давай уже, вызови меня на дуэль. Или боишься проиграть? — Провоцировал, зная наверняка, что у Ланга кишка тонка ответить. — Так, ты не бойся! Обещаю, ты ничего не почувствуешь! Давай! Вступись за честь девушки.
Ланг передёрнулся, но продолжал молчать.
— Нет?! Ты же меня знаешь, Жор, я ведь Нину просто так не отпущу. Сломаю. Неужели тебе её не жаль?! — Вызывающе бросал он одну фразу за другой, а улыбка всё больше походила на безумную, пустую, жестокую. — Ведь немного прошу. Ты скажи просто, что я неправ. Может, поверю…
— Ты конченый ублюдок! — Выплюнул Ланг и скривился, расправляя плечи. Он сделал шаг назад и снова остановился.
— Молодец, высказался. Только я не пойму что-то, кого этой фразой ты хотел удивить? И ты, и я сам давно об этом знаем. Только бы воздух сотрясать! Езжай домой, Жора. — Небрежно усмехнулся Дементьев, милостиво взмахнув рукой. — Твоё рвение похвально, только опоздал чуток. — Посмотрел он, глазами сверкнул и вдруг в лице изменился. — Кстати, Жор, раз уж мы с тобой так вот по-дружески встретились, — весьма своеобразный размашистый жест руками обозначал что-то глобальное, — пообщались, — на этом и сам хмыкнул. — Раз у нас с тобой образовалось такое взаимопонимание, может, поделишься секретом, на чём ты её поймал?
Ланг вздохнул так, словно получил удар под дых.
— Ты это о чём?.. — Уточнил он настороженно и чуть выставил одно плечо вперёд, будто в стойке.
— Ну, как же… Ведь не посмеешь отрицать, что Нина девочка умная. Практически уверен, она и прежде такой была, а с тобой связалась. Поверь, и одного взгляда хватило, чтобы понять, какая у вас с ней взаимная любовь. Или, скорее, не с тобой, а с твоим сыном. Она была хорошей женой, Жор? Или только хорошей невесткой?