Герцог в моей постели
– Ну, пришли того, кто есть… Хоть какая-то служанка у вас имеется?
– На данный момент только миссис Трампингтон, кухарка. Только она уже так стара, что я не уверена, сумеет ли она принести вам воды: ведь для этого ей придется подниматься с тяжелым ведром по лестнице – ваша комната на втором этаже…
– Куда же делись все слуги? – нахмурилась миссис Колтраст.
– Когда мы приехали сюда, здесь была одна миссис Трампингтон. Всех остальных – я даже толком не знаю, кто еще здесь был, – дядя, надо полагать, забрал с собой…
– Безобразие! – фыркнула Колтраст.
«Поразительная женщина! – усмехнулась про себя Луиза. – То, что дядя оставил меня и сестер на попечение человека, которого я до сегодняшнего дня ни разу не видела, для нее, кажется, в порядке вещей, а то, что не оставил здесь слуг, чтобы приплясывали вокруг ее драгоценной персоны, – безобразие…»
– Разве вы не взяли с собой слуг из Уэйбери? – поинтересовалась Колтраст.
– Да их там, собственно, уже не осталось – почти все ушли от нас после смерти Натана… Остались только наша гувернантка да еще пожилая пара – муж с женой, что в основном присматривали за домом. Она готовила, прибиралась в доме, следила за огородом, а ее муж – кстати, отличный работник! – ухаживал за садом, за лошадьми да за экипажем: раз в неделю мы совершали поездку по окрестностям… Их мы оставили в имении – должен же кто-то за ним следить. А с собой взяли лишь гувернантку, мисс Киндред.
– Ну что ж, – заявила миссис Колтраст, – слава богу, у девочек хотя бы гувернантка есть… Сказать по правде, я не люблю возиться с маленькими детьми – с ними никакого терпения не хватит! Вечно носятся как угорелые.
Луиза едва сдерживалась, чтобы не наброситься на эту бесцеремонную дамочку с кулаками. Сначала его светлость обозвал ее сестер резаными поросятами, теперь вот эта миссис Колтраст…
С тех пор как Луиза себя помнила, едва ли не каждый день они с сестрами во что-нибудь играли: в погожие дни – во дворе, в дождь – в доме… И ей никогда не приходило в голову хоть на самую малость в чем бы то ни было ограничить свободу девочек, как бы резво они ни бегали по дому, как бы громко ни кричали. Не собиралась она этого делать и сейчас. Пожалуй, его светлость был все-таки прав, когда заявил, что миссис Колтраст не слишком подходит в компаньонки для нее и сестер…
– Я и сама отлично сумею позаботиться о своих сестрах, миссис Колтраст, – проговорила Луиза.
– В том числе подготовить старших к бальному сезону? – прищурилась та. – Извини, дорогая, что-то я сомневаюсь в этом… Ты сама-то хоть раз на балу была?
– Нет, но я имею представление…
– Сомневаюсь… К твоему сведению, дорогуша, знай: как только ты начнешь выезжать на все эти балы, у тебя просто не будет оставаться времени ни на что, кроме как, вернувшись домой, рухнуть на кровать и едва-едва прийти в себя к следующему дню и новому балу… Впрочем, поговорим об этом позже; сейчас я сама чувствую себя настолько уставшей, что могу думать только о том, как бы поскорее доползти до кровати… Как можно жить без слуг – не представляю! Завтра же попрошу его светлость раздобыть для нас хоть какую-нибудь прислугу! А пока что, Луиза, вели своей кухарке вскипятить воды, чтобы мне умыться, а сама…
Миссис Колтраст вдруг прервалась на полуслове. Лицо ее, еще мгновение назад хмурое, вдруг просветлело.
Луиза проследила за взглядом миссис Колтраст, чтобы понять, что вдруг вызвало в ней такую перемену, и увидела Гвен с подносом в руках.
– А-а, – протянула дама, – теперь понятно, почему ты так долго не открывала дверь, Луиза. Ты была занята заботой о том, чтобы я смогла попить чайку с дороги! Что ж, если так, я тебя прощаю. Очень мило с твоей стороны. А ты, – обратилась она к Гвен, – неси этот поднос ко мне в спальню!
Миссис Колтраст поднялась по лестнице и скрылась за дверью комнаты, которую приготовила для нее Луиза.
Гвен непонимающе уставилась на сестру:
– Его светлость уже ушел? А кто эта дама?
– Наша компаньонка, миссис Рамона Колтраст, – объяснила Луиза.
– Какая она суровая! – покачала головой Гвен.
Луиза хотела было согласиться с сестрой, но в последний момент все-таки передумала и произнесла:
– Да нет, это она только с виду такая…
Луиза сказала это, чтобы лишний раз не расстраивать сестер. Внешне миссис Колтраст была вполне симпатичной, даже, можно сказать, красивой, и у Луизы с трудом укладывалось в голове, как столь привлекательная внешность может сочетаться с таким скверным характером.
– А вообще-то, – добавила Луиза непоятно зачем, – миссис Колтраст, как мне показалось, дама очень неглупая… Просто она устала с дороги. Вот, видимо, и выглядит хмурой… Отнеси ей чаю, Гвен!
Луиза опустила глаза, задумавшись вдруг над тем, как сильно жизнь, в сущности, зависит от чистых случайностей. Если бы ее родители и брат были живы… Если бы миссис Колтраст не оказалась такой суровой и невоспитанной… Если бы ее дядя не оставил ее и сестер на милость этого взбалмошного, хотя и, нельзя отрицать, чертовски красивого – герцога Дрейкстоуна…
Глава 6
Гончарным кругом голова кружится,Где я и что со мною, не пойму.Протянув намокший плащ, шляпу и перчатки лакею у входа, Брэй решительно вошел в клуб – не в «Клуб наследников», а в другой. Он был уверен, что Ситон сейчас ждет его в «Клубе наследников», но сам не хотел с ним встречаться. Старик, всегда любивший быть в курсе последних новостей, словно был не мужчиной, а какой-нибудь кумушкой, наверняка начал бы приставать к нему с вопросами, а делиться с ним подробностями своего визита к мисс Прим у Брэя не было сейчас ни малейшего желания.
Своего крестного отца Брэй совершенно не знал и, может, именно поэтому воспринимал Джона Олдриджа Ситона как родственника. Отец многому научил Брэя – например скрывать свои эмоции или сочетать в себе, казалось бы, несочетаемое: жить в свое удовольствие и в то же время справляться со всеми обязанностями и заботами, которые налагает титул герцога… – но своими навыками истинного джентльмена с утонченными манерами Брэй был обязан все-таки не отцу, а Ситону.
Впрочем, более всего Брэй был благодарен Ситону даже не за это, а за то, что тот вступился за Брэя, когда поначалу несколько членов «Клуба наследников» не хотели принимать его, Брэя, в свое элитарное сообщество, руководствуясь молвой о дебошах, драках и различных сомнительных авантюрах, в которых, если верить слухам, он был замечен. Более всего они опасались, что если Брэй станет членом клуба, то, чего доброго, станет водить туда своих беспутных друзей – Харрисона Торнуика или Адама Грейхока (что, впрочем, в конце концов и случилось).
Членами «Клуба наследников» Харрисон и Адам вряд ли когда-нибудь стали бы. Харрисон был всего лишь третьим в очереди за титулом (первым был его старший брат, а вторым – сын брата), а Адам – и вовсе четвертым (перед ним стояли дядя и два его сына). Однако в качестве приглашенных друзей Брэя Адам и Харрисон имели право посещать клуб.
Несмотря на то что если не все, то, во всяком случае, бо́льшая часть слухов о дуэлях, карточных махинациях и любовных похождениях Брэя соответствовала действительности, он отлично знал, что все это не может послужить препятствием для принятия его в члены «Клуба наследников». Согласно уставу клуба, для того чтобы иметь право стать его членом, человек должен соответствовать всего двум требованиям: быть первым в череде наследников того титула, который он собирается унаследовать, и достичь совершеннолетия. Все остальное не имело ровным счетом никакого значения. И Брэй был благодарен Ситону за то, что тот в свое время напомнил его противникам об этих правилах. С тех пор Ситон, несмотря на разницу в возрасте, и стал едва ли не самым близким его другом.